[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTY0LnVzZXJhcGkuY29tL2ltcGcvNHBZdHFYWldpMzRPNnJYdHV0Z2dMZ3NYY2U1QnozcGw3a1pyMEEvcDAxWS10QzA1SjQuanBnP3NpemU9MTM4MHgxNzkwJnF1YWxpdHk9OTUmc2lnbj02OTU4ZjMzOWE0YmE3NDg4ZGI1NmM2Mzc1OTc1NGFmMyZ0eXBlPWFsYnVt[/img2]
Неизвестный фотограф. Портрет Зинаиды Сергеевны Лихаревой (рожд. Щербачёвой). Калиш. 1910-е. Бумага, фотография. 10,9 х 6,4 см. Курганский областной краеведческий музей.
Выдержка из письма Зинаиды Сергеевны Лихаревой, вдовы сына декабриста Лихарева к М.Н. Лихареву с приложением документов и реликвий.
«г. Калиш. 5-го Мая 1914 года.
Теперь буду отвечать по пунктам на все вопросы Вашего письма, - по порядку.
Ник[олай] Сол[омонович] Мартынов никогда не произносил даже имени Лермонтова, что очень естественно. Про кончину Влад[имира] Ник[олаевича] он рассказывал только, что последнее время своей жизни он находился в очень угнетённом состоянии. В тот день он ехал с Мартыновым, кажется уже по окончании боя при Валерике, когда, увидя вдруг какой-то небольшой неприятельский отряд, Влад[имир] Ник[олаевич] поскакал стремительно туда, и мгновенно был убит.
Мартынов был убеждён, что это было своего рода самоубийством, вызванным будто бы, только что полученным запоздалым известием о замужестве его жены; однако, из последних писем Влад[имира] Ник[олаевича] к его родным можно предполагать, что и денежные его дела в то время могли также удручающе на него действовать. В этих его последних письмах он почти постоянно упоминает о сыне и никогда уже о жене, которая, впрочем, тогда жила у Бороздиных в Крыму, а не у Лихаревых.
Никакой переписки у моего мужа с Т.Б. Потёмкиной или с Бороздиными тогда не было и не могло быть, так как в то время он был ребёнком или подростком. В первом Вашем письме Вы желали знать о детстве моего мужа и о том, заботилась ли его мать о нём. Этого я не знаю.
Я моего мужа увидела в высшем Московском свете, блестящим красавцем, - le beau Lishareff, так его звали тогда, - всеобщим любимцем, прекрасно говорящим по-французски, по-немецки и по-англ[ийски], (как, впрочем, все мы, люди прежнего воспитания), изящным вальсером и мазуркистом, замечательным актёром и певцом на любительских спектаклях (ещё подростком он подвизался на сцене Тат[ьяны] Бор[исовны] Потёмкиной, с её племянниками кн[язьями] Бор[исом] Голицыным и Юр[ием] Голицыным, о чём они потом всегда вспоминали) и, вместе с тем, георгиевским кавалером, лихим кавалеристом, страстным охотником и первоклассным стрелком.
О нравственных качествах я говорить не стану: достаточно одного свидетельства нашего тогдашнего духовенства, поражённого количеством панихид, отслуженных по нём в продолжение целого года народом со всех концов нашего уезда.
Были умилительные картины во время объявления эмансипации, когда наши крестьяне ходили справляться: могут ли они подать прошение об их нежелании выходить на волю, пока мой муж будет жив.
Вскоре после нашей свадьбы, вернувшись в Москву из деревни, мы там застали многих, возвращённых из Сибири декабристов - Волконских, Трубецких, Давыдовых и пр. Почти все были родственниками моего мужа, прабабка которого граф[иня] Самойлова, была два раза замужем, в первом браке за Раевским, а во втором за Давыдовым.
Марья Николаевна Волконская, рождённая Раевская, была двоюродной сестрой матери моего мужа (которой мать была рож[дённой] Давыдовой) и, как она говорила, лучшим другом. Дом Волконских поэтому стал для нас тотчас же самым близким, родным домом.
Таким образом кн[ягиня] Марья Ник[олаевна], находя, что я слишком молода, чтобы выезжать одной, хотя уже и замужней женщиной (я, правда, выходила замуж очень молодой), стала и меня выводить в свет вместе со своей дочерью, тогда бывшей ещё замужем за Молчановым, психически больным в то время. Муж мой был очень доволен появлением моим повсюду под такой эгидой.
У Волконских были всегда по понедельникам, и мы там всегда видели всех бывших и бывавших в Москве декабристов, но, разумеется, издалека. В нашем молодом у них кружке, из дам, кроме самой Нелли Молчановой и меня, присутствовали всегда Ольга Кривцова (племянница декабриста), вскоре вышедшая за Ник[олая] Орлова (мать котор[ого] была рождённая Раевская) и Сашок Раевская, дочь Александра Николаевича Раевского, вышедшая потом за гр[афа] Ностиц. Все кузины моего мужа.
Вот подробности, которые, может быть и не касаются рода Лихаревых. Простите эти отступления, впрочем Вашими же расспросами о том, как и где мы сталкивались с М.Н. Волконской.
Кстати, мне недавно попалось одно письмо Мар[ии] Ник[олаевны] к моему мужу, которое, пожалуй, я тоже могла бы Вам передать. Думаю, однако, что оно, относящееся только к моему мужу и ко мне, а не ко всему роду Лихаревых, Вам может быть не интересным.
Много я имею от того времени как и от всяких других годов моей долгой жизни, фотографий, писем и записок. Ведь сестра матери моего мужа, Мария Андреевна, была тоже два раза замужем, сперва за декабристом Поджио, а потом тоже, при его жизни за кн[язем] Гагариным, ген[ерал]-губ[ернатором] Кутаиса, там же и убитым, впоследствии кн[язем] Дадашкелиани.
С семьёй Петра Вас[ильевича] Давыдова (сына декабриста и женатого на дочери декабриста же Трубецкого) я тоже была в хороших отношениях, но это уже в самое последнее время жизни моего мужа и после его кончины, незадолго до которой они только и переехали в Москву.
З. Лихарева».
Приложенные к письму документы и реликвии:
1. Свидетельство о рождении Николая Владимировича Лихарева (1826-1869), выданное из Киевской Духовной Консистории 8 июня 1851 г. за № 3834.
2. Указ об увольнении от военной службы, выданный 15 октября 1851 г. за № 11168.
3. Указ из Судогодской Дворянской опеки о назначении Николая Владимировича Лихарева попечителем над несовершеннолетней его женой Зинаидой Сергеевной Лихаревой, урождённой Щербачёвой*.
4. Патент на производство Николая Владимировича Лихарева в прапорщики с 1849 г. 29 июля. - Выдан 1850 г. Апреля 18 за № 3866.
5. Герб рода Лихаревых, отдельный оттиск из гербовика, изданного Департаментом Герольдии.
6. От руки составленная поколенная роспись, начиная с Фёдора Ивановича Лихарева, стольника.
7. Портрет Николая Владимировича Лихарева в детском возрасте, нарисованный художником Hampeln Sourd-muet.
8. Портрет его же - исполнен карандашом художником Соколовым в 1854 г. На портрете автограф художника.
9. Письма Владимира Николаевича Лихарева (1802-1840), декабриста, к матери и сёстрам, в количестве 20 шт. с 29 декабря 1826 г. по 24 января 1840 г., многие письма не помечены, от какого они числа и года.
10. Письмо Татьяны Борисовны Потёмкиной к Лихаревым (относящ. приблиз. к 1838 году).
11. Письмо Марии Николаевны княгини Волконской (приблиз. в 1857-58 годах).
12. Письмо князя Барятинского к Никите Андреевичу Лихареву от 6.VII.1806 г. Никита Андреевич - родной дядя декабриста.
13. Портрет Владимира Николаевича Лихарева, нарисованный во время ссылки в Сибири. Автограф стёрт, сохранилась на портрете только одна буква «В».
14. Портрет-миниатюра Екатерины Андреевны Лихаревой, урождённой Бороздиной, - исполнен на слоновой кости.
15. Фотографическая карточка Николая Владимировича Лихарева, маленькая - 1866 г.
16. Небольшая салфетка с вышитым родовым гербом Лихаревых.
17. Две фотографические карточки Зинаиды Сергеевны Лихаревой, маленькая - 1866 г. и большая - 1885 г.
*Бракосочетание с Николаем Владимировичем Лихаревым было совершено 10 ноября 1854 года в Покровской деревне, Рязанской губернии, Раненбургского уезда, село Новопокровское.
