Копия со сведений представленных порутчиком
Линицким.
Прибыв 20-го марта в местечко Полонное, как в ближайшее от квартирного расположения обоих легких рот 8-й бригады, я под предлогом проезда на ярмарку в Бердичев за лошадьми, предполагаемую мною 25-го марта, оставался здесь, как будто по необходимости, ибо оная начиналась 4-го апреля; - таковою оговоркою, удовлетворяя всем слишком любопытствующим моим знакомым, желавшим знать причину поездки и остановки моей в Полонном, я кажется отдалил от себя всякое подозрение, и бытность мою сделал довольно правдоподобною.
Зная почти всех Г.Г. офицеров рот в Полонном квартирующих - имея знакомство в некоторых партикулярных домах - два дни употребил для посещений.
Между разговорами и суждениями в сии свидания узнал касательно предмета и цели моей откомандировки следующее:
Что из 8-й Артиллерийской бригады Генералом Богуславским в феврале м-це, вскоре после бунта в Черниговском полку, взяты и отправлены в С.-Петербург: 1-й батарейной роты подпорудчик Борисов и прапорщик Андреевич; 2-й легкой подпоручик Горбачевский и прапорщик Бычастый; с 3-й легкой не было; но взяты недавно переведенной в бригадную роту то же Андреевич и из 4-й парочной батарейной роты прапорщик Киреев, - так же Иванов, бывший Адъютантом.
Борисова и Киреева, особенного первого, полагают главными из общества существовавшего в бригаде; под руководством коих, составлялся заговор противу правительства.- Никто из Полонских не зная их лично, слышали, что по уму, наклонностям, их доставало поддерживать и распространять открытое теперь предприятие. - Из двух Андреевичей один возвратился из Петербурга, будучи взят по письму у него найденному и коим уговаривал брага своего оставить связь с обществом столь вредным, что другого некоторые знают, как самого пустого человека, способного разве действовать по наставлениям зломыслящих, и не способного ничего предпринять самим собою. -
Горбачевского описывают: вздорным, малодушным и низким, что оказывалось при всяком случае, имевшим большую связь с Бычастым, слишком молодым, неосновательным, до невероятности ветренным офицером той же роты и имеющим наклонность к пьянству. - Сему последнему поручена была ротная школа, которою он мало занимался, употребляя все время на разъезды к командиру Ахтырского Гусарского полка, расположенного в местечке Любаре полковнику Муравьеву и командиру конной роты полковнику Баташеву, кои так же взяты, что оба как Горбачевский, так и Бычастый более интузиасты - и ничем почти по службе не занимались.
Из числа оставшихся во 2-й легкой роте: Штабс-Капитана Кулешова почитают имеющим страсть к пьянству, впротчем, тихим и спокойным человеком; два брата Оденцовы прекрасные офицеры, - один из них в отпуску; но оба как в бригад, так и у знакомых на щету отличнейшем.
Сам командир роты Подполковник Барон Корф остается загадкою, от той разсеянности, с каковою управляет ротою; при общем мнении и отзывах, как об отличнейшем Штаб-офицере в связях и отношениях, знающих его, он удивляет безпорядком, существующим почти по всем частям службы и хозяйственной части - занят более охотою, употребляя для оной большую половину роты нижних чинов, кои в общем смысле слишком своевольны и дерзки; чего однакоже я сам собою не мог по кратковременности заметить; - а расторопность и должное уважение осталось для меня примечательно. -
Говорят, что недавно просил он командира 4 парочной батарейной роты, 16 Артиллерийской бригады капитана Войнаховского снабдить его провиантом, не имея оного в запасе для роты, которая теперь с первых числ марта находится на тесных квартирах, что рота мало занята и в добавок у него не перестают производиться следственные дела по жалобам на солдат о поджогах, о неспокойном квартировании и протчем. - О 3-й легкой роте не слыхал иначе, как что оная более протчих занята по службе, хотя и недостаточно - во всем же протчем находится в лучшем устройстве. - О командире оной подполковнике Свободе - порутчик Ротмистров и прапорщик Шрамченко все отзываются лучшим образом.
На щет бригадной роты, как не знаемой никем по отдаленности, из слухов и мне сообщенных узнал я, что полковник Эйлер более всех имеет безпорядков, каких именно не мог узнать, ибо и сами разговаривавшие со мною ничего подробно и порядочно не знают. - Одно только, что некоторые офицеры по 4-е месяца отлучались от роты в Житомир и по губернии без позволения, на казенных лошадях и он полковник Эйлер не зная о сем, был доволен не видя тех, кои на щету его были непорядочными и кои в последствии оказались слишком виновными по заговору.
Из 1-ой батарейной роты нижних чинов взято 5 человек, из 2-й легкой 16-ть, но как сие случилось не задолго пред моим приездом, то кроме сего определенного числа людей ничего более не было сказано.
