© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.



Письма декабриста Н.И. Лорера.

Posts 11 to 20 of 20

11

11. М.М. Нарышкину

С. Водяное, 1847, февраля 10-го дня

Давно, очень давно не получал я от тебя писем, любезнейший друг Michel! Что бы это значило? Все ли у вас здоровы и всё ли у вас46 благополучно? Если я к тебе не писал, то я почти месяц был в отлучке, и вот только что неделя, как я возвратился домой. Я был в Малороссии, в Полтавской губернии, посетил, наконец, друга моего детства Илью Петровича Капниста. После его убедительных просьб я, наконец, решился исполнить давнишнее моё желание, ещё раз взглянуть на священные места моего детства. И вот перед праздниками 19 декабря при хорошей санной дороге (что у нас очень редко) пустился в дорогу. Со мною же был товарищ, племянник мой - горбатый Вороновский, которого ты знаешь, он был у тебя в Прочном Окопе. Можешь себе живо представить радость и удовольствие доброго моего друга Ильи.

27 лет минуло с тех пор, и время также наложило печать этой грустной перемены как на человека, так и на природу. Годы и время всё изменило; там, где поляна, - там лес стоит, там, где тропинка, - там стоит амбар, а где наши детские цветники, там поставлен огромный дом, в котором встретил моего доброго седого хозяина Капниста. Познакомился с его милым семейством. Его бог благословил большим семейством и прекрасными детьми - четыре дочери и четыре сына, один уже офицер и служит на Кавказе, две дочери невесты. Там я провёл счастливый месяц, искренно сожалел, что Наденька не могла воспользоваться. Она, бедненькая, оставалась с детьми, для коих теперь надобно иметь строгий надзор, ибо старшей моей Кити уже 2 года с половиной - резвый и умный ребёнок.

Кто знает, может быть, и к тебе я таким образом нечаянно представлюсь в твоём Высоком; я не теряю надежды обнять тебя, мой незабвенный друг Michel, и расцеловать ручки добрейшей нашей благодетельнице Елизавете Петровне; будем надеяться и уповать крепко на господа бога. Грустно, что ты ко мне не пишешь. Меня беспокоит здоровье Елизаветы Петровны, а что у вас делается, право, не знаю - так давно не имею от вас47 известий.

У нас же, благодаря бога, благополучно, дети мои здоровы. Жена моя душевно вам кланяется, а Китенька целует ваши ручки. Также брат Дмитрий и невестка Варвара Григорьевна свидетельствуют вам своё душевное почтение. Меньшая моя дочь Вера, которой теперь 8 месяцев, прехорошенькая будет девочка, брюнетка и вся в бабушку или сестру покойную Надежду Ива[новну].

Вообрази, друг мой, что я сижу и пишу к тебе в очках; худо вижу и не могу читать без очков. Как твои глаза? Пиши о всех подробностях, касающихся до тебя и до Елизаветы Петровны. На письмо моё о рождении дочери моей я не получил ответа и потому полагаю, что оно потеряно, от тебя я получил. Где теперь проживает бедная ваша невестка Madame Кологривова? не верится, что доброго Гриши нет!

Мне кажется, что Бригена уже нет на свете - вот уже 2 года, что он ко мне не пишет, тогда как он раньше постоянно ко мне писал. Спасибо Розену, он меня не забывает и чаще пишет, чем ты. L'absence est la pierre de touche de nos affections*. У нас теперь вторая неделя поста. Всё тает, и реки шумят, и дорога ужасная. Весною будут у меня большие занятия: я пристраиваю комнату в моём флигеле, делаю комнату для детей, становится тесно. Много хлопот, но главное - что не могу найти няню для детей, ищу везде простую немку, но нигде не могу отыскать; и как трудно для жены с её слабым здоровьем и не отходить от детей, одевать их, класть спать, шить всё самой для них, и ей48 нет минуты свободного времени, она мне напоминает madame Rosen - toujours les enfants**, помните, в Кургане? Я знаю из письма, что вы навестили этих благочестивых людей. Rosen с такою радостью мне написал. Прощай же, мой незабвенный друг. Всем вашим кланяюсь. Улиньке и Анисии моё почтение. Где Загорецкий? не у тебя ли? С душевным уважением целую ручку твоей жёнушки, остаюсь тебя иск[ренно]49 любящий друг.

