Письма братьев Петра Ивановича и Павла Ивановича Колошиных к Николаю Николаевичу Муравьёву, печатаются по кн.: Из эпистолярного наследия декабристов. Письма к Н.Н. Муравьёву-Карскому. Том I. Москва 1975. Под редакцией академика М.В. Нечкиной. Текст писем к печати подготовили научные сотрудники Отдела письменных источников Государственного исторического музея И.С. Калантырская, Т.П. Мазур, Е.И. Самгина, Е.Н. Советова. Комментарии И.С. Калантырской. Перевод писем с иностранных языков Е.Н. Советовой.
Пётр Иванович Колошин - Н.Н. Муравьеву
С.Петербург. Августа 3-го дня 1816.
Виноват, любезной друг и артельщик, что до сих пор к тебе не писал: лень тому причиной и, не знаю, какая-то уверенность, что если кто-нибудь из артельных пишет, то будто уж это есть письмо от всего сословия, потому что каждой из нас равно тебе скажет, что тебя любит и, нехотя, припомянет несколько месяцев той жизни, которая тем была щастливее, что мы видели свое щастие и знали, что оно пройдет. Мы пользовались настоящим временем, что редко бывает, ибо все привыкли или хвалить прошедшее или мечтать о будущем. Как бы то ни было, но время сие прошло, и каждой из нас должен стараться идти своей избранной дорогой, а между тем не забывать Артели. По сему-то поводу полагаю, что ты моим молчанием не огорчился, ибо как бы велика ни была моя инерция, она не в состоянии уменьшить моей дружбы. Святая Артель от часу уменьшается: ты с братом прежде нас оставил, Бурцов также уехал на съемку, Миша сбирается в Москву, я 1-го сентября туда же следую, ибо отпущен с сего числа на 4 месяца; итак, останется один горемышной Павлюк и будет топить горе свое в чаше.
Одно из писем твоих очень огорчило всех собратий - Артель в этот день уныла и тем более, что не могла тебя призвать на вечу1, и; обсудя твое предприятие, отвратить тебя от оного. Кажется, что сердце твое, с артельными сходное, должно подать в сем деле голос, если уже обязанности против родных, друзей, бедного нашего отечества и даже провидения не в силах будут на тебя действовать. Не наскучь, брат, моим нравоучением: я пишу, что думаю, и если речь моя будет и не действительна, то по крайней мере уверит тебя в моей дружбе и напомянет тебе, что не один я то же бы тебе сказал.
Желаю, любезной друг, чтоб путешествие2 твое было тебе приятно и занятия твои пошли в пользу и чтоб ты со временем возвратился туда, где пять3 человек тебя ни меньше ни больше любят как
П. Колошин.
Почтение мое отцу; настрой его, чтоб он не робел, когда приедет Волконской4 - от него зависит судьба двух членов Артели - Толстой отдаст тебе это письмо: представь его отцу в хорошем виде, ибо он сего достоин.
1 Из «Записок» Н.Н. Муравьёва известно, что внутренняя жизнь Артели была построена по республиканскому принципу Новгорода: по звуку вечевого колокола, в который имел право звонить каждый её член, собиралась вся Артель и решались требования как отдельного члена Артели, так и все вопросы, касающиеся жизни и службы каждого из них (см. «Русский архив». 1886, № 4, стр. 446; об этой особенности жизни Артели писала М.В. Нечкина: «Священная артель. Кружок А. Муравьёва и И. Бурцова 1814-1817 гг.» - Указ. сб., стр. 170). Письмо Колошина от 3 августа 1816 г. является новым источником, подтверждающим этот принцип.
2 Путешествием Н.Н. Муравьёва Колошин называет предстоящее участие его в составе посольства А.П. Ермолова.
3 Колошин имеет в виду только действительных членов Артели: Александра и Михаила Муравьёвых, Петра и Павла Колошиных, И.Г. Бурцова.
4 От начальника Главного штаба П.М. Волконского зависела выдача разрешения на отпуск офицерам Гвардейского генерального штаба. В данном случае речь идёт о разрешении на отпуск Михаилу Николаевичу Муравьёву и Петру Ивановичу Колошину.
