© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.


Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.

Posts 11 to 20 of 171

11

11. С.Г. Волконскому*

[Иркутск, 8 декабря 1856 г.]1

Только что получил ваше письмо от 10-го и не могу достаточно выразить вам признательность за столь дружескую готовность, с которой вы держите меня в курсе полученных и произведённых впечатлений. Я более чем заинтересован в них и не могу высказать, сколь я вам обязан за то, что вы сообщили о таком тёплом приёме. В Москве и повсюду говорили, что вы компрометируете себя, преуспевая здесь, и хоть я уверял в противоположном со всей моей желчностью того времени, я опасался не столько Закревского, как других, я опасался, как бы они вам не манкировали, а манкировать вам - было бы всем нам, делу, которому мы однажды послужили!2

Хвала богу и хвала государю, который сумел возвысить общественное мнение и дал ему требуемое свободное развитие. Вы мало говорите мне о старике ветеране. Какие он задавал вопросы, и что было предметом вашего разговора? Стихи отличаются придворной простотой и достойны великого краснобая!3 Спасибо за тот подарок, вообще я обязан вам определённым изменением в моих идеях - вы настолько приближаете меня к дорогой России, что сокращается расстояние, которое меня от неё отделяет.

У меня безденежье, вынудившее меня отказаться от ваших саней. Вообразите, что из миллиона рублей, который должен был быть вложен в этот край, Барнаул дал лишь мёртвые расписки, их нужно оживлять в Петербурге - наши галионы прибудут лишь после января!..4 Какой застой в делах и сколько невыполненных обещаний! Я поддерживаю себя кредитом и даю делам идти потихоньку в ожидании денег.

Ваши ставни по-прежнему закрыты, но надо верить, что при генерале всё исполнится недостающей нам жизни5. Прощайте же, или, скорее, до свидания, мой добрый Сергей Григорьевич, прошу вас, передайте вашим тысячу знаков уважения.

Жена моя благодарит вас отдельно за вашу сердечную память. Varette была бы восхитительна, если бы не звенела с 4 часов утра до 7 вечера.

Всегда ваш А. Поджио.

8 - день рождения и память для того, кто вам это свидетельствует6.

*Подлинник на франц. яз.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 21-22 об.

1 Датируется по упоминанию о дне рождения С.Г. Волконского и приезде его в Москву.

2 Закревский Арсений Андреевич (1783-1865), граф, генерал-адъютант, московский генерал-губернатор. Декабристам было запрещено проживание в Петербурге и Москве, но С.Г. Волконский, официально поселившись в деревне Зыковой за Петровским парком (т.е. не в городе, а в уезде), получил от Закревского разрешение бывать в Москве в связи с болезнью жены и зятя, в московском доме которого он фактически и жил. Поджио опасался также неблагоприятного отношения к Волконским передового общества, так как в Иркутске в их доме бывала «золотая молодёжь» из окружения генерал-губернатора.

3 Имеется в виду Пётр Андреевич Вяземский (1792-1878), князь, поэт, государственный деятель, в 1855 г. опубликовал в Лозанне «Письма русского ветерана о восточном вопросе» (Полн. собр. соч. Спб., 1881. Т. 6) и в Петербурге «Шесть стихотворений князя Вяземского» (там же, 1887, т. 11, с. 200-211), в которых воспевал в казённо-патриотическом духе только что умершего Николая I и прочих членов императорской фамилии.

4 За сданное золото и серебро выдавались квитанции, деньги по которым можно было получить в Петербурге.

5 Дом Волконских в Иркутске пустовал, надеялись продать или сдать его кому-либо из чиновников, которых ожидали в Иркутске вместе с возвращавшимся Н.Н. Муравьёвым.

6 8 декабря - день рождения С.Г. Волконского.

12

12. Е.И. Якушкину*1

[Иркутск, конец декабря 1856 г.]2

Много, много вам благодарен, любезнейший Евгений Иванович, за заботливое попечение ваше о вдовице и бедных малютках3. Умоляю вас, не оставляйте ученика и дайте ему прочное назначение, определив его в одну из гимназий. Посылаю теперь вам 25 р., не имея более кредита на этот час; пуд наш засел, и я вовсе без денег. Со временем вышлю вам по возможности.

Сергей Петрович сообщит вам все подробности золотого дела, а что касается до политического, то 13-го сентября я сложил его в конверт и под чёрною печатью, чуть ли не под конторскою, отправил его в вечность, не спрося Комаровского4. Заходит ли туды наша русская почта? Собственно же я, как умерший, подвергнулся древнему поверию, т.е. переселению душ, и, по счастию, попал не в петуха, а в дворянина5.

Поздравьте меня, любезный друг, без едкой вашей якушкинской улыбки с таким превращением и новым достойным Овидием воспойте о'но 6. Faut-il chanter, faut-il pleurer...** - спрашиваю себя, замирающего поэта, избравши, однако же, первое, пойте же и вы, вы обнимете родителя, я же... Но об этом когда-нибудь.

Каким образом подвергнут и бедный кум такому же превращению и перешёл в больного!7 Какое замедление для общих радостей! А между тем все уехали, и отцу нет спутника. А вот Сергей Петрович их обоих подхватит и увезёт, что я крепко советовал брату; да бросит он Сибирь, столь вредную для всяких недугов, а там сообща в Сокольниках соколы мои да утешат последние дни дорогого для вас родителя, а для нас друга.

