[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTE1LnVzZXJhcGkuY29tL3lHY2lMNlpjU2xYblZPUnZjaGVXX2Nkc0NVZmNKb0pQb3lYNXRBL0F6M0xQMmRKZWRrLmpwZw[/img2]
На акварели неизвестного художника изображена часовня-усыпальница - купольная ротонда, которая была построена по проекту архитектора Василия Милинского в связи со смертью графа Алексея Григорьевича Бобринского его женой Анной Владимировной.
Наружное декоративное убранство усыпальницы - простое и строгое. Всё сооружение по окружности как бы охвачено парными полуколоннами с дорическими капителями. В нижнем ярусе сооружения расположен склеп. В верхнем - была устроена часовня, в которой проходили панихиды. Украшает усыпальницу сферический купол с глухим барабаном с крестом. Вокруг усыпальницы изображен парк усадьбы Бобрики (ныне это территория города Донской).
На обратной стороне акварели надпись, сделанная последним ее владельцем Ю.Б. Шмаровым: «Мавзолей гр. Бобринских на Бобриковой горе (с. Бобрики) Тульской губернии Епифанского уезда. В нём погребены: гр. Алексей Григорьевич Бобринский, генерал-майор (р.1762-†1813), гр. Анна Владимировна, гр. Алексей Иванович (1824-†1826), гр. Павел Алексеевич (1800 - †1830), Василий Алексеевич †1874, гр. Александра Петровна, урожденная Ушакова (1821-†1880), гр. Лидия Алексеевна, рожд. кнж. Горчакова (1807-†1826). См. Чернопятов Дворянское сословие Тульской губернии. Том VII (XVI). Москва, 1912. Некрополь. Картина эта принадлежала Алексею Гречу и была приобретена мною от его сына в 1963 году. Архитектор неизвестен мне».
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQwLnVzZXJhcGkuY29tL2ltcGcvdmJEUXgxdGxCQjFaUTNFeXFPRzFIY0VmWlRKeC1DSjA3NGxCaEEvZ0FQOU8zNXprV00uanBnP3NpemU9MTY3NXgxMjYwJnF1YWxpdHk9OTUmc2lnbj0yNDRmNjNhNzQ0MDA1NWUxMzdhMzAwYWFhNmJmZjFkMyZ0eXBlPWFsYnVt[/img2]
И.И. Новотный, архитектор. Вид и план усыпальницы графов Бобринских в Бобриках. Конец XIX в. Бумага на картоне, тушь, перо. 36,5 х 50,5 см. Государственный исторический музей.
К сожалению, не вся информация полная и верная. Поэтому исправим и добавим немного сведений о родственных связях упомянутых лиц. В усыпальнице захоронены: основатель рода Бобринских Алексей Григорьевич, его супруга Анна Владимировна, урожденная баронесса Унгерн-Штернберг (1769-1846), их сыновья Павел Алексеевич и Василий Алексеевич (1803-1874), первая и третья жена Василия Алексеевича Лидия Горчакова и Александра Ушакова соответственно, а также его теща Варвара Юрьевна, урожденная кнж. Долгорукова (1778-1828). В склепе покоится прах трех младенцев: Алексея Павловича, первого сын Павла Алексеевича (в описании на обороте картины Ю.Б. Шмаров ошибся, назвав его Алексеем Ивановичем), Алексея Алексеевича (1861-1862), первенца Алексея Павловича Бобринского, будущего министра путей сообщения и его супруги Александры Алексеевны, урождённой Писаревой, а также Виктора Викторовича Келлера (1861-1862), внука Василия Алексеевича от дочери Софьи.
Наверное, никто никогда не узнает, как акварель попала к известному искусствоведу, создателю Общества изучения русской усадьбы Алексею Николаевичу Гречу (1899-1938) и кто её автор. Практически ничего не известно и об архитекторе усыпальницы, кроме его имени и то, что он работал некоторое время у обер-гофмейстера кн. С.С. Гагарина.
Усыпальница Бобринских в Бобриках
В 1815 году на Бобрик-горе архитектором В. Милинским в регулярном парке графской усадьбы Бобринских была построена родовая усыпальница. Спустя два года после того, как умер первый Бобринский, Алексей - внебрачный сын императрицы Екатерины Второй и ее фаворита, блестящего графа Григория Орлова.
