№ 10 (11)

Главнокомандующему 1-ю армиею, господину генералу от инфантерии и кавалеру графу Сакену1

Комиссии военного суда, учреждённой

при Главной квартире

Рапорт

Судебная комиссия из дошедшего в оную от командира Черниговского пехотного полка полковника Гебеля рапорта о приключившемся с ним на 29-е число минувшего декабря в селении Трилесах в расположении 5-й мушкетёрской роты происшествии, между прочим, усмотрела, что он, Гебель, во время проезда своего 26-го того ж декабря из Василькова чрез Рожевскую станцию в город Житомир для отыскания и арестования // (л. 15 об.) служившего в том же полку подполковника Муравьёва-Апостола узнал от смотрителя той станции, что пред самым его туда прибытием проезжал чрез ту станцию и Полтавского пехотного полка подпоручик Бестужев-Рюмин и дал тамошнему станционному писарю какое-то письмо, препоруча нанять нарочного для доставления оного, но куда, неизвестно; а как Бестужев принадлежал к тайному обществу и письмо им посылалось в такое время, когда оное уже было открыто, и, может быть, писано к кому-либо из принадлежащих к тому обществу, то Комиссия, полагая открыть как содержание сего письма, так и к кому оно было адресовано, относилась чрез командующего 9-ю пехотною дивизиею, по принадлежности той станции к Киевской губернии, к тамошнему // (л. 16) гражданскому губернатору, который и доставил сего числа отобранные командированным им киевским земским исправником от писаря Рожевской станции Слабеева и отвозившего сие письмо жителя Ремазовского показания, в коих сии последние согласно объяснили, что он, Бестужев, во время перемены лошадей, узнав от первого расстояние от Рожева до Гавронщины, где жительство имеет отставной полковник князь Трубецкой, и написав записку на иностранном диалекте, не запечатав, поручил отправить оную с нарочным к нему, Трубецкому, с уплатою за отсылку одного рубля, говоря, что у него должен находиться Жуков, с тем, если посланный не застанет ни Трубецкого, ни Жукова, то чтобы отдал его людям, но, однако, за прибытием оного в сказанную деревню // (л. 16 об.) вручено лично ему, Трубецкому, который по предмету сему, быв также спрошен, отозвался, что сия записка точно представлена была ему из Рожева, с адресом на одной стороне: Ивану Петровичу Жукову, а в середине оной по-французски было написано, чтобы он, Жуков, поспешнее приезжал в Радомысль, что имеют до него надобность, и подписано одною токмо буквою «В». Почему и не мог увериться, кем оная писана, и, имея случай доставить оную к нему, Жукову, вскоре отправил в город Сквиру, где оную и получил; добавляя к тому, что возивший ту записку человек был задержан в дороге и наконец чрез земскую полицию выпущен, а что в той записке ничего более не было писано и что оной у него, Трубецкого, нет, то в случае надобности может утвердить присягою.

Но как Комиссии не // (л. 17) безызвестно, что сей Жуков, служивший в гусарском принца Оранского полку, принадлежит к тому же тайному обществу и, быть может, состоит в связях с Муравьёвым, а по неудовлетворительному отзыву Трубецкого как о полученной им от Бестужева записки, так и о том, за что человек его был задержан в дороге, падает некоторым образом и на него подозрение о знании им о том обществе, Комиссия за долг почла о всём том почтеннейше донесть вашему сиятельству.

Генерал-майор Набоков

Генерал-аудитор Шмаков

№ 44

Марта 5-го дня

1826 года // (л. 18)

1 Ниже на полях помета карандашом: «NB».

№ 12 (13)

1826 года марта 31 дня от высочайше учреждённого Комитета подпоручику Бестужеву-Рюмину дополнительный вопросный пункт.

Комитету известно, что вы во время проезда своего 26 декабря чрез Рожевскую станцию дали станционному писарю письмо на имя штабс-ротмистра Жукова для отправления с нарочным в Гавронщину к отставному полковнику князю Трубецкому, полагая, что Жуков там находился, и что в письме сём вы просили Жукова поспешнее приезжать в Радомысль, ибо имеете до него надобность.

Объясните откровенно: какая именно была та надобность, для которой вы призывали Жукова в Радомысль, виделся ли с вами там Жуков и в чём состояли1 его действия в пользу начатого между тем вами и Сергеем Муравьёвым возмущения Черниговского полка?

К сему присовокупите: знал ли князь Трубецкой о цели призыва вами2 Жукова или нет?

Генерал-адъютант Чернышёв // (л. 20 об.)

