© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists»

User info

Welcome, Guest! Please login or register.

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабриста А.О. Корниловича.

Письма декабриста А.О. Корниловича.

Page:   1 … 7 8 9

Posts 81 to 86 of 86

81

29. Михаилу Осиповичу Корниловичу

Друг мой Михайла!

Ты меня упрекаешь в лени, а сам по месяцам ко мне не пишешь. Если я и неразговорчив, ограничиваюсь немногими словами, по крайней мере аккуратен, не оставляю тебя без ответов.

У нас, любезный, большая суматоха. Штаб-квартира полка переходит в Карабахскую область, в г. Шушу. Баталион же наш отправляется в Тифлис, чтоб оттуда, как уверяют, идти за Кубань и с наступлением осени воевать горцев.

Весьма вероятно, что когда ты получишь это письмо, брат твой будет на походе. Я радуюсь этому потому, что мне суждено лишь под пулями искать облегчения своей участи; авось благодарый кусок свинцу, пущенный черкесом, сократит время моего странствования в броне сермяжной.

Я, не докончив последнего к тебе письма, собирался дописать его к следующей же почте, но тут столько скопилось дела, что, право, не мог уделить тебе и минуты времени. И не думай, чтоб это была простая отговорка: с кем мне веселее беседовать, как не с тобою?

Со времени моего сюда приезда я ничего не пишу, по крайней мере ничего такого, что было бы назначено к печати; я уже тебе не раз говорил тому причину. Я вспомнил старину, взялся за указку, от нечего делать учу детей и с ними занимаюсь по целым дням. Но теперь приходится все бросить.

Перемена штаб-квартиры для меня не совсем приятна: я так тяжел на подъем, так люблю покой. Здесь я привык проводить время спокойно, полюбил Царские Колодцы. А что будет в Шуше? Впрочем, я открываю это одному тебе и так мало обнаруживаю перед другими свои чувства, что не сделаю и шагу для перемены своего назначения. Пускай будет со мною, что угодно Богу.

Радзиевские просили у меня совета, куда поместить своего Александра? Что мог им сказать я, скоро девять лет отторженный от света, по слуху лишь зная, что в нем происходит? Я адресовал их к тебе, уверенный что пособишь им, если можешь. Вынужденный обстоятельствами, я также писал о твоем векселе к Августину или, лучше сказать, к сестре; прошу у них не капитала, которого нескоро надеюсь получить, а процентов и то не более пяти, но сомневаюсь, в состоянии ли они будут платить мне и те.

Прощай, мой друг! Письма свои продолжай надписывать в Царские Колодцы на имя супруги нашего полкового командира Каролины Яковлевны Клуген, которая примет на себя труд пересылать их ко мне. Она пробудет здесь до весны будущего года.

15 Июня, 1834 г.,

Царские Колодцы.

Твой всею душою

Александр.

82

30. Михаилу Осиповичу Корниловичу

Пишу к тебе накануне выступления в Дагестан, может быть, в последний раз из Царских Колодцев. У меня все уложено, меняю покойную, ленивую жизнь на биваки; завтра сажусь на коня, иду в пылу битв добывать желанного прапорщичьего чина, который может доставить мне способы мирно, в тиши, поблизости семейства кончить свои горькие дни. Благодарю тебя, мой милый, за последние 125 рублей и приложенный ящик для табаку: самого табаку там не было, даже столько, чтоб раз понюхать, весь просыпался, так что я даже не умею тебе сказать, каков он был? Все-таки благодарю тебя за твою заботливость.

Нынче, не далее как полчаса назад, приносят мне твою посылку и твое письмо от 21 Июня. Я не имел еще времени попробовать чаю, завтра увижу каков, впрочем, будь он хуже кирпичного, я от тебя приму его как лучший богдыханский, ибо я знаю, что ты прислал мне его от души.

Я не сержусь на твои короткие ответы и взамен прошу, не гневайся на мои недлинные грамотки: есть досуг - я рад беседовать с тобою по суткам; скопятся ли дела (и у меня иногда бывает их много) или заляжет кручина на сердце, болтну слова два, и прощай.