Н. Лорер

* Отсутствие - пробный камень нашей привязанности (франц.).

** мадам Розен - всегда о детях (франц.).

12

12. М.М. Нарышкину

29 апреля 1849 г. С. Водяная

Многоуважаемый Михаил Михайлович!

Сначала я не мог понять причины твоего молчания, старался оправдать тебя, убеждал себя, что разные обстоятельства препятствовали тебе вести со мною переписку, отдаляя от себя мысль, что холодность и равнодушие могли руководить тобою. Но, по дошедшим до меня слухам, загадка разгадалась. Из всего должен заключить, что вы недовольны мною за неуплату моего долга, состоящего в 2000 ру[б]. ассигна[ц]., занятые мною ещё в Кургане. Родные твои, не зная обстоятельств моих, обвиняют меня в медленности уплаты, и даже мне приказано в этом напомнить.

Последнее напрасно, я не мог забыть обязательного твоего займа и участие, которое ты тогда принял в моём жалком положении. До сих же пор молчал и не упоминал о моём долге, потому что не предвидел возможности возвратить тебе эту сумму. Теперь же, когда дело коснулось об этом обстоятельстве, я принужден откровенно высказать, в каком нахожусь положении, мне кажется, что я ещё по сие время не передавал тебе настоящей моей жизни.

Брат мой даёт мне на содержание 1500 ру[б]. ассигна[ц]. в год, кроме стола и квартиры. Конечно, сумма так ничтожна, что я не только прежние долги не уплатил, но с прибавлением семейства сделал новые и довольно значительные, судя по моим средствам; болезнь жены умножила долги, а доход всё один и тот же. Чтобы поправить немного дела мои, я решился с товарищем взять подряд: его залоги, мои труды. Это дело началось в [18]47 году, но ещё до сих пор длится, и неизвестно, окончится ли в мою пользу и получу лия ожидаемые деньги, чтобы расплатиться с моими кредиторами, которые не терпят отлагательств и уже скучать меня50. И твой долг приходил мне на мысль и тревожил меня, но я, полагаясь на твоё постоянное снисхождение, успокаивал себя, ожидая лучшего времени, когда я буду в состоянии располагать маленьким куском земли, который мне достанется51, полагая также, что теперь ты не имеешь в них особенной нужды и можешь подождать, пока мне представится возможность уплатить тебе долг мой.

Скажу ещё несколько слов о брате Д[митрии] Ивано[виче]: он человек благородный, добрый, но самоуправный и тяжёл в семейной жизни. К несчастию, он меня не понял, во мнениях мы с ним не сходны, и он видит во мне не брата и друга, а бедного родственника; благодаря моему тихому и покойному характеру, я переношу все невзгоды терпеливо и, сколько могу, утешаю Наденьку, но всё же это положение трудное иногда сильно тяготит душу.

Я бы мог уплатить тебе, но лишив семейство моё ежегодного содержания, - на этом основании возможно ли мне уплатить тебе мой долг? Как честный человек, я ничего не увеличил, бог мне в том свидетель. Многого нельзя передать, да и эти обстоятельства я прошу, чтобы остались между нами; как прежнему другу и человеку, доказавшему мне столько приязни и одолжений, я говорю откровенно; малейшее же подозрение брата может поселить вражду между нами и лишить детей моих куска хлеба.

Изложив тебе, любезный друг, всё подробно, я надеюсь, что ты извинишь меня и оправдаешь перед Елизаветой Петровной, которая, конечно, также меня обвиняет и уже наказывает, показывая такое равнодушие. Потрудись передать Елизавете П[етровне], что как только получу я свою часть, то заложу последний кусок земли и уплачу долг мой, а теперь, к несчастию, не в силах, бог видит! Целую с уважением её ручку.

