91. Е.Ф. Муравьёвой

Урик, 12 сент[ября] 1843

Добрейшая и дражайшая маменька, ваше письмо от 7 августа мы получили 5 сентября. Жозефина и я очень огорчены болезнью Катеньки. Бог даст, её здоровье быстро восстановится, и мы с нетерпением ждём известий о ней. Мы были очень обеспокоены всё это время за Мину, у него идут зубы, и он очень страдает, особенно по ночам, которые проводит очень плохо. Теперь, слава Богу, ему лучше. Катенька поживает хорошо, она заметно выросла.

Жозефина целует вам ручки тысячу раз и просит благословения для неё и детей. Она вам делает покрывало для кровати и пошлёт его с ближайшей почтой: она занимается этой работой каждый день, ибо хочет, чтоб оно пришло ко дню вашего рождения. К меня с тех пор нет известий от Ноно, но дай Бог, чтоб она хорошо доехала и в добром здравии. Добрая маменька, совестно докучать вам, но я не смог найти в городе маленькой кастрюли для детей, чтоб ночью подогревать им питьё. Прошу вас, добрейшая маменька, прислать её нам, но только очень тонкую, чтоб она быстро разогревалась.

Любезная и добрейшая маменька, обращаю к Небу постоянные молитвы, чтоб Господь поддержал силы и сохранил ваше драгоценное здоровье. Целую вам ручки тысячи раз со всей безграничной нежностью, которую чувствую к вам, и прошу благословения для меня и детей. Целую Катеньку, Лизаньку и Ноно от всей души.

Ваш покорный сын А. Муравьёв.

93. С.Н. Муравьёвой

[Урик, 18 сентября 1843 г.]1

Любезная Ноно, милое дитя, вчера были твои именины, я тебя поздравляю и целую от всей души. Этот день я провёл очень грустно, а прежде в этот день было весело. Сергей Петрович[p]2 провёл его вместе с нами. Будь счастлива, любезный друг, мои дети и все наши целуют тебя, также тебя поздравляет Александра. Кланяйся доброй Софье Ивановне[p]. С нетерпением жду писем от тебя, не забывай меня, не забывай Урик. Крепко поцелуй за меня Катеньку и Лизоньку и передай им, как я их люблю.

А. Муравьёв.

95. Е.Ф. Муравьёвой

Урик, 21 сент[ября] 1843*

Добрейшая и дражайшая маменька, мы не получили ещё письма от вас с этой почтой, но надеюсь, что получим его завтра. Как ваше здоровье, ваши глаза, добрая маменька, как здоровье нашей милой Катеньки, поправилась ли она? У меня ещё нет новостей от Ноно, и это начинает меня тревожить: путь так долог, что я всё время боюсь за неё. Жозефина вполне здорова, так же как Мина и Кити. Я заставляю сейчас Жозефину выходить каждый день, она стала очень ленива и не выходила из дому уже больше двух недель.

Кашель у Мины, слава Богу, прошёл, он ещё не ходит самостоятельно, но на ногах держится, и когда его немного поддерживают, идёт довольно хорошо. Мы сделали Катеньке прививку от оспы. Добрая маменька, будьте добры, пришлите ей арруты, у нас её почти нет. Она выросла и похожа на нашего Киту, у неё будут вьющиеся волосы. Погода у нас очень хорошая, ночами подмораживает, но днём прекрасная солнечная погода.

С каким нетерпением, добрая маменька, я жду портретов брата. Жозефина целует вам ручки тысячи раз, добрая маменька, целует очень нежно Катеньку, Лизоньку и Ноно, которой она делает покрывало.

Любезная и добрейшая маменька, обращаю к Небу постоянные молитвы, чтоб Господь поддержал силы и сохранил ваше драгоценное здоровье. Целую вам ручки тысячи раз со всей безграничной нежностью, которую чувствую к вам, и прошу вашего благословения для себя, Жозефины и детей.

Целую очень нежно и от всей души Катеньку, Лизоньку и любезную Ноно.

Ваш покорный сын А. Муравьёв.

*В подлиннике ошибочно «1834».

97. Е.Ф. Муравьёвой

Урик, 11 октя[бря] 1843

Добрейшая и дражайшая маменька, мы получили на этой неделе два письма от вас. Добрая маменька, как огорчила меня болезнь Катеньки и Лизоньки. Я очень бы хотел узнать больше подробностей об их здоровье. Думаю, добрая маменька, что если вы попросите написать вашего врача г-ну Вольфу, то он сможет сообщить свои соображения о болезни нашей милой Катеньки, у него большой опыт и знания, он вылечил от этой болезни многих, в том числе г-жу Фонвизину и Марию Николаевну[p], которые обе были очень больны. Жозефина по приезде в Иркутск была, как вы знаете, добрая маменька, очень больна и благодаря его лечению полностью поправилась.

Ноно, должно быть, уже приехала. Вчера я получил о ней известия с дороги, но письма от неё нет. Я хотел написать сегодня Катеньке, Лизаньке и Ноно, но не смог этого сделать, ибо задержался у Фёдора, он очень болен, воды нанесли ему большой вред. Видеть это очень больно, он так ослаб, что в течение двух недель не поднимается со своего кресла. Он друг моего детства и очень любит меня, мою жену и всех моих, доброго брата он боготворил.

Слава Богу, мы все здоровы: Жозефина, Мина и Кати. Мина начинает ходить, многие находят, что он похож на моего брата. Премного вам благодарен, добрая маменька, за няню, которую вы хотите прислать нам для детей. Мы очень в ней нуждаемся, но я хочу, чтобы эта женщина говорила по-французски, чтоб разговаривать на нём с детьми. Что касается г-жи Шредер, то ей не позволяет приехать её здоровье, она не может переносить здешний климат, он слишком суров для неё. Я хотел бы, добрая маменька, иметь возле детей женщину достаточно воспитанную, чтоб она могла также составить приятное общество для моей жены, которая целыми днями остаётся совсем одна.

Катерина Ивановна[p] очень любит мою жену и часто приезжает к нам, но она всегда в двадцати верстах от нас. Мария Николаевна[p] проводит всё хорошее время года в Усть-Куде[p], а Жозефина предпочитает сидячий образ жизни и не любит выходить, это её не особенно трогает, ибо дети не позволяют ей отлучаться надолго. От всей души, так же, как и мой Мина, целую Катеньку, Лизоньку и добрую Ноно.

Желаю очень искренне, чтоб приезд Ноно доставил вам радость - это доброе дитя, которое очень сильно чувствует, я люблю её, как своего собственного ребёнка.

Любезная и добрейшая маменька! Целую вам ручки тысячи раз со всей безграничной нежностью, которую чувствую к вам, и прошу благословения для себя и детей.

Ваш покорный сын А. Муравьёв.