В сей записке говорю Жукову, чтоб он приехал в Радомысль, где найдёт у Швейковского письмо от меня. Но нашед Швейковского в отчаянии и раскаивающегося в участии, которое до тех пор принимал в делах общества, я у него никакого письма для Жукова не оставлял и с Жуковым уже более не видался, и к нему не писал. Цель же моя была уговорить Жукова ехать в полк и по возможности приготовить оный для содействия нам, ежели в Любаре положено будет восстать. Но Жуков в пользу начатого возмущения ничего совершенно не делал. (Видя, с какою подробностью Комитет знает малейшие обстоятельства, должно быть пошлым дураком, чтоб хотеть что-либо утаить.) При сём беру смелость повторить, что Жуков, сговорившись на к[няжне] Воронецкой, ни малейшего уже участия в делах общества не принимал. // (л. 21)

Князь Александр Трубецкой обществу не принадлежал и ни о чём совершенно не знал. Видя недоверчивость, которую к нему питал брат его Сергей, мы просили у Жукова ничего ему не открывать. Возмущение же, как известно Комитету, сделалось внезапно, и об оном, кроме Артамона Муравьёва, никто не знал.

Подпоручик Бестужев-Рюмин3

Генерал-адъютант Чернышёв // (л. 22)

1 Слова «и в чём состояли» в подлиннике ошибочно повторены дважды.

2 Слово «вами» вписано над строкой.

3 Ответ написан М.П. Бестужевым-Рюминым собственноручно.

№ 14 (15)

1826 года апреля 20 дня на данные мне от высочайше утверждённого Комитета дополнительные вопросные пункты сим имею честь отвечать.

1-е

Припоминаю себе, сознаюсь, что я давал раз подпоручику Бестужеву-Рюмину стихи, мною переписанные, перевода Паскевича, но, что я никакого вредного1 не имел намерения, переписывая оные и отдавая Бестужеву, а поступил так единственно по легкомыслию, в том уверяю честью.

2-е

Не знаю, давал ли кому-нибудь Паскевич и Рославлев таковые стихи, но я, кроме Бестужева, никому их не читал и не давал.

3-е

Когда давал стихи Рославлев Бестужеву, не припомню.

4-е

Были ли написаны на другой стороне какие стихи Рославлевым, не припомню; я же переписал оные стихи Бестужеву безо всякого намерения.

5-е

Я в полку никому не читал сих стихов, даже не говорил об оных; и кто из нашего полку или других занимался сочинением подобных стихов, не знаю. // (л. 23)

6-е

Сознаюсь, что я говаривал с штабс-ротмистром Веселовским насчёт того, что желал бы дожить до того времени2, когда Россия будет пользоваться конституцией, но никогда не делал ему предложений вступить в оное общество, хотя по моей откровенности он заметил, что я дружески знаком с Бестужевым; об том, что он передал свои подозрения Паскевичу, я сомневался, но никогда с сим последним ничего не говорил насчёт общества, потому что и сам немного знал про оное.

Насчёт того, что будто бы я хвастался тем, что переведён в гусары для того, чтобы увеличить число сообщников, решительно отвечаю - неправда. Я переведён в гусары по представлению дивизионного командира 3-й гусарской дивизии г[осподина] генерал-майора Ридигера, не подавал просьбы об моём переводе, а перемещён потому, что имею достаточное состояние; напротив того скажу, что Бестужев уговаривал меня не переходить в гусары, представляя мне то, что гусары имеют очень дурную репутацию. Я же был рад оному переводу, потому что реже мог видаться с Бестужевым, ибо, как уже я имел честь отвечать высочайше утверждённому Комитету, я искал случая прекра // (л. 24) тить мои связи с Бестужевым с тех пор, как сделался женихом.

Что показание моё справедливо, в том и подписуюсь гусарского принца Оранского полка штабс-ротмистр Жуков3.

Генерал-адъютант Чернышёв // (л. 28)

1 Слово «вредного» вписано над строкой.

2 Слово «времени» вписано над строкой.

3 Ответ написан И.П. Жуковым собственноручно.

№ 16 (17)1

Секретно

Дежурство

Главного штаба

его императорского

величества

По канцелярии

дежурного генерала

в С[анкт]-Петербурге

5 майя 1826

№ 825

Господину военному министру

Дежурного генерала Главного штаба

его императорского величества

Рапорт

В дополнение рапорта моего к вашему высокопревосходительству от 26 марта № 607 по поручению начальника Главного штаба его величества имею честь представить при сём для рассмотрения в Комитете о злоумышленном обществе рапорт генерал-адъютанта барона Толя от 28 апреля № 556 с следующими к оному приложениями относительно письма, которое подпоручик Бестужев-Рюмин пред открытием возмущения Черниговского полка посылал к штабс-ротмистру Жукову чрез посредство отставного полковника князя Трубецкого.

Генерал-адъютант Потапов // (л. 27)

1 Рапорт написан на бланке с печатным штампом, приведённом ниже. Вверху листа пометы чернилами: «№ 1055» и «7 майя 1826».