Я предвидел неудачу твоих попыток и душевное принимаю участие в огорчении, какое ты чувствовал, когда узнал, что твои надежды рушились. Они так тебя радовали, друг мой. С нетерпением ожидаю твоей статистики, будет что почитать в походе.

Душевно жалею, друг мой, о скуке, какая тебя преследует в глухом Тихвине. Суди же, каково должно быть в хваленом Закавказье. Особенно теперь, когда мой добрый, милый Райко уехал в Россию. Впрочем, жаловаться на свою судьбу было бы грешно. Полковой командир меня жалует, в полку оказывают мне все уважение, какого может требовать человек в моем быту, чего мне более? Ожидаю много удовольствия от похода. Правда, время не совсем благоприятное: жары нестерпимые, до 40 градусов на солнце. Но страна неведомая, татары, с их обычаями, верою, образом жизни, потом странствование в горы, встреча с лезгинами, их полудикий быт, их остервенение в битвах - все для меня новое, невиданное, на каждом шагу другая картина, другой предмет для наблюдений.

Ховен славный человек, недавно я еще видел на себе опыт его дружеского участия. Он поручил меня благосклонности Ланского, который будет командовать нашею экспедицией, просил его доставить мне случай к отличию.

Друг мой! У меня есть ковер, который мне весьма хотелось бы тебе переслать, но задача, каким образом? Весу в нем пуда полтора, коли не более. Посуди, что одной почте должно заплатить рублей 60, а теперь, перед походом, каждая копейка для нашего брата дорога. Отложу удовольствие подарить его тебе до радостного свидания. Не привезти ли тебе из Дагестана азиатского оружия? Первый кинжал, который отниму у лезгина, дарю тебе.

Хотелось мне еще побалагурить с тобою, но мне надобно писать кучу писем. Если ничто не помешает, я хочу на походе вести свой дневник, замечать все, что попадается на глаза. На дневках буду приводить в порядок свои записки, сообщать их тебе. Может быть, посчастливится им сокращать твои скучные дни в Тихвине. Прощай, мой друг! Продолжай надписывать в Тифлис, а оттуда в местопребывания фельдмаршала гр[афа] Паскевича-Эриванского пехотного полка: если не хочешь, адресуй к Ховену, он мне перешлет.

31 Июля 1834 г.

Твой по гроб Александр.

83

31. Барону Христофору Христофоровичу Ховену

Я не умею высказать Вам, Милостивый Государь барон Христофор Христофорович, признательности своей за участие, какое Вы принимаете в моей судьбе. Благодарю Вас душевно за ходатайство Ваше обо мне у генерала Ланского и, полный уважения к Вашим советам, спешу им последовать. Завтра сажусь на коня, меняю однообразную, ленивую жизнь на бивачное кочевье, иду в пылу битв добывать желанного прапорщичьего чина, который доставит мне способы громко, без страха сказать Вам, сколько чувствую Вашу приязнь. Между тем, барон, не охотник ли Вы до дагестанского оружия? Не знаю, приведется ли мне рубиться с лезгинами, но то верно, что первая шашка, первый кинжал, который посчастливится мне отнять у горского разбойника, дарю его Вам. Вы, верно, не откажете мне в удовольствии Вам его поднести.

Поручаю себя благосклонной Вашей памяти. Примите еще раз искренние мои благодарения.

31 Июля 1834 г.

Ваш покорнейший слуга

Александр Корнилович.

84

32. Розалии Ивановне Корнилович

Завтра рано утром, дорогая матушка, полк, в котором я нахожусь, выступает в поход в горы Дагестана. Прошу тебя о милостивом материнском благословении. Если Господь Бог поможет, то поход этот даст мне возможность вырваться из этого положения. Я еще в конце этого года, а может быть, в начале будущего года, буду иметь счастье поцеловать твои ручки. Не беспокойся обо мне, матушка. Господь, снисходя к твоим молитвам, милостив ко мне. Командующий полком делает для меня все, что может. Его жена старается всевозможными способами заменить мне тебя, говорит мне при всяком случае, чтобы я был в их доме как свой.