Я скажу тебе прямо как другу, что известие о моём долге, дошедшее до меня, крайне меня огорчило, и, если на это письмо не получу я ответа, тогда я принужден буду прекратить переписку, которою я столько лет дорожил, и с стеснённым сердцем сказать "прости" человеку, которого я привык считать и другом и благодетелем. Но в здешнем мире должно переносить испытания и быть готовым на всё. Жена моя приветствует вас обоих, дети целуют ваши ручки. Жму дружески твою руку и остаюсь неизменный твой друг.

Н. Лорер

13

13. М.М. Нарышкину

30 августа 1849 г. С. Водяная

Любезнейший друг

Михайло Михайлович!

Зная всегда твою возвышенную и прекрасную душу, твоё дружеское внимание ко мне и к ближнему, я с чувством глубокой горести почёл долгом известить тебя и добрейшую Елизавету Петровну о смерти моей доброй Наденьки. Она скончалась 28-го сего месяца в 5 часов вечера - тихо, покойно, без ропота страдалица покинула свой временный путь, оставила по себе память, омоченную нашими слезами. Я охотно отдал её богу, лишь бы только прекратить страдания больной!! Последние её слова были "о, боже мой", и [с] этим словом она утихла навсегда.

Добрейшая сестра Вера Ивановна во всё время болезни покойницы не оставляла её ни на минуту и этим облегчила тяжкие минуты её кончины; троих сирот на время [она] увезла к себе, и теперь, когда я остался один, когда могу раздумать, чего я лишился в покойной моей подруге жизни и доброй матери - страшная тоска давит сердце, делается невыносимо тяжело, любезный друг!

Не буду этот раз писать тебе много, не могу и не в силах, - ещё так свежа память о Наденьке. Я один живу во флигеле моём, всё так тихо, так пусто и так тяжело...

Собравшись с мыслями и если буду более покойнее, я думаю на некоторое время оставить Водяную.

Прощайте, дорогие друзья, будьте счастливы и покойны, дай бог, чтобы вас ничто не тревожило, не огорчало. Обняв со слезами вас всех и пожав руку твою, незабвенный друг Michel, остаюсь искренно любящий52 друг.

Н. Лорер

[P. S.] Если можно этот листочек послать доброму А.Е. Розену, - потому что теперь [я] не в силах писать к нему. Он всегда так дружески принимал во мне и в моём семействе сильное участие.

14

14. М.М. Нарышкину

С. Водяная, 1849 г., ноября 1-го

Незабвенное 8 ноября приближается, - день всегда памятен для всех тех, которые имели счастие пользоваться твоей дружбою. И для меня он дорог и потому поздравляю тебя от всего сердца моего, любезнейший друг Михайло Михайлович. Молю господа бога моего о даровании тебе счастия, здоровья и совершенного благополучия на многие, многие лета. Сколько лет мы праздновали этот день с тобой вместе, где ни встречали мы этот день, в каких местах, в каких климатах и под какой крышей, - и всегда радостно встречали и поздравляли тебя от чистого сердца. Прошло много времени с тех пор, много радостей, много горести пролетело мимо нас, - и я остался сиротою, ничего мне не улыбается. Искренно желал провесть этот день с тобою вместе. Как прекрасно было бы это утро для твоего друга!

Грустно мне теперь, что никого нет со мною, кто бы разделил и успокоил тоску мою. Живу я хотя с братом, но всё одинок. Никто так не утешал в скорби, как ты, мой незабвенный Michel, потому что у тебя53 тёплая и высокая душа; я говорю тебе истину, и, верно, все со мною согласятся, кто только тебя знает. Я живу с сиротками в моём уединённом флигеле, они теперь неразлучно со мною: дети эти ещё не постигают, какую они потерю сделали, лишившись своей матери54, которая так заботливо смотрела и приучала их к добру. Я получил письмо от Марии Ивановны, признателен ей за родственное участие. Из писем я усматриваю, что вы проводите эту осень с нею вместе в Гораи и в Перово. Поклонись за меня усопшим нашим друзьям.

