© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists»

User info

Welcome, Guest! Please login or register.

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма кн. Е.П. Оболенского к М.И. Муравьёву-Апостолу.

Письма кн. Е.П. Оболенского к М.И. Муравьёву-Апостолу.

Page:   1 2 3 4 5

Posts 41 to 43 of 43

41

30 декабря 1864 г.

[Евгений Петрович сначала извещает о серьезной болезни своего старшего сына Ивана, продолжающейся третью неделю. Но и семейное горе не отвлекло его внимания от общественных дел:]

...Сейчас видел племянника, офицера путей сообщения, в нынешнем году кончившего курс с золотой медалью, и назначенного для производства работ по южной железной дороге, которую в 1865 г. поведут от Серпухова на Тулу и Орел. Из нового внутреннего займа ассигновано 10 мил.; вероятно, прибавят еще столько же, если работы будут успешны. Вообще они рассчитывают стоимость каждой версты в 60,000 руб. Следовательно, на 10 мил. можно соорудить до 165 верст. Вероятно, в 3 года путь будет доведен до Киева - и в это же время поспеет дорога от Одессы до Киева. Еслиб это осуществилось, то можно положительно утверждать, что никто не перетянет от нас ни одну из юго-западных губерний.

Мы получаем изредка вести из Киева; оттуда пишут с полною добросовестностью, что если случаи взяточничества можно встретить в великороссийских губерниях, то беззастенчивость в этом отношении Юго-западного края превосходит всякое вероятие. Вот чему научилась интеллигенция края, которая составляла его администрацию! Я писал в Варшаву и просил уведомления о наших честных тружениках и деятелях туляках, с которыми успел немного познакомиться во время моих тульских посещений, но ответа еще не получал; и верю, что письмо мое могло быть истреблено каким-нибудь недоброжелателем. По официальным известиям все наши подвизаются честно и добросовестно, и пользуются доверенностью народа, и невольным уважением шляхетского класса. Мне хотелось узнать частным образом, насколько справедливо это официальное сведение.

О наших калужских земских учреждениях мы еще ничего не слышим. Но начало сделано, следовательно, будет и продолжение, и конец - всему делу венец. Когда губернская управа войдет в силу и заявит свое существование какими-нибудь полезными нововведениями; но едва начнет действия земство, как наступит пора деятельности мировых судей и всей судебной реформы. И это все будет совершаться в присутствии нашем, т. е. тех, которые давно и очень давно чувствовали всю тяжесть того нравственного зла, которое лежало тяжелым гнетом на всем народе нашем.

Итак, да благословит Господь благое начало благого дела, которым да прославится Господь, как начало и совершитель всякого добра! - Затем обниму тебя крепко. Твой старый друг

Е. Оболенский.

42

13 января 1865 г.

Вот наступил 1865 год, друг Матвей Иванович, и мы с тобой еще не обменялись дружеским приветом, как следует таким старым и престарым знакомым и товарищам, каковы мы с тобой. А между тем время летит - с нынешним годом я вступаю в свой 69 год, а ты, друг Матвей Иванович в свой 72 год. Почтенны наши лета. Но благодарение Богу, хотя чувствуется гнет долгих годов жизни, но они сносны и не слишком тяготят. He знаю, как ты себя чувствуешь, но я видимо ощущаю слабеющую память, которая изменяет, когда коснется тех событий, которые совершались в недавнее время, но не изменяет в той части жизни, когда мы с тобой были еще в цвете лет.

Довольно грустно проводил я конец истекшего года и с некоторым беспокойством встретил новый. Мой старший сынок Ваня, крепко заболел, какой-то странною болезнью, которую доктор назвал ревматизмом; но она сопровождалась сильным жаром, бредом и даже обмороком; горячечное состояние продолжалось почти две недели и наконец перешло в боль постоянную, которая поразила правый бок и подреберную кость. Теперь осталась боль, которая не дозволяет ступить на ногу.

Вот уже второй месяц наступил, а болезнь не проходит. Терпение, терпение и терпение - вот к чему приходится прибегнуть. Это дело мое частное, которому подвергается каждый, живущий на земле. Но все частное должно умолкнуть, когда вспомнишь о громадных реформах, которые уже обнародованы и должны пересоздать Россию на новый лад с началами суда и правды, и самоуправления.

Все уверяют, что мы не готовы еще, чтобы вступить на это блестящее поприще. Но если спросить большинство решающих так безотрадно нашу неготовность принять хорошее, когда настанет это блаженное время, в которое мы окажемся достойными принять реформы, - то они же по совести скажут - никогда, потому что при старых порядках привольное было житье различным личностям, которые не любят свет Божий и бегут от света правды. Славу Богу, что эти жизненные вопросы теперь решены и составляют эпоху в нашей народной жизни.

Наш покойный Александр І-ый всем сердцем желал ввести в жизнь все то, что ныне уже совершено и что совершается; но он не мог преодолеть той силы, которая препятствовала исполнению его благих намерений. Слава Александру II-му за славный подвиг - и да благословит Господь все его добрые дела!

Я тебя спрашивал и вновь спрашиваю: как идут в вашей губернии земские учреждения? У нас здесь они еще не осуществились, а потому не могу даже приблизительно сказать, что здесь выйдет из этого прекрасного дела. Из Москвы также не слышно ничего, - но там оно должно немедленно придти в исполнение.

43

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTE3LnVzZXJhcGkuY29tL3lBVDlEaUNNSUlFVkJQcFpPel9GZzdBa013YXJGLWNNLThRQjdnL1ZLclRUV3l4dGR3LmpwZw[/img2]

М.М. Панов. Портрет Матвея Ивановича Муравьева-Апостола. Москва. 1883-1886. Альбуминовый отпечаток, картон. 17,8 х 13,1 см. Государственный исторический музей.   

