О следственном деле А.Г. Непенина

Об участии полковника 32 егерского полка Андрея Григорьевича Непенина в тайном обществе правительству стало известно из списка членов общества, составленного А.И. Майбородой в Тульчине не позднее 20 декабря 1825 г. Этот список вместе с рапортом А.И. Чернышёва и П.Д. Киселёва был тотчас направлен главнокомандующим 2-й армией П.Х. Витгенштейном в Петербург, где 27 декабря он был зачитан в Следственном комитете вместе с резолюциями Николая I. Непенина Николай I распорядился: «взять и прислать».

Письменный приказ об аресте Непенина был дан 30 декабря. К 6 января 1826 г. Непенин был арестован и содержался в штабе 6-го корпуса в Тирасполе, откуда был отправлен в Петербург. 19 января его доставили в столицу на главную гауптвахту. После первого допроса он был 20 января отправлен в Петропавловскую крепость с запиской Николая I: «Присылаемых Непенина и Капниста содержать хорошо, поместя по усмотрению». Непенин был посажен в арестантский покой № 4 Невской куртины. К 30 января его перевели во 2-й каземат во фланге бастиона Екатерины I.

Дело А.Г. Непенина - члена Кишинёвской управы тайного общества примыкает к следственным делам М.Ф. Орлова, В.Ф. Раевского и И.М. Юмина. Первые показания Непенин дал 5 января 1826 г., ещё находясь под арестом в Тирасполе; на вопросы И.И. Сабанеева он отвечал, что хотя был «записан» в тайное общество в 1819 г., но от него отошёл и ни цели организации, ни её членов не знал (док. № 2/2).

В Петербурге на допросе, снятом Левашовым, Непенин продолжал придерживаться прежней линии поведения. Он признал, что был принят в тайное общество в 1819 г. Пестелем (а не Бистромом, как писал в ответах в Тирасполе), но хотя не считал сказанную ему цель противозаконной, однако вскоре в связи с переводом в Бессарабию прекратил все связи с обществом. С Орловым, как говорил Непенин, он не имел никаких контактов по тайному обществу (док. № 3/1). Из показаний Орлова и Хотяинцова, данных в начале января в Комитете, имелись сведения об участии в тайном обществе Непенина, «посвящённого» Пестелем.

В ответах на вопросы от 2 февраля В.Ф. Раевский также назвал Непенина членом тайного общества. Однако, в деле Непенина эти показания Орлова и Раевского учтены не были. Конкретные обвинения Непенина содержатся в деле доносчика И.М. Юмина. На допросе у Левашова, состоявшемся, вероятно, в день привоза Юмина в Петербург, 27 января, он показал, что был ознакомлен Непениным с книгой в «зелёном переплёте», представлявшей собой, якобы, устав масонской ложи. Юмин сообщил, что был принят в эту «ложу» Непениным, но впоследствии, в связи с событиями в 16-й дивизии донёс Сабанееву о действиях своего командира. 2 февраля Непенин был допрошен в Комитете, где признался «в принадлежности к тайному обществу».

Отвечая на обширные вопросы он продолжал подчёркивать свое практическое неучастие в делах тайного общества, свою неосведомлённость о его целях и задачах. Он дал крайне скупые показания о Раевском и Орлове, стремясь затушёвывать их связь с тайным обществом (док. № 5/4, 6/5). 5 февраля ответы Непенина читались в Комитете, где было решено «приобщить к прочим для внесения в выписку».

12 февраля Непенину был задан вопрос. Хотя формально он касался Юмина (и находится поэтому в его деле), но в действительности задевал и Непенина, ибо следователи выясняли процедуру приема Юмина в тайное общество, стремились узнать, что ему сообщил Непенин о целях организации. Непенин отвечал крайне уклончиво, ссылался на своё плохое зрение, из-за чего просил, якобы, Юмина прочесть ему «Зелёную книгу» и конкретных ответов не дал. На следующий день Юмину была задана серия вопросов о тайном обществе. Он дал подробные показания, в том числе о приёме его Непениным.

Следует отметить, что показания Юмина против Непенина также не были учтены в его следственном деле. 23 февраля о Непенине были допрошены семь видных членов Южного общества. Все они, то есть Пестель, Юшневский, Волконский, Давыдов, М. Муравьёв-Апостол, С. Муравьёв-Апостол и Бестужев-Рюмин отмечали слабое участие Непенина в делах общества и его отход от организации после 1821 г. (док. № 7/6, 8/7, 9/8, 10/9, 11/10, 12/11, 13/12). На этом следствие по делу Непенина было закончено.

Укажем, что в обширном делопроизводстве о В.Ф. Раевском имеется документ, непосредственно характеризующий роль Непенина в тайном обществе как начальника и покровителя В.Ф. Раевского, значительно облегчившего ему пропагандистскую работу в полку. Речь идёт о письме Раевского Непенину от 1 февраля 1822 г. о событиях в 16-й дивизии, перехваченном тайной агентурой. Оно послужило одним из поводов к аресту Раевского. Этот документ не был отражён в следственном деле Непенина.

18 марта 1826 г. в Следственном комитете была зачитана записка о Непенине с резолюцией Николая I: «Следует ещё прибавить, что при расписке не показал, что принадлежит сему обществу. Отставить от службы, но продержав в которой-либо крепости шесть месяцев» (док. 14/13). Содержался в Петропавловской крепости. 25 июня 1826 г. освобождён. 7 июня объявлено об его отставке. После неудачной попытки увидеться с солдатами своего бывшего полка, служившими в Петербурге, Непенин по приказу царя был выслан из столицы в Тульский уезд под надзор полиции (док. 15/14). О поведении Непенина должен был ежемесячно доносить тульский гражданский губернатор.

Следственное дело А.Г. Непенина хранится в ГАРФ, в фонде № 48, под № 96. По современной нумерации в нем 29 листов, по нумерации А.А. Ивановского значилось 19 листов. Документ № 1 не был пронумерован Ивановским. Ниже указаны дела Следственного комитета, в которых имеются показания А.Г. Непенина, не вошедшие в состав дела № 96.

1. Дело N° 185 И.М. Юмина, л. 2-2 об. (показание от 12 февраля 1826 г.).

2. Дело № 185 И.М. Юмина, л. 9 (показание от 2 марта 1826 г.).

3. Дело № 294 «О деньгах и вещах, принадлежащих арестованным лицам». Ч. 2, л. 99 (расписка от 12 марта 1826 г.).

4. Дело № 300, л. 49, 50 об. (показания без даты).