Мой старый друг К. Херхулидзев переменяет место своей службы: он назначен ближе к вам военным и гражданским губернатором в г. Орёл; напиши об этом Волд. Голицыну55: он будет рад, он его знает за благородного и честного человека. Пусть эти многие люди собираются в один уголок, тогда и я навещу вас.

Не хотелось пропустить почту - спешу. Цель моя была единственная - обнять тебя, расцеловать тебя и поздравить тебя и добрейшую Елизавету Петровну с днём ангела твоим. Дай бог, чтобы ты встретил этот день со всеми твоими счастливо и вспомнил о близких твоих друзьях далёких. Жму руку твою, остаюсь искренне тебя уважающий друг.

Н. Лорер

15

15. М.М. Нарышкину

Ноября 30-го 1849 г. С. Водяное

Любезнейший друг

Михайло Михайлович!

Истинно дружеское письмо твоё, которое меня премного утешило и печаль мою на некоторое время рассеяло56; я с радостию в первую минуту принял твоё и достойнейшей Елизаветы Петровны предложение, чтоб [в] эту зиму навестить вас. Как ни радостна была эта мысль увидеть, обнять тебя, поговорить с вами, побеседовать и подчас и посмеяться, порывы этого счастливого чувства не долго меня радовали - подобно, как дитяти дают новую игрушку и в минуту после этот восторг исчезает, или comme le nuage qui hier attirait nos regards*. Когда настало время нашего холодного размышления, когда сердце уступило рассудку, я погрузился в прежнее печальное положение.

Итак, любезнейший друг, эту зиму по разным обстоятельствам не могу и не в силах приехать к вам. Почему? Будет твой первый вопрос. Троих сирот моих я перевёз к себе на Водяную, взял их от сестры Веры Ивановны Мазараки, хотя им было хорошо, но я их часто не мог видеть, и меня это беспокоило, в особенности без хорошего надзора. Теперь они при мне, и я неразлучно с ними. Анна Ивановна Остен-Сакен по дружбе [к] покойнице жене моей и по вниманию ко мне взялась приискать в Одессе хорошую няню-швейцарку: следовательно, я должен лично видеть и узнать, познакомиться и передать детей на руки. В таком случае я могу отлучиться и тогда только могу быть покойным.

Болезни моей Наденьки и, наконец, печальные приготовления57 расстроили этот год мои домашние дела, так что я теперь вынужден экономничать58, дабы иметь что-нибудь на будущий год. Последнее же59 обстоятельство это, что у меня ничего нет зимнего и тёплого60, у меня нет ни шубы, - ничего такого, чтоб я мог предпринять такой дальной, в мой 56-й год, вояж. Конечно, полетел [бы] к вам, но прошли те счастливые годы, мой добрый Michel, что я скакал на перекладных, чтоб поспеть на пир товарищей и друзей. Всё это миновалось, прошло!

Если милосердный бог сохранит мне жизнь, то буду собираться на будущую зиму61, приеду к вам и поживу с вами в кругу твоего благословенного семейства. Завидую вам, друзья мои, что вы можете располагать и временем, и обстоятельствами, и независимостью в своих действиях, покоряюсь без ропота моему трудному положению. Ещё должен тебе сказать, что [с] нынешнего года моё крепкое здоровие62 начинает мне изменять, я чувствую приближение недугов: до сей поры был всегда крепким духом, но последнее несчастие, последний удар был слишком чувствителен для бедного сердца, и здоровие - оно начинает мне изменять.

Этот год я поседел и чувствую, что физика моя заметно разрушается. По три раза в ночь осматриваю детей своих, и всякой крик меня тревожит, а в мои лета быть няней тяжело. Дети, покинутые матерью, - они много утратили с нею! Прошу прощения, многоуважаемый друг, что я тебя, может быть, огорчаю моим описанием. Утешаю себя тем, что я пишу человеку, которому63 у нас подобных немного.

Впрочем, любезный друг, бог милостив, - надеюсь получить от него благости светлые дни и не буду унывать, а на будущую зиму приеду к вам и поживу в вашем прекрасном поместии Высоком, где всё дышит спокойствием, радушием, вниманием, скромной весёлостию, где найдётся64 и пища для души и сердца, где найду двух милых людей. Клянусь, что я помолодею и берусь рассмешить Елизавету Петровну своими рассказами и своим воображением... Поручаю тебе передать твоей Лизе мою душевную признательность за добрую приписку в твоём письме. Целую её благосклонную ручку.

Счастливый путь! Кланяйтесь всем, которые меня запомнили и помнят меня. Тебе же дружески жму руку. Напиши мне, любезный Михайло Михайлович, по возвращении твоём из Москвы домой в Высокое. Я не сомневаюсь, что вы проведёте время самым приятнейшим образом в кругу милых родных. Поцелуй за меня М.А. Назимова, скажи ему, что прежняя его дружба ко мне всегда мне памятна и не забыта. Передай мой поклон доброму графу Алексею Петровичу [Коновницыну] и сестре Марии Ивановне и поклонись праху за меня брата Александра. Да сопутствует вам Христос-спаситель. Прощай.

Н. Лорер

[P. S.] Проездом из Москвы Лев Пушкин заезжал ко мне и искренно сожалел, что тебя не видел, живя с тобой в одном трактире. Недавно я видел А.И. Вегелина проездом в Полтаву, ты с ним виделся в Москве. Прошу прощения, что так худо пишу: спешу, почта отходит. Ожидаю твоего ответа по возвращении твоём.

Брат Дмитрий Ив[анович] тебе душевно кланяется. Невестка моя Варвара Григорьевна уехала к екатеринину дню к madame Лазеровой в Николаев и увезла с собою мою старшую дочь Китю: это её первый дебют: она - крестница Лазеровой65.

16

16. П.И. Бартеневу

19 мая 1857 г.

Милостивый государь Пётр Иванович.

Получил 25 р. и не понимаю за что. Неужели мой рассказ русского офицера, который я шутками рассказал княгине Е[катерине] Алекс[еевне] Черкасской, стоит 25 рублей? Дорого, щедро платите за подобные рассказы! Впрочем, увидимся, переговорим.

Обнимаю вас, добрейший Пётр Иванович. Сердечно сожалею, что скоро с вами расстанусь; постараюсь воспользоваться последними минутами, чаще вас видеть. Примите моё душевное уважение, с коим имею честь быть вашим покорным слугою.

Н. Лорер

17

17. Е.И. Якушкину66

[1857 г.]

Добрейший Евгений Иванович! На этих днях я имел удовольствие быть у вас, но не застал вас дома. Имел честь беседовать с вашею супругою: просил передать вам о портрете покойного Новикова. Князь Черкасский хочет сделать фотографию - потом с благодарностью возвратить вам. Посылаю нарочного к вам, благоволите ему передать.

Свидетельствую моё душевное почтение милостивой государыне супруге вашей, милых и прекрасных деточек ваших сердечно целую. С нетерпением ожидаю почтенного батюшку вашего Ивана Дмитриевича, его приезд доставит всем нам большую радость, буду счастлив его лично обнять.

Примите уверение в моей искренней дружбе и совершенной моей преданности к вашему милому семейству.

Н. Лорер

18

18. М.М. Нарышкину

С. Водяная, 1860 г., октября 15-го д[ня]

Очень давно ни ты, ни я не имели от друг друга никакого известия, душевно уважаемый друг! Начинаю беспокоиться или, лучше скажу, что совесть моя начала выступать с упрёком, что не пишу к моему незабываемому другу, товарищу во всех переворотах нашей прозаической и поэтической жизни. Таким образом, первый подаю тебе мой голос. Как здоровье твоё и нашей глубокоуважаемой Елизаветы Петровны? Как поживаете в вашем славном Высоком? Собираетесь ли на зиму в Москву? Здорова ли madame Compere, её милая дочь - хорошенькая Sophie и ваша добрая хозяюшка Анисия. Все они мои большие друзья. Надеюсь, что всё у вас по-старому, все при своих местах; желательно, чтоб всё было по-старому, потому что у вас всё было так хорошо, так мирно, так весело, на всех лицах было довольствие и все лица приветливо улыбающиеся. Пусть Высокое со всеми жителями так и остаётся. Это есть моё душевное желание.

