Сибирские нравы. Исых

Меня приглашают ехать на исых.

Но что такое исых? Вообще это - имя всякого якутского празднества; но в особенности оно присвоено празднику начатков кумыса. Кто-нибудь из богатых стадами якутов скопляет его большое количество, скликает родных и родовичей, зазывает гостей из других улусов. Стар и мал собираются, пьют, пляска и конская скачка...

- Что-ж, едете?

- Едем.

Ногу в стремя и вон из Якутска. Погода прекрасная, летния травы благоухают, листья трепещут жизнью. Вы-бы сказали, что природа сама вполне наслаждается. Вот видны якутския юрты, разбросанный по берегу величавой Лены. Близ них в большой загородке березки, вонзенный в землю, образуют беседку и дорожки. Множество якутов обоего пола сидят кругом на коленах; в средине пылает пламя. По просьбе нашей, праздник будет по старине, со всеми прежними обрядами.

Три шамана приближаются к огню; одежда их уже описана отлично бардом нашим, и мне нечего прибавлять; только вместо рогатых шапок волосы их падают по плечам. Они умоляют духов не вредить их стадам, не насылать падежа и болезней. Голос их то пронзителен, то ропотен; бубны звучат по временно, и каждый из них, черпнув ложкою кумыса из огромных деревянных кубков (аях), брызжет им на огонь: это - умилостивительное возлияние.

Старшины подводят белую кобылицу и старший шаман, возложа руку на ея голову, просит Небеснаго Бога благословить размножение стад, изобилие трав и здравость сего кумыса. Он вырывает несколько волос из гривы и бросает в огонь; с этой минуты благословенная кобылица становится неприкосновенною. Ни седло, ни удило не будут ей знакомы; никогда ножницы не уронят с нея ни волоска.

Тут началось потчевание. В больших и малых чашах разносят гостям кумыс, между тем как умный разсказчик говорит похвалу ему и громкие клики одобрения летят со всех сторон. Оратор неистощим. Женщины, схватя друг друга под руки, образуют круг для пляски под ничего незначащий припев, похожий на крик тянущих матросов. Пляска эта есть не что иное, как ходьба кругом в одну сторону - ставя левую ногу в бок, а правую вперед; ни красы, ни занимательности; это - тающая зима.

Платье якутское весьма красиво: короткое полукафтанье, широко опущенное красным сукном, шелковый кушак и красные замшаные сапоги. Якутки в лучших своих нарядах: многия в летниках, большая часть в шубах суконных или шелковых с соболиною или бобровою окладкою, с подвесками на косах, на серьгах, на плечах. Из них иныя очень недурны, но огромныя меховыя шапки безобразят всех.

Мужчины скачут и бегают на перегонки, прыгают на далекое разстояние на одной ноге или через веревочку; движения их медленны и неловки - климат виден во всем. Борются полунагие, упершись головами и схвати друг друга за руки выше локтей. Кто первый коснулся земли спиною, тот побежден. Смех и клики приветствуют атлетов.

Но вот открывается поприще, на котором каждый якут может быть героем: это - проба объедал. Один съедает едва ли не четверть быка, другой глотает тридцать фунтов растопленнаго масла сразу, третий осушает аях ведра в полтора, не отнимая его от губ: это доказало эластичество желудка. Вот пример быстроты челюсти: удалец, пустив стрелу вверх из лука, съел пять карасей, прежде чем она упала на землю. Товарищи не с удивлением, но с завистью любовались на счастливцев.

И только? Только, друзья мои! На это приятно взглянуть, как на китайския тени. Одно и то-же наскучило мне в час. Я покинул............ детей природы для вечно - юной их матушки, и скоро шум ключей кангаласскаго камня утешил мой слух, утомленный нескладным пением исыха.