30 января 1865 г.

Давно и очень давно не беседовал с тобой, друг Матвей Иванович. Но в это время скорбь постигла  нас: мой старший сынок заболел опасно, и теперь едва-едва, по милости Божией, начал поправляться. Вот седьмая неделя, как болезнь продолжается, но полное выздоровление еще ожидается. С этой заботой и кручиной начинал я новый год, друг Матвей Иванович, но помолился и надеждой укрепился. Теперь, хотя сынок еще не выходит, но на душе легко, потому и беседа сделалась легка.

В твоем письме от 6 января читаю не без удовольствия, что и вы, тверитяне, пользовались тою же температурой, какой и мы, т. е. полною оттепелью с дождем и вскрытием нашей Оки, которая несколько дней оставалась вскрытой и позволяла парому перевозить через себя; такого явления не запомню в продолжении долголетней моей жизни; следовательно, везде одно и то же повторилось. Но в замен снега, растаявшего и исчезнувшего, у нас появились снежные бураны, которые сопровождались трое суток сряду и покрыли землю таким толстым слоем снега, что образовались снежные горы и ухабы, которых мы не видали и с начала зимы. Словом, у нас вновь настала зима с ее законными атрибутами.

С нынешней почтой получил письмо от Натальи Дмитриевны с доброй вестью, как о восстановленном ее здравии, так и о начале улучшения в состоянии болезненном нашего Павла Сергеевича. Если Господь по милосердию Своему исцелит нашего дорогого Павла, то по истине совершится чудо, за которое нельзя будет не порадоваться1.

Ты, ближайший сосед Москвы, вероятно, прокатил до Белокаменной, чтоб быть свидетелем московских выборных собраний, которые в нынешнем году были так шумны и так любопытны по талантливым личностям, которые выступили на общественную арену и, вероятно, заявили много дельного.

Мы слышали много похвал о сказанных речах от приезжих из Москвы. Я верю, что наше гражданское образование подвинулось довольно сильно в эти годы нашего освобождения от крепостной зависимости.

Я тебя спрашивал о том, как идут дела в Тверской губернии по земству. Но, видно, у вас, также как и у нас, все дело еще в начале, а настоящего собрания еще не было.

Любопытно будет посмотреть, как будут распоряжаться весьма серьезными делами наши выборные, которым придется заведовать всеми внутренними финансовыми делами губернии, над которыми многие и многие чиновники, по русскому выражению, зубы съели. Сколько затем чиновников остается без места, сколько прибавится пролетариев, - страшно подумать, если прибавить к их списку их жен и детей.

Многие уже заранее ищут заменить нынешние упраздняемые места на места, более прочные. Но редкому эти попытки удаются, потому что все твердо держатся своих мест, уже насиженных, а следовательно тепленьких. Впрочем, то, что мы в шутку здесь называем теплым местечком, оказывается в действительности детской игрушкой в сравнении с тем, что творится в юго-западных губерниях.

Таким образом, друг Матвей Иванович, все хорошее, нами ожидаемое, все еще впереди, a худое у нас на глазах и, как нарочно, выставляется наружу и колет глаза.

Затем прощусь с тобой и спрошу вновь: когда же твои девицы примут более почетное звание русских гражданок - не малолетних, какими они ныне под опекой твоей и Марии Константиновны, но состоятельных, - под покровом граждан мужей? Пора, и давно пора.

Всем вам сердечный привет приносит старый друг2 -

Е. Оболенский.

1 П.С. Бобрищев-Пушкин скончался 13 февраля 1865 года.

2 Этим письмом закончилась переписка Евгения Петровича с его родственником и другом. Мучительная тревога, в которой он находился во время опасной и продолжительной болезни своего старшего сына, губительно подействовала на его уже слабеющее здоровье, а затем прибавилась простуда. После говенья, на другой день причастия, поутру за чаем он стал бредить. Воспаление легких его свернуло в четыре дня, и на пятый он скончался в Калуге, 26 февраля 1865 г., окруженный нежным попечением любящей сестры, Натальи Петровны, и своей семьи, которую он спокойно оставлял под кровом этой сестры, своего бесценного ангела-хранителя. Наталья Петровна сейчас же обеспечила его вдову 10 тысячами.

У покойного было многочисленное потомство, но большая часть его детей поумирали в Сибири и России грудными младенцами. После него осталось двое сыновей, Иван и Петр, выходящих из отрочества, и калужанка, дочь Ольга, 4 лет, любимица Натальи Петровны. Впоследствии племянница заменила тетушке Евгения Петровича и в хозяйствах домашнем и сельском, так как Наталья Петровна после его кончины прожила слишком 20 лет и умерла в глубокой старости, тоже спокойно, в семье своего брата, с которым не расставалась. Вполне доверяя Ольге Евгеньевне, она предоставила все свое состояние ее попечению и усмотрению.

Сыновья Евгения Петровича окончили курс в Московском университете, - старший по медицинскому факультету, а меньший по юридическому. Они служили и скончались один за другим - в цветущих летах. После старшего осталась вдова с двумя малолетними сыновьями (эти внуки со своею матерью получили после бабушки Натальи Петровны 15 тысяч), а меньшой покинул жизнь, будучи женихом. (Прим. А.П. Созонович.)

Page:   1 2 3 4 5

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма кн. Е.П. Оболенского к М.И. Муравьёву-Апостолу.