Теперь словечко о себе и о моём семействе. Мы все, благодаря бога67, здоровы. Kitie моя после института, где они голодали, теперь полнеет, но вместе с тем и хорошеет. По случаю переправки в моём флигеле она живёт в доме графини Остен-Сакен - милые и прекрасные люди, и [в] 12 верстах от нас, таким образом, я её часто навещаю, чтоб полюбоваться ею и послушать её приятную игру, до которой Kitie имеет хорошее расположение и не ударила [бы] лицом [в грязь] сыграть с тобой в четыре руки. Как только флигель будет окончен и горенки её будут оклеены обоями, которые выписаны из Одессы, тогда я её переведу к себе, - и вот новая хозяюшка вступит в собственный свой дом, и просим вас на новоселье с пирогом.

Добрейшая сестра Мария Ивановна была так внимательна, прислала для Kitie 100 р. с., присовокупила премилое письмо. Премного ей признателен. Не знаю только, где теперь сестра, в Петербурге или в Гораи. Моё здоровие, благодаря бога, хорошо, несмотря на мой 67-й год, но очень поседел, лич[и]ко моё стало морщиться. Но надеюсь не умереть, чтоб тебя не обнять и [не] побывать у тебя в Высоком. Тяжело, мой дорогой Michel, что будто мы никогда уже не увидимся - и походить по твоим полям и по лесам, которые так роскошны у вас в Тульской губернии, а у нас степи и степи, глазу нет места отдохнуть. Будем надеяться и молиться, и всё будет хорошо.

Похвала со всех сторон о моём рассказе [о] вступлении в Париж 1814 года68 и приглашение от редакции Русской беседы продолжать, думаю писать в другом роде, то есть Читинский острог - совершенная противоположность Югу, как в климатическом, так и в нравственном смысле. Только буду [ли] я в силах изложить этот важный эпизод в подробности? Впрочем, это по сию пору ещё мечта, но многие меня упрашивают и приглашают. Посмотрим! Как здоровье сестры твоей, княгини Евдокии Михайловны? Меня огорчила смерть нашего Валериана Голицына. Я узнал о сей горести и преждевременной смерти в Киеве, но мне не69 верится, ты же мне ничего не написал, - дай бог, чтоб было несправедливо.

На этих днях, я был обрадован увидеть моего Митю Коромтина, сибиряка, который произведён в офицеры с двумя Георгиевскими крестами и герой мрачного Кавказа. Вышел славный малый, но привёз с собою лихорадку, которая мучает его из года в год. Вот тебе наши степные новости. Пиши ко мне. Обнимаю тебя от всей души. Поручаю поцеловать ручку Елизавете Петровне, и всем мирным жителям [в] Высоком мой задушевный поклон, рано и священнику отцу Василию и его супруге. Береги своё здоровие, в особенности после южной Франции, лета наши позволяют носить тоненькую фланелевую фуфайку - непременно. Целую тебу много раз, мой душевно уважаемый друг. Прощай.

[P. S.]. Моё душевное почтение Юлии Михайловне Давыдовой и её супругу. Как они поживают? Что их дети? Ладят [ли] они с Высоким?70

19

19. М.И. Семевскому71

12 января 1871 г.

Мой сосед граф Остен-Сакен хочет непременно выписать "Русскую старину". Она распространилась с большою славою по нашей матушке-России. Покорный слуга.

Н. Лорер

20

Примечания М.В. Нечкиной:

1 Это письмо печатается с текста, опубликованного С.Я. Штрайхом в сб. "Утренники" (кн. 2, с. 74-75) в числе других писем декабристов, разысканных им "в бумагах Н.К. Шильдера, кн. А.И. Чернышёва, гр. В.В. Левашова, проф. И.В. Помяловского, Н.В. Гербеля в Российской публичной библиотеке". Оно относится к эпохе следствия над декабристами и тесно связано с теми документами следственного дела, которые относятся к допетербургскому периоду следствия.

2 Два письма Н.И. Лорера к А.Ф. Бригену (см. далее письмо № 6) печатаются по тексту, опубликованному С. Брайловским (Лит. вестник, 1901, т. 2, кн. 7, с. 232 и сл.). Их подлинники хранятся в Пушкинском Доме Академии наук СССР. Упомянутое в начале письма № 2 село Таракановка - квартира 9-й роты.

Нами исправлена датировка первого из этих писем (у С. Брайловского ошибочно: 1873)

3 Коновницына, мать Е.П. Нарышкиной.

4 В тексте публикации: Я.И. Черкасов.

5 В тексте публикации: Кребриков (Цебриков?).

6 В тексте публикации здесь и дальше: Вегилин.

7 В тексте публикации Бриген. В письмах № 10 и 11: Бригин.

8 В тексте публикации: Айгусте.

9 О Воронецком см. "Записки" Н.И. Лорера (глава XV).

10 "Крестник" Митя - "незаконный" сын Н.И. Лорера, прижитый в Сибири. Ниже мы узнаём его фамилию - Коромтин.

11 Отрывок из письма Н.И. Лорера к М.Ф. Фёдорову произведён в произведении последнего "Походные записки на Каказе с 1835 по 1842 г." (Кавказский сборник. Тифлис, 1879, т. 3, с. 155-156). М.Ф. Фёдоров предпосылает письму следующие строки: во время "пребывания моего в Ивановке я получил письмо от Н.И. Лорера, которое сохраню на память об этом весёлом страдальце".

12 "и" вписано над строкой.

13 "меня" вписано над строкой.

14 "который" (в подлиннике: которий) вписано над строкой.

15 Перед "грос-фатер" (в подлиннике: гроз-фатер) зачёркнуто: Горос.

16 "наконец" вписано над строкой.

17 Очевидно, Н.И. Лорер потому избегал говорить с Н.Н. Раевским о декабристах, что воспоминание о них могло привести на память последнему крупные служебные неприятности, перенесённые им на Кавказе за близость с декабристами.

18 От Александры Осиповны Смирновой-Россет.

19 Н.И. Лорер просил А.О. Смирнову ходатайствовать о производстве в следующий чин за себя и за М.М. Нарышкина, своего друга: Н.И. Лорер получил производство, а М.М. Нарышкин нет - отсюда огорчение последнего и подозрение, что А.О. Смирнова за него не ходатайствовала.

20 Заголовок подлинника. Копи письма А.О. Смирновой списана Н.И. Лорером как непосредственное продолжение его письма. Дальнейший текст также непосредственно примыкает к копии. Текст копии заключён в кавычки нами.

21 В письме: была недоумением.

22 Мария Ивановна Лорер - жена старшего брата Н.И. Лорера - Александра, в доме которого Н.И. Лорер жил в юности, приехав в Петербург из "благословенной Малороссии". В Отделе рукописей Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина хранятся многочисленные письма Марии Ивановны Лорер, урожд. Корсаковой, к её племяннице, жене декабриста, Елизавете Петровне Нарышкиной (мать последней Анна Ивановна была урожд. Корсаковой, родной сестрой Марии Ивановны Лорер). Таким образом, декабрист Н.И. Лорер находился в отдалённом свойстве с Нарышкиными.

23 Анисия Петровна - прислуга Нарышкиных, последовавшая за "господами" в Сибирь. Н.И. Лорер относился к ней с большим уважением и в конце своих "Записок" посвятил ей ряд строк.

24 В подлиннике "кватерем" - очевидно, экватором. Тут Н.И. Лорер намекает на перенесение праха Наполеона в Париж.

25 Приписка к письму расположена на полях первых трёх страниц письма.

26 Далее непонятное и несогласованное с предыдущим "est amie" (может быть, "et amie"?).

27 Очевидно, Калугина - фамилия (в замужестве) той особы, на которой Н.И. Лорер хотел жениться в Сибири, о чём он пишет в своих "Записках".

28 Здесь и в следующей фразе в тексте оригинала вырваны два три слова.

29 В подлиннике Ребендера. В тексте "Записок" Н.И. Лорера - Ребиндера.

30 Невеста Лорера - Надежда Васильевна Изотова.

31 "образом" вписано над строкой. После него зачёркнуто "обед", ошибочно написанное вторично в этой фразе.

32 "тебя" ошибочно написано дважды.

33 В подлиннике: дранвственное. Очевидно, эта транскрипция отражает выговор Лорером слова "нравственное".

34 В подлиннике: у меня у тебя.

35 Речь идёт о докторе Н.В. Мейере: в транскрипции Лорера чаще всего: Меер.

36 Приписка помещена сбоку на полях первой страницы письма.

37 В подлиннике: получивши.

38 В подлиннике: познакомись.

39 В подлиннике: рекомендовала.

40 "есть" вписано над строкой.

41 Здесь - очевидно, при распечатывании сургучной печати - из письма вырван кусок бумаги вместе с текстом. Все слова, части слов и буквы, вставленные далее в квадратных скобках до слова "[по]сылает" включительно, приблизительно восполняют этот пробел.

42 Приписка к письму сделана на полях первой страницы.

43 В подлиннике: отказываются.

44 "с тем" вписано над строкой.

45 Конец слова "любезный" вырван вместе с кусочком письма.

46 "вас" вписано над строкой.

47 "вас" ("вась") вписано над строкой.

48 В подлиннике: кладеть спать, шить все сама для ных, и ей нет минути свободного времени.

49 Тут верхний слой бумаги сорван сургучной печатью (очевидно, при распечатывании) вместе с концом слова "искренно".

50 То есть наскучают (надоедают) мне.

51 Н.И. Лорер был при разжаловании и ссылке в Сибирь лишён своего состояния, перешедшего к его старшему брату. Во время ссылки брат ему посылал деньги, а по возвращении его в с. Водяное давал деньги на содержание. Лишь в 1851 г. брат Н.И. Лорера Д.И. Лорер испросил разрешение после смерти своей завещать имение Водяное декабристу. Надо отметить, что под давлением дворянского общественного мнения  многие родственники декабристов вернули им их имущество после амнистии - Д.И. Лорер не последовал их примеру.

52 После "любящий" зачёркнуто "тебя".

53 "тебя" вписано над строкой.

54 В подлиннике: лишивши свою мать.

55 В подлиннике: Галицину. Очевидно, речь идёт о Валериане Голицыне.

56 Фраза осталась незаконченной.

57 Т. е. подготовка похорон.

58 В подлиннике: скономичит.

59 "же" вписано над строкой.

60 "и теплого" вписано над строкой.

61 "зиму" вписано над строкой.

62 "здоровие" вписано над строкой.

63 В подлиннике: которых.

64 В подлиннике: найдуть. Слова "где найдуть" вписаны над строкой.

65 Приписка к письму частью расположена в конце письма под подписью, частью на полях первой и последней страниц письма. Возможно, что произношение Лорера передало через "Лазерова" - фамилию "Лазарева".

66 Письмо Н.И. Лорера к Е.И. Якушкину хранится в архиве Якушкиных. Письмо интересно упоминанием о портрете Новикова - очевидно, речь идёт о декабристе Михаиле Николаевиче Новикове, умершем в 1822 г.

67 "бога" написано над строкой.

68 Речь идёт о рассказе Н.И. Лорера "Из воспоминаний русского офицера". Далее сообщение Лорера о своём проекте написать воспоминания отчёркнуто кем-то на полях вертикальной карандашной чертой.

69 "не" написано над строкой.

70 Приписка сделана сбоку, на полях последней страницы письма.

71. Письмо Н.И. Лорера к Мих. Ив. Семевскому печатается с текста, помещённого в приложениях к кн.: Тимощук В. Михаил Иванович Семевский, основатель исторического журнала "Русская старина". Его жизнь и деятельность, 1837-1892. Биогр. очерк. С предисл. и под ред. Н. Шильдера. СПб., 1895, прил., с. 9 (№ XVI).