Простите, любезный друг, жена вас обнимает как родного и всех вас, близких, обниму и я всё с тем же прежним чувством, не допуская в себе ничего нового, зауральского.

Преданный вам А. Поджио.

Колокольчик мой Варя слышит об вас, но не понимает ещё вас.

*Помета Е.И. Якушкина: «От Поджио».

**Нужно ли петь, нужно ли плакать (франц.).

ГАРФ. Ф. 279. Оп. 1. Д. 620. Л. 7-8 об.

1 Якушкин Евгений Иванович (1826-1905), сын И.Д. Якушкина, юрист общественный деятель, публикатор наследия декабристов.

2 Датируется по упоминанию в приписке Л.А. Поджио о прощании со Свербеевыми.

3 Сестра и племянники Л.А. Поджио (см. примеч. 4 к письму 5).

4 Видимо речь идёт об уничтожении каких-то документов или записок. Комаровский Егор Евграфович (1803-1875), граф, наряду с официальным существовал и негласный контроль над цензурой (Никитенко А.В. Дневник. М., 1955. Т. 1. С. 387, 531).

5 После приговора декабристы считались политически умершими, амнистия отменила это положение и вернула их в дворянское сословие.

6 Публий Овидий Назон (43 до н. э. - ок. 18 н. э.), римский поэт, автор поэмы «Метаморфозы», которая содержит сказания о превращениях людей в животных, растения, камни и т. д.

7 «Кум» - крёстный отец В. Поджио В.И. Якушкин (см. письмо 5). По дороге из Сибири он заболел и задержался в Казани.

13

13. З.С. и Н.Д. Свербеевым1

[Иркутск,] 22[-28 декабря 1856 г.]2

Мчусь, несусь по Собачьей площади, пробираюсь к двери и звоню... Швейцар-ангарец, слышу: «Вам, в[ысокоблагородие], объявление». - «С чем?» - «С деньгами». - «Как! откуда?» - «Из Иркутска». - «Быть не может. Ах да, верно, туалет и за ним и кровати проданы!» - «Ох, нет». - «Ну, так сани, сёдла». - «Ещё меньше! Всё это покоится, пылится...» - «Так что же?» - А вот что. На почте покоится, по милости П[етра] А[лександровича], объявление с 12000 р.!3 И я, не дождавшись их, спешу отправить вам 300 р. для высылки или передачи С[ергею] П[етровичу], теряясь в догадках, где может он быть!

Все ваши письма сбили меня с толку и я не знаю, когда будет конец вашим странствиям. С будущею почтою, однако же, решусь писать старцу в старый Киев4. Заметьте, милые друзья, как дворянин ваш стал и мил, и игрив, и говорлив! И признаюсь вам, есть отчего - когда усматриваешь конец мучительным опасениям и делу конец.

На второй день праздника заимка ликовала по случаю отправления обоза на 35-ти лошадях в тайгу! Острокостистые лошади, разноцветные дуги, конюха в лентах, Сухов в кошевой, открывший шествие с рыданиями Кати5, П[ётр] Ал[ександрович], стоявший с уполномочиями на крыльце, дамы всех классов высших, т.е. 1-го, 2-го, и 3-го Института, сидевшие у тусклых замёрзших окон, - всё это придавало шествию особенную торжественность и... дело в том, что у меня половина людей уже нанята, а завтра посылаю нанять остальных, так что через 10 дней и всему конец концу. Но я затеваю другое, но об этом попозже. Золотосодержащие тайны не легко сообщаются!

Так, как ваша Европа занята выездом Антонини, так точно наша Азия выездом Николая Николаевича6. Приезд Корсакова7 нас несколько успокоил: ему обещано было 25 объятий, и он за ними 24-го приехал - а между тем on fait l'antichambre chez lui et apres un quart d'heure ou plus d'attente on vient annoncant tres poliment que de graves occupations l'empechaient de donner audience aux solliciteurs qui encombraient ses salons. Comme c'est un homme d'affaire et que j'ai toujours ete un homme affaire - n'allez pas faire un calembour car on ne fera que les cheveux - n[ou]s ne n[ou]s sommes pas vu encore!

D' ailleurs je ne vois personne a la lettre si ce n'est Tete blanche qui a expedie votre voiture*8. У нас много приготовлений - дороговизна страшная и пр.

Порадовала нас весть ваша красноярская, что скажет томская и всех тех городов, которые так занимают Валериана9. Отец возвратился и попал на ваше письмо! Как он вам благодарен и как он, бедный, разнежился здесь от ваших похвальных строк в честь сына.

Наконец вы у себя! Новые чертоги, новые помышления, новые призывы! Дай бог на этом новом пути не встречать и задержек, и ухабов тех, которые так были опасны для дорогой нашей З[инаиды] С[ергеевны].

Вероятно, П[ётр] А[лександрович] вам пишет о ходе домашних дел, я же прощусь с вами на этот раз скорее обыкновенного. Преданный вам А. Поджио.

Приветствуйте всех дорогих моей памяти. Вы их знаете, простите, много дел, как гов[орит] Варя, иду ей волчок пускать.

*У него надо долго ждать приёма, а после четверти часа или более ожидания выходят, очень вежливо объявляя, что важные занятия мешают ему дать аудиенцию просителям, заполняющим приёмные. Поскольку это деловой человек, а я всегда был человеком дела - не делайте каламбура, потому что [здесь] наделаете себе лишь неприятностей, - мы ещё не виделись!

Впрочем, я не вижