© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.



«Декабристские реликвии».

Posts 21 to 30 of 50

21

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTI0LnVzZXJhcGkuY29tL2M4NTQ0Mjgvdjg1NDQyODUwMy9jNTRkNC9iZk5vQ0pXTXZ1NC5qcGc[/img2]

Знаменитое «кандальное» кольцо декабриста Евгения Петровича Оболенского было продано за 6 миллионов рублей на аукционе Дома «12-й стул» на аукционе «Тайные общества России. Редкие книги. Документы. Фотографии. Графика», который Аукционный дом «12-й стул» провёл 19 апреля 2019, было выставлено 900 лотов.

Особое внимание коллекционеров привлекли две редкие коллекции, содержащие уникальные материалы из истории тайных обществ России разных временных периодов. Впервые на открытые торги были выставлены реликвии декабристов, в том числе легендарное «кандальное» кольцо, выкованное из оков братьями Бестужевыми и происходящее из собрания семьи российских оружейников Токаревых. Стартовая цена кольца составила 2,5 млн рублей. В результате торгов, «кандальное» кольцо декабриста князя Евгения Петровича Оболенского было продано за 6 миллионов рублей.

22

[img2]aHR0cHM6Ly9wcC51c2VyYXBpLmNvbS9jODU0NDI4L3Y4NTQ0Mjg1MDMvYzU0ZmMvS1hacjY0X1d0eGsuanBn[/img2]

Кольца Ивана Ивановича Пущина. 1830-е. Петровский завод (?). Железо, серебро; железо, золото. По преданию, кольца изготовлены Иваном Пущиным из его кандалов. На внутренней стороне одного из колец надпись: «9 маiя 1836 год». Всероссийский музей А.С. Пушкина. Поступили из ИРЛИ (Пушкинский Дом) в 1953 г.

23

[img2]aHR0cHM6Ly9wcC51c2VyYXBpLmNvbS9jODU0NDI4L3Y4NTQ0Mjg1MDMvYzU0ZjIvS29YWGtELWluMzAuanBn[/img2]

Кольца, сделанные из кандалов. Россия, Чита. 1827-1830. Железо, ковка, чеканка, гравировка. Принадлежали декабристу Александру Ивановичу Одоевскому. Государственный исторический музей. Москва.

24

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTYudXNlcmFwaS5jb20vYzg1NDQyOC92ODU0NDI4NTAzL2M1NGNhL2JfcTFJNjZkY3E0LmpwZw[/img2]

«Кандальные перстни С.Г. и М.Н. Волконских»

Возвращаясь из Сибири после амнистии 1856 г. бывшие каторжники-декабристы брали с собой на память звенья кандальных цепей.

В высшем свете стало модным делать ювелирные изделия из кандалов, оправлять железо в золото. Особенно были распространены кольца, перстни и ожерелья. В числе тех, кто по возвращении из Сибири привез фрагмент своих кандалов, был Сергей Волконский. В Москве у лучшего ювелира он заказал для себя и своей жены два перстня из кандального железа, которые супруги хранили до конца жизни.

Перстни Волконских были выполнены из вороненого железа, с золотыми вставками. На мужском перстне сделана монограмма «С.В.» (Сергей Волконский) и княжеская корона. Женское кольцо, меньшее по размеру, украшено золотой обкладкой внутри ободка и золотым крестиком вместо монограммы. Изображение креста символизировало, что Мария Николаевна Волконская «несла крест», разделяя с мужем трудности сибирской каторги и ссылки.

Известно, что подобные кольца были у Н.М. Муравьева, С.П. Трубецкого и других декабристов. Теперь они хранятся в российских музеях и частных коллекциях. Перстни Волконских в последние полвека хранились в собрании известного коллекционера Н.А. Никифорова из Тамбова. В 1989 году они были представлены на выставке «Декабристские реликвии» в Государственном историческом музее, в ряду других подлинных вещей, принадлежавших декабристам.

В 1970-х годах Иркутский музей декабристов делал попытки приобрести перстни Волконских у Н.А. Никифорова, но безуспешно. В июне 2010 г. музею поступило предложение о приобретении перстней Волконских от коллекционера, который унаследовал собрание Н.А. Никифорова.

В настоящее время перстни супругов Волконских находятся в собрании Иркутского музея декабристов.

25

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTExLnVzZXJhcGkuY29tL1hqMzhDUnhkVV9uQ2J0NjlWbGM2OWo3WThLZWdTd3k1Z1Vpb3p3L1I5WUQ1MzRnZ1ljLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTE0LnVzZXJhcGkuY29tL3RqbkR4ZERBN3F4aGFXaTR2UENkX3VaTTB0WTNNaUw3TF8ydEF3L2ZxZnMtNFJOMnRVLmpwZw[/img2]

1. Футляр для печатки декабриста Александра Ивановича Сабурова. Первая четверть XIX века. Картон, кожа, муар. 4,0 х 10,6 х 7,0 см. 2. Печатка декабриста Александра Ивановича Сабурова. Первая четверть XIX века. Топаз. 6,9 х 3,8 х 2,0 см. Государственный музей А.С. Пушкина. Москва.

26

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTEyLnVzZXJhcGkuY29tL2M4NTQ0Mjgvdjg1NDQyODUwMy9jNTU5NS9JelR3YXltWTdYdy5qcGc[/img2]

Пирамидальное фортепиано М.Н. Волконской. Вена. 1790-е. Иркутский музей декабристов.

Экспозицию кабинета-будуара княгини М.Н. Волконской украшает уникальный музыкальный инструмент – пирамидальное фортепиано семьи Волконских.

Фортепиано было сохранено в семье ленинградской художницы-графика Е.К. Эвенбах (1889-1981) и затем передано музею. В различных музейных документах инструмент неверно называли то «клавесином», то «клавикордами», его даже приписывали семье Трубецких. В 1970-х гг. иркутский музыковед И.Ю. Харкеевич предположила, что это - «клавицитерий». Исследования показали, что в Иркутске сохраняется уникальный экземпляр «пирамидального фортепиано». Этот вид инструмента был изобретен в 1745 г. и применялся в музыкальном быту до середины 1820-х гг.

Известно, что сын Волконских Михаил брал уроки у преподавателя музыки и пения Иосифа (Джузеппе) Борзатти, который во время пребывания в Иркутске жил в одном из флигелей на усадьбе Волконских. Инструмент мог достаться семье именно от него.

В 1990 г. пирамидальное фортепиано было переправлено в Санкт-Петербург для капитальной реставрации. Был восстановлен не только экстерьер иркутского инструмента, но и воссоздана утраченная крышка-клапан клавиатуры. Также полностью была восстановлена механика фортепиано.

Время постройки фортепиано, по определению реставраторов, – между 1790-ми и 1810-ми годами. Родиной может быть либо Германия, либо Австрия.

27

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTE2LnVzZXJhcGkuY29tL3E0Slc1V1Q0RlVuZWxjYzdSaVh1UHpaOUwtcFlwU2RsWG5vbHFnL1lSSDBVX2FxWGtJLmpwZw[/img2]

Шаль Марии Николаевны Волконской. Россия. Середина XIX в. Иркутский музей декабристов.

В 1970 году, когда открывалась первая усадьба Музея декабристов, Дом Трубецких, шаль поступила в музейные фонды от Марины Андреевны Перфильевой, в семье которой она хранилась. По семейной легенде шаль была подарена Марией Николаевной Волконской одной из воспитанниц, иркутской сироте Варваре Родионовой в качестве свадебного подарка.

К сожалению, спустя пять лет, в 1975 году шаль была украдена прямо из экспозиции музея, ее пропажу обнаружили только спустя несколько часов. Разыскные мероприятия не дали никаких результатов, и более 20 лет шаль считалась безвозвратно утерянной.

Однако в начале 2000-х  в Читинский областной краеведческий музей им. А.К. Кузнецова поступил дар от неизвестного дарителя, который был записан как «Фрагмент атласной шали с шерстяными кистями». Предоставленные в Читу фотографии украденной шали позволили установить полное сходство двух этих предметов. Благодаря сотрудничеству руководства двух музеев, мемориальный предмет в 2012 году вернулся в Иркутский музей декабристов.

Из-за крайне изношенного и поврежденного состояния шали (не известно, в каких условиях она хранилась более 20 лет), была организована ее реставрация в Научно-реставрационном центре И.Э. Грабаря в Москве.

Сейчас ценный экспонат не выставляется в открытом доступе, только в стеклянной витрине.

28

[img2]aHR0cHM6Ly9wcC51c2VyYXBpLmNvbS9jODU0NDI4L3Y4NTQ0Mjg1MDMvYzU1NDcvQVBkS1FNLW91a0UuanBn[/img2]

Походное бюро декабриста Михаила Сергеевича Лунина. Первая четверть XIX в. Красное дерево, сосна, медь, полировка. Выс. 86 см, ларец: 28 х 67 х 42 см. Экспонат поступил в 1968. Приобретён у частного лица. Государственный Эрмитаж.

29

[img2]aHR0cHM6Ly9wcC51c2VyYXBpLmNvbS9jODU0NDI4L3Y4NTQ0Mjg1MDMvYzU2MWMvRGs2YW5iVnQzQ3MuanBn[/img2]

Чашка с блюдцем супругов Ивашевых, из сервиза, заказанного отцом В.П. Ивашева Петром Никифоровичем для отправки в Сибирь сыну и его жене. Чашка украшена золотой монограммой «С» и «В» из начальных букв имён Camilla-Basile. Париж, 1830-е. Фарфор, золочение.

Кованная из кандалов шкатулка (на крышке изображена гостиная в доме Ивашевых) - память о сибирском, относительно спокойном, но печальном этапе жизни декабриста. Женитьба и семья предостерегли его как от отчаянной попытки совершить побег, так и от самоубийства.

Цепочка из волос жены (начало 1840-х; волосы, золото). Василий Петрович Ивашев сплёл её после кончины Камиллы Петровны, случившейся в 1839 году.

Всероссийский музей А.С. Пушкина. С.-Петербург.

30

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW40LTEyLnVzZXJhcGkuY29tL1FmVFpmbVJXcFd1eDA4eG1EMi1UMDd1MzhQa2praGNwUFp5WVZRL0hDYVhfS1NWSG9vLmpwZw[/img2]

Журнал «Британское обозрение». Париж, 1825 г. Книга принадлежала декабристу Павлу Васильевичу Аврамову. Иркутский музей декабристов.

Одним из ценнейших экспонатов коллекции редких книг в фондах Иркутского музея декабристов, является парижское издание 1825 г. журнала «Британское обозрение» («Revue Britannique») с автографом коменданта Нерчинских рудников С.Р. Лепарского. Сама же книга принадлежала декабристу П.В. Аврамову.

Павел Васильевич Аврамов (1791-1836) происходил из дворян Санкт-Петербургской губернии, командир Казанского пехотного полка, член Союза благоденствия и Южного общества. Службу начал подпоручиком в 1806 г., а на момент восстания 14 декабря он был полковником. По приговору суда лишен чинов и дворянства и осуждён на 12 лет каторги в Сибири. С 1832 г. был освобождён от работ и переведён на поселение в Читу, а затем в Акшинскую крепость, где умер в 1836 г.

В своем завещании, которое он оставил, декабрист дал указания относительно своих похорон и раздачи денег и вещей разным лицам на память.

Согласно легенде, записанной на первом форзаце журнала «Британское обозрение», эта книга была завещана Аврамовым в числе других 47 книг дочери начальника Акшинской тюрьмы Аннушке Разгильдеевой. Этот факт подтверждает библиограф и краевед Раиса Ивановна Цуприк в своей книге «О роли книг в жизни и деятельности декабристов в условиях забайкальской ссылки»: «В описи вещей, оставшихся после смерти П.В. Аврамова, значится 47 томов (8 названий). В их числе. «Британское обозрение» (6 книг).

Не исключено, что П.В. Аврамов занимался обучением дочерей Разгильдеевых, поэтому и завещал свою библиотеку 11-летней Аннушке».

В 2002 г. эта книга была приобретена для музея И.С. Гринбергом у московского коллекционера А.Б. Сидорова.