Как только будет представляться возможность, буду тебя уведомлять о себе. Целую твои ручки и, прося о благословении, остаюсь преданным тебе сыном

31 Июля 1834 г.

Александр.

85

33. Михаилу Осиповичу Корниловичу

Пишу к тебе, любезный Михайла, с похода на дневке, в палатке, лежа под крупным дождем. Не прогневайся, если не найдешь в письме моем ни ладу, ни складу, если оно покажется тебе коротким. Я, непривычный к походной жизни, весь растерялся. Между прочим, обронил твой бумажник, в коем записывал все, что мне ни попадалось, с тем, чтоб со временем составить для тебя отчет в моем странствовании.

При мне теперь только то немногое, что оказалось в памяти, и эти-то крохи тебе сообщаю.

Взгляни на ту часть Закавказья, отыщи Сигнах, а несколько от него к югу Царские источники и потом води пальцем к востоку.

Мы выступили 1 Августа и на другой же день, переправившись за Алазань, вступили в горную область. Жители ее, обасурманившиеся грузины, некогда были покорены лезгинами, приняли их веру; ныне мусульмане законом, обычаями; говорят по-татарски, бреют голову, оставляя лишь по сторонам два локона, которые спускают за уши; носят русские рубашки с [той] разницей, что разрез у воротника на правой, [а] не на левой стороне.

Мы четыре дня ходили их землею, потом, коснувшись владений илисуйского султана, перенеслись в Шекинскую область.

До 1828 г. она имела своих ханов; последний умер, как уверяют, не своею смертью, и область поступила в наше управление.

В Нухе, главном городе, в крепости я видел их дворец, ныне обращенный в присутственные места. Несколько ступеней в высоком портике ведут на обширный, четырехугольный двор, занятый садом: шестнадцать италианских тополей высоты необычайной, симметрически расположенных, делят его на четыре аллеи. По сторонам этого садика - флигеля, в которых жили придворные, ханские жены и их прислужницы и пр.; за ним высокая в полтора человеческих роста терраса, на коей бассейн с тремя фонтанами, осененный двумя высокими прелестными чинарами, и на террасе самый дворец. Он запущен, но и в запущении изумляет странника остатками великолепия.

Я взошел по узкой, темной, каменной лестнице (вообще лестницы везде в Азии чрезвычайно дурны) в высокий покой, род приемной, весь исписанный цветами: вправо и влево комнаты, где вместо стен рамы орехового дерева с узорами самой мелкой работы и в этих сквозных узорах стекла всех цветов: голубые, синие, желтые, красные. Комнаты (в вышину нашей залы Главного штаба), стены и купол, как я сказал выше, все в цветных стеклах; на карнизе, соединяющем их, живопись: изображения подвигов ханских, их браней против разбойников горных (аварцев, кумыков) и разбойников лесных (медведей, кабанов и пр.).

Я хотел продолжать, но, право, некогда. Вчерась был измучен походом, спал все после обеда; сегодня почтовый день, балагурить не время. Боюсь даже, что не успею сказать слова маменьке.

Из Нухи мы через Куткашин, Старую Шемаху прибыли сюда вчерась. Сколько здесь пробудем, куда отсюда отправимся? Еще неизвестно. Целую тебя, друг мой! Пиши ко мне, если будешь иметь досуг, в Тифлис, оттуда - в отряд генерала Ланского.

Куба, 22 Августа 1834 г.

86

Комментарии:

Письма А.О. Корниловича родным и барону Х.Х. Ховену хранятся в семейном архиве потомков родственников декабриста; письма Н.А. Полевому: No 2 хранилось в 1930-х годах в Институте книги, документа и письма Академии наук СССР (ныне - Институт истории Санкт-Петербургского отделения РАН), № 21 - в Отделе рукописей Российской Государственной библиотеки. Все письма публикуются по академическому изданию: Корнилович А.О. Сочинения и письма. М.-Л., 1957. С. 359-410. Все письма к матери даны в указанном издании в переводе с польского языка.

1

1 Чихирь - красное домашнее вино.

2 Беллизар Фердинанд Михайлович (1798-1863), содержатель книжного магазина в доме Голландской церкви на Невском проспекте в Санкт-Петербурге.

3 Вакштаф - сорт табака.

4 Н.И. Надеждин в своём журнале «Телескоп» писал об «Андрее Безыменном»: «Как художественное создание, повесть сия весьма незначительна... Но как верный очерк русского быта во времена Петровы, она имеет достоинство. Конечно, в ней нет никаких собственно новых подробностей: но замечательно, что многие характеристические анекдоты, давно читаемые по-французски и по-немецки, здесь в первый раз высказаны по-русски. Слог повести изобличает мастера писать, но нередко пестрится галлицизмами» (Телескоп. 1832. № 17. С. 106-107).

В рецензии газеты «Северная пчела» говорилось, что в романе «описаны очень хорошим слогом происшествия обыкновенные, мирный домашний быт наших предков, борьба старинных нравов с преобразованием, вводимым Петром I, и та любопытная эпоха, когда русские, хотя и неохотно, покоряясь воле Великого, меняли привычные обычаи свои на заимствованные у иностранцев. ...Чтение всей повести... возбуждает сочувствие и доставляет тихое наслаждение» (Северная пчела. 1832. 27 сентября. № 224).

2

Впервые опубликовано: Тонкова Р.М. Декабрист А.О. Корнилович и Н.А. Полевой // Сборник статей к сорокалетию ученой деятельности академика А.С. Орлова. Л., 1934. С. 362-363.

1 Рецензия Н.А. Полевого на «Русскую старину» была помещена в «Московском телеграфе» в конце декабря 1825 года. В ней Полевой отметил, что издатели «выбрали предметы, любопытные по всем отношениям, и говорят об них не голосом крикливого патриотизма, но голосом пламенной любви к Отечеству и рассудительного благоговения к обычаям предков». О самом Корниловиче автор пишет: «...всё доказывает, что он занимался много Русскою стариною и знает сей предмет так, как не многие у нас его знают» (Московский телеграф. 1825. № 23. С. 285, 288).

3

1 Михаил Павлович (1798-1849), великий князь, младший брат императора Николая I.

5

1 Голицын Валериан Михайлович (1803-1859), князь, титулярный советник, камер-юнкер. Член Северного общества. В 1826 году отправлен в город Киренск Иркутской губернии, оттуда в 1829 году - рядовым на Кавказ. Участник русско-турецкой войны 1828-1829 годов. С января 1833 года - в пехотном Ширванском графа Паскевича-Эриванского полку.

6

1 Облатка (от лат. oblata - приношение) - круглая пластинка из пресного теста, вкушаемая католиками во время таинства Святого Причащения и символизирующая тело Христово.

9

1 Вольховский (Вальховский) Владимир Дмитриевич (1798-1841), капитан Гвардейского Генерального штаба. Член Союза спасения и Союза благоденствия. В 1826 году переведён на Кавказ состоять при графе И.Ф. Паскевиче. Участник русско-турецкой войны 1828-1829 годов. С 1831 года генерал-майор. В 1832-1837 годах был начальником штаба Кавказского корпуса.

2 Имеется в виду статья М.О. Корниловича «Историческо-статистическое описание уездного города Валдая (в Новгородской губернии)» (Северная пчела. 1832. № 288).

10

1 Первая строка в оригинале написана на польском языке.

12

1 Корниловичем опущено слово «крепости».

2 Нейдгардт Александр Иванович (1784-1845), генерал от инфантерии (1841), генерал-адъютант (1825). С 1831 года - начальник Генерального штаба.

3 20 июня 1833 года Бенкендорф препроводил письмо Корниловича на рассмотрение командиру Отдельного Кавказского корпуса барону Г.В. Розену, который 7 августа 1833 года сообщил: «...относительно перевода из пехотного Генерал-Фельдмаршала полка рядового Александра Корниловича в Кавказский Саперный баталион, чтобы доставить ему случай, по словам Медиков, пользоваться Тифлисскими минеральными водами, честь имею ответствовать, что к сему переводу я, с своей стороны, никакого препятствия не нахожу, но по весьма недавнему Корниловича служению во вверенном мне Корпусе, не считаю себя в праве ходатайствовать об оказании ему сей милости» (ГАРФ. Ф. 109. 1 эксп. 1826. Д. 61. Ч. 79. Л. 290-290 об.).