По собрании таковых сведений и сообразно наставлений, мне при отъезде данных, я открыл Капитану Жилею и Штабс-Капитану Даненштерну причину поездки моей, от коих ничего не мог узнать кроме повторения уже слышанного. - Итак по совету Капитана Жилея, 22-го марта с ним вместе, под видом покупки некоторых вещей на Барановской фарфоровой фабрике, отправились мы к Подполковнику Корфу, там квартирующему - у него застали означенных выше Кулешова и Оденцова и ротмистра, по фамилии не упомню, из Гусарского Графа Витгенштейна полка, находящегося в Барановке по следственному делу при сей роте. -
Приняты были хорошо, вежливо, но заметно осторожно. - Капитан Жилей, будучи прежде знакомым, сколько возможно старался пользуясь удобностию и приличием доставить мне средство узнать что-либо, но в бытность нашу ничего не успели открыть кроме, что взяты из сей роты нижние чины: 3 фейерверкера и 13 рядовых, почти все из школы, выключая двух фейерверкеров, из коих один со взвода подпоручика Оденцова, которой разсказывая сие упомянул; «не понимаю как попался мой олух, этот дрянной фейерверкер, видно не совсем прогремел гром над нами. Что все они взяты Эйлером по списку, присланному из С.-Петербурга, и что в допросах им деланных ни в чем не повинились и ни в чем не признались. -
Корф с испытующим видом хотел узнать, что бы значило, что Подполковник Ловцов в 1-й батарейной роте, находящейся в Г. Новоград-Волынске; - но как мы отговорились неизвестностию, то он переменил разговор - спрашивал зачем я в их местах, и предложил, в покупку лошадей, мною как выше упомянуто, будто отыскиваемых - осмотрев оные, торгуясь, обещал на другой день прислать для лучшего осмотра фейерверкера Алексеева, знающего лучше меня доброту лошадей и тогда кончить покупку, когда им найдены будут лошади годными, имея ввиду сим случаем воспользоваться и доставить средство Алексееву, узнать что-либо от нижних чинов. -
Сделав должное наставление я отправил Алексеева по прибытии обратно в Полонное то-есть 23 марта в Барановку - не являясь к Подполковнику Корфу, он заводил разговоры с солдатами, ходил по местечку, был у фельдфебеля, каптенармуса, на конюшнях, однакоже возвратясь, ничего не донес, кроме того, что все солдаты, как будто избегали его, почти ничего не говорили и его не расспрашивали, выключая офицеров, коим хотелось выведать: откуда, зачем, с кем, куда и для чего мы едем и живем теперь в Полонном - прибавив, что и в самом Полонном многие из офицеров останавливали его с подобными и подробными разспросами. - Делая покупки на фабрике я и капитан Жилей старались узнавать и от некоторых фабрикантов нужное по нашему предмету, но здесь кроме скрытности и осторожности ничего не замечено.
25-го марта по приглашению был я у Командира Полонного Крепостного Артиллерийского Штата Подполковника Кондратьева, на именинах его дочери - ожидал в обществе и при таковом случае открыть новое, тем более, что ожидали туда Командиров Корфа и Свободу и других офицеров с их бригады; но как они не были и многие разъехались до обеда - то в общем разговор слышал об возвращении гусарского Подполковника Арсеньева, который так же взят был в С.-Петербург - об их содержании в крепости и протчие маловажные и не имеющие отношения к порученности моей разговоры.
26-го был я в м. Мирополье, не мог быть у Подполковника Свободы по болезни его и неприему. - Шрамченко был у родных тоже не в далеке Мирополья, а потому и посетил только Порутчика Ротмистрова. Известное уже мне, опять повторилось и я не заметил из слов Ротмистрова ни чего более, как делающего ему честь. - Говорил с солдатами по корчмам наученьи бывшим; та же осторожность, как и во 2-й Легкой роте. - Видел несколько известных мне шляхтичей и ни чего не могу прибавить к описанному.
Из м. Мирополья заезжал я недалеко живущему к отставному ротмистру Жуковскому давно мне знакомому - все одни и те же слухи по моей командировке. - На вопрос мой о Корфе, о беспорядках, в его роте, Жуковский сказал: ни чего на щот сей не знаю. - Впротчем, Подполковник Барон Корф прекраснейший человек - да и все почти также об нем отзываются.
Из деревни Жуковского в ночное время проезжая м. Мирополь вторично останавливался, дождался рассвета, ловил все случаи говорить с солдатами, но все напрасно. - От сих поездок и во время проживания в Полонном более подтвердилось мною уже изъясненное - на вопросы, как подговаривались солдаты, все кого я спрашивал, отвечали, что это неизвестно, впротчем, - конечно надобно полагать обещаниями лестными для них в последствии. -
Но уничтожилось удивление мое возрожденное скрытностию и осторожностию солдат обеих рот; ибо узнал я, что Корпусный Командир Г. Генерал-Лейтенант Рот, так же Начальник Артиллерии 3-го Корпуса Генерал Богуславский, еще до забратия нижних чинов сей бригады, подсылали для розысков и открытия преступников и их намерений, офицеров, из коих некоторые переодеваясь, заводили с солдатами по корчмам гульбища и выискивали другие средства открыть виновных, что подсылались, жиды, партикулярные люди, деньщики, которые ни в чем не успев, обнаруживали только средства своих поисков - и самых себя; после чего, конечно, не будет удивительна предосторожность каждого из служащих в сей бригаде.
По каковым причинам исключительно и во взводе Подпоручика Горбачевского ни чего не открыто.
Тем более для меня оставалось затруднительнее возложенная порученность, что я обязан был разыскивая, не подвергнуть себя подозрению. - Прошу почтить, есть ли не успех, то усердие, с коим старался исполнить ее. - Не ручаюсь за истину описанного, но за верность всего оного, как самым мною слышанного. - Не предвидя более надобности медлить моим пребыванием около квартир 8 Артиллерийской бригады, я 28 числа минувшего марта выехал из м. Полонного.
Верно. Полковник Дитерихс.