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTE1LnVzZXJhcGkuY29tLzZYejB2LTFuQmFBY2dEWkY1WU1aeS0wd0ZRVEdYcFRnam9Za1BnL3lxc2FiUmpkMjdVLmpwZw[/img2]
«Так и стояла она в сторонке …от графского сада, мозоля, однако, глаза золотым куполом и каждый день напоминая о том, что рядом с расцветом нашей новой жизни лежат мертвые потомки графов Бобринских…» Приведена цитата из романа пролетарского писателя Глеба Алексеева «Роза ветров», который написан в 1933 году по социальному заказу советского правительства и посвящен грандиозному строительству – первых химических заводов и электростанции, то есть нынешнего «Азота» и Новомосковской ГРЭС.
Далее Алексеев описывает сцену разграбления часовни и саркофагов. Но слукавил пролетарский писатель, ой, слукавил. Не было тогда еще никакого «расцвета новой жизни», поскольку бушевала гражданская война, и отряды Белой гвардии приближались к Бобрик-горе. Вот местные «сознательные» мародеры и решили, что уж лучше пусть им достанутся графские золото и брильянты, чем кому бы то ни было. Так что вовсе не классовая ненависть и не революционный порыв побудили не самых лучших представителей новой власти надругаться над телами бывших господ.
Подвижнику-реставратору, долгие годы пытавшемуся уберечь уникальное сооружение от окончательного разрушения, Николаю Почуеву, уроженцу этих мест довелось даже поговорить со свидетельницей тех давних событий Екатериной Степановной Демидовой. В почти столетнем возрасте лет она поведала ему, как все было на самом деле. Не прислушавшись к уговорам какого-то набожного и грамотного земляка, убеждавшего не крушить усыпальницу, а устроить тут музей, толпа налетела на захоронение стаей жадных ворон. Останки вытащили из склепа, мраморные гробы разбили, кости и черепа побросали в заранее вырытую тут же яму. Предварительно сняв с покойников все мало-мальски ценное. Не погнушались даже парчой, которой обиты были гробы, и впоследствии деревенские модницы щеголяли в юбках из нее пошитых.
Известна еще одна, почти мистическая деталь того давнего события. Когда вскрыли очередной саркофаг, то мародеры оцепенели на миг от ужаса: покойник лежал как живой, а на богатом его одеянии лежала светлая женская коса. Но оправились, ограбили и этого. Яму с останками закопали, богатую церковную утварь из часовни, находившейся над склепом, растащили по домам.
«Рабе Божьей Елизавете»
Во всем этом можно было бы усомниться, мало ли кто и как трактовал события тех далеких дней. Да и редкая порушенная дворянская усадьба не имеет своей красивой, а то и навевающей страх легенды. Но есть документ, а именно вырезка из газеты «Деревенская коммуна» от 8 июля 1920 года: «Вскрытие усыпальниц. Ввиду разгрома с целью ограбления гробниц графов Бобринских в мавзолее при селе Бобрики Епифанского уезда тела предать земле, а здание обратить в музей.
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTEwLnVzZXJhcGkuY29tL3hjZ2xmcnNySFRkVXpWYUZsMURIRHNzeHp5dUl0RnV2MkRFVVpnL3RiVUtqemtKUGRjLmpwZw[/img2]
Особый комитет из представителей Исполкома, Укомпарта, Наробраза и местных рабочих вскрыл гробницу сына Екатерины Второй и Орлова, графа Алексея Григорьевича Бобринского, ее внуков Павла и Алексея и других Бобринских в числе 10. Тела оказались истлевшими, за исключением набальзамированного Павла Алексеевича, погибшего в 1830 году, тело которого сохранилось великолепно и даже лицо не изменило своих первоначальных красок. На груди у него оказалась женская коса золотого цвета, завернутая в шелк. Некоторые вещи, имеющие ценность, взяли из гробницы и передали в Епифанский музей. Все тела похоронены в общей могиле».
Так что все верно, и про «пролетарский гнев», и про покойника, который лежал как живой. Есть информация, что Павел Бобринский был убит из-за женщины, на дуэли в далекой Флоренции, и что коса якобы ей и принадлежала.
А вот еще одна романтическая история, связанная с усыпальницей, и тоже достоверная. Цитируем опять же Глеба Алексеева: «…Она так и умерла, не выезжая никуда из усадьбы. В усыпальнице готовили место для нового мраморного саркофага… Покойница лежала в гробу такая же бледненькая и худенькая, и никто из пришедших не мог сказать о ней ни плохого, ни хорошего. Хорошего она никому ничего не сделала, а в худом, что шло на окрестные поля из усадьбы, никто ее не посмел обвинить. Граф приехал к самым похоронам и распорядился сейчас же, чтобы покойницу не хоронили в общей усыпальнице, а вырыли для нее могилу рядом…»
Писатель рассказывает о Елизавете Бобринской, супруге одного из графов предреволюционного периода, якобы взятой в жены из столичного ресторана «Яр», где служила она «простой певичкой». Не называя, впрочем, ни имени, ни отчества. Эту историю тоже можно было бы подвергнуть сомнению, учитывая, что социальный заказ предполагал продемонстрировать в романе социальное неравенство, мол, простым певичкам не было места в фамильной усыпальнице, хоть она по мужу и Бобринская. Но ведь так оно и было!
Николай Сергеевич Почуев, долгое время пытавшийся определить местоположение общего захоронения, нашел могилу Елизаветы, которую одновременно с усыпальницей разграбили «активисты» из Укомпарта и Наробраза. А вместе с могилой и надмогильный крест серо-голубого гранита, выполненный, безусловно, художником. На кресте выполненная красивейшей старославянской вязью надпись, причем зашифрованная.
Упокоились на прежнем месте
Благодаря сотрудникам историко-мемориального комплекса «Бобрики» удалось наладить связь с потомками графского рода, которые живут ныне по всему миру. В конце концов, совместными усилиями добились разрешения на поиск и перезахоронение останков. В 2001 году новомосковские археологи Олег Заидов и Геннадий Шебанин, а также заместитель директора музея Юрий Задков приступили к поискам той самой ямы, в которую были свалены останки представителей славного рода, давшего в свое время России немало выдающихся личностей. В том числе историков, археологов, строителей железных дорог имперского масштаба, разработчиков первых угольных копей, лесозаводчиков.
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIudXNlcmFwaS5jb20vdDZuYTBHZ2drbWczRGdkSG84Vk9uQl9wa3o4QUdnWllXeFNRdXcveHVjY1JYU0xGTU0uanBn[/img2]
Археологи не только не жалели сил и личного времени на раскопках, но еще и вынуждены были ночевать прямо здесь же, опасаясь мародеров нынешней уже волны. Осенью место захоронения было найдено, и непогожим осенним днем останки Бобринских были подняты. Антропологи подтвердили их подлинность. В год 230-летия основания усадьбы, 27 декабря 2003 года, останки Бобринских в присутствии многочисленных отпрысков и при участии священнослужителей были возвращены в фамильную усыпальницу.
Написанному – не верить!
На этом публикацию можно бы и закончить, но нельзя не сказать следующее. Многие местные краеведы-любители, да и просто неравнодушные к истории малой родины дончане и новомосковцы после перезахоронения надеялись, что далее последуют работы по уже профессиональной реставрации уникального сооружения 19-века, по расчистке и приведению в надлежащий вид регулярного и террасного парков, спроектированных и созданных великим нашим земляком Андреем Тимофеевичем Болотовым. В таком случае Бобрик-гора действительно могла бы стать местом притяжения для туристов, как стала еще одна усадьба Бобринских - в Богородицке.
Но увы. Вопреки написанному на доске предупреждению, что-де объект охраняется государством, как-то не очень верится в это. Ротонду-усыпальницу вновь «украшают» не боящиеся Бога подростки - любители намалевать что-либо непотребное на стенах, территория заросла, режут глаза следы лихих пьянок-гулянок. Зарастает и примыкающий к усыпальнице парк, реликтовые деревья которого из последних сил хранят очарование старинной русской усадьбы.
Андрей Лифке