13

1 Розен Григорий Владимирович (1781/1782-1841), барон, генерал от инфантерии (1826), генерал-адъютант (1818). Участник войн с Наполеоновской Францией. Один из главных военачальников, руководивших подавлением польского восстания 1830-1831 годов. В 1831-1837 годах командир Отдельного Кавказского корпуса и главноуправляющий гражданской частью и пограничными делами в Грузии, Армении и Кавказской области.

15

1 Первые строки в оригинале написаны на польском языке.

2 Вельяминов Алексей Александрович (1785-1838), генерал-лейтенант. С 1831 года командующий войсками Кавказской линии и начальник Кавказской области. В 1831-1838 годах руководил экспедициями против горцев.

3 Подполковник Овечкин был командиром пехотного Ширванского графа Паскевича-Эриванского полка в 1831-1833 годах.

18

1 Имеется в виду С.И. Корнилович.

19

1 Название работы немецкого историка Леопольда Ранке (1795-1886) «Сербская революция» Корнилович в своём переводе изменил на «Сербия в новейшее время».

21

1 Бестужев Павел Александрович (1808-1846). После годичного заключения в Бобруйской крепости был направлен на Кавказ в ряды действующей армии, дослужился до чина поручика. Участник русско-персидской (1826-1828) и русско-турецкой (1828-1829) войн. Полевой был с ним в переписке, а через него и с некоторыми декабристами-литераторами.

2 Райко Николай Алексеевич (1794-1854), главный начальник артиллерии у И. Каподистрии. С 1833 года - в 17-м драгунском Нижегородском полку. В отставке в Одессе занимался шелководством, способствовал его развитию в Новороссийском крае. Автор «Записок об убиении графа Каподистрии».

3 Каподистрия Иоаннис (1776-1831), граф, государственный деятель, дипломат, тайный советник. В 1809-1827 годах - на русской дипломатической службе. В ходе Греческой национально-освободительной революции 1821-1829 годов избран президентом Греции в апреле 1827 года. Сторонник сближения с Россией. Политика Каподистрии вызвала недовольство части греческой знати. Убит заговорщиками Мавромихалисами.

4 Статья Райко была написана на французском языке.

5 В журнале «Московский телеграф», который был закрыт уже в 1834 году, записки Райко опубликованы не были. Впервые они были напечатаны в переводе на русский язык в 1869 году на страницах «Русского архива» (№ 5, стлб. 882-919). В предпосланной этим запискам заметке П. Бартенева указывается, что журналом через посредничество Б.М. Марковича был получен оригинал записок Райко на французском языке, с которого по поручению редакции был сделан перевод.

6 Милош I Обренович (1780-1860), сербский кнез в 1815-1839 годах и с 1858 года, основатель династии Обреновичей. Участник Первого сербского восстания 1804-1813 годов. Возглавил Второе сербское восстание 1815 года, добился назначения наследственным правителем Сербии (с 1817). После предоставления Турцией Сербии внутренней автономии стал по существу неограниченным правителем (кнезем) Сербии.

7 Корнилович имеет в виду своё письмо к Н.А. Полевому от 20 декабря 1832 года, на которое не получил тогда ответа.

23

1 Корнилович упоминает о своём втором письме к Бенкендорфу. Оно, как и первое, было переслано Розену. 22 января Бенкендорф писал ему: «Получив ныне вновь от Александра Корниловича письмо, в коем он возобновляет просьбу свою об исходатайствовании ему перевода в Кавказский Сапёрный Баталион для доставления ему чрез сие средства заняться в Тифлисе литературою и трудами своими по сей части изыскивать средства к поддержанию престарелой матери, я решился сие письмо Корниловича также препроводить на благоуважение Вашего Высокопре[восходительст]ва, полагая, что служба и поведение его ныне уже сделались Вам более известными» (ГАРФ. Ф. 109. 1 эксп. 1826. Д. 61. Ч. 79. Л. 291).

9 апреля 1834 года Розен ответил Бенкендорфу: «...При всей готовности моей исполнить Ваше, Милостивый Государь, желание в отношении Рядового Корниловича, и вместе быть сему несчастному полезным, но мера преступления его известна мне весьма поверхностно из отношения ко мне Г. Дежурного Генерала Главного Штаба Его Императорского Величества, в коем изъяснено токмо то, что он из числа Государственных преступников, осуждённых приговором Верховного Уголовного суда к различным наказаниям, и содержался в С. Петербургской Крепости. Прислан же он ко мне при особом отношении его же Г-на Дежурного Генерала с нарочным по Высочайшему повелению Фельдъегерем под строгим присмотром.

После сего, при всём хорошем поведении Рядового Корниловича, без особенного какого-либо отличия, я не осмеливаюсь ходатайствовать о переводе его в Сапёрный Кавказский Баталион, в Тифлисе квартирующий, где он может не так скоро иметь случай к военному отличию, как на Царских Колодцах, по случающимся набегам лезгин на Кахетию.

Что же относится до литературных занятий, то я полагаю, что он может иметь более для сего времени там, где ныне находится, нежели в Тифлисе, где одна Гарнизонная служба и другие развлечения отнимут у него много времени, а между тем перевод его на службу в большой город неминуемо послужит поводом и другим, по давности здесь службы более его на таковое снисхождение право имеющим, ходатайствовать о том же, тогда как из всех тех, которые найдены виновными Верховным Уголовным судом, никого на постоянной службе в Тифлисе не находится, ибо пребывание их в Главном месте Закавказского края было бы весьма обременительно, сколько для начальства, равно и для Секретной военной полиции, как по многолюдству города, так и по неизвестности о правилах и нравственности многих прибывающих сюда из разных мест Чиновников, частию же и Иностранцев, а между тем и молодые люди всех служб и даже наций могут из одного любопытства искать с ними знакомства и даже связей.

Впрочем, если Корнилович, по мере уголовного преступления своего понёс уже достаточное наказание, то настоящее безукоризненное его поведение заслуживает особого внимания; но ходатайства о сём я принять на себя ещё не осмеливаюсь и тем более, что между подобными ему есть под моим начальством и такие, которые, служа против неприятеля, остаются доныне в одинаковом с ним положении.

В окончании имею честь уведомить, что, согласно с почтеннейшим отношением Вашим, я приказал по содержанию письма Корниловича, Вами, Милостивый Государь, ко мне препровождённого, объявить ему, что я не нахожу ещё возможности удовлетворить просьбы его, а между тем и уверить, что усердие по службе и настоящие его занятия не останутся без внимания начальства» (там же, л. 294-295).

2 По-видимому, М.О. Корнилович приступил тогда к составлению своего труда «Статистическое описание города Боровичи», опубликованного в газете «Северная пчела» (1834. № 14).

3 Ховен Христофор Христофорович (1795-1890), барон, полковник.

24

1 Клуген Александр Остафьевич, командир пехотного Ширванского графа Паскевича-Эриванского полка в 1833-1834 годах.

25

1 17 драгунский Нижегородский Его Величества полк сформирован 8 сентября 1701 года. С 1830 года в течение 15 лет находился в Кахетии и охранял Лезгинскую линию. Неоднократно принимал участие в экспедициях против горцев.

2 Термалама (тармалама) - восточная пёстрая шёлковая ткань.

Ахалук (архалук, аркалык) - стёганный на вате лёгкий короткий кафтан из цветной ткани, собранный у талии, застёгивающийся крючками.

26

1 Нина (276-340), святая, равноапостольная. Родом из Каппадокии, до 14 лет жила в Иерусалиме, служа при гробе Господнем. С 315 года мирными проповедями обращала в христианство народ Грузии.

2 Иоанн (Бобдель-Макаев) (?-1837), митрополит Сигнахский и Кизикский (с 1814).

Page:   1 … 7 8 9

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабриста А.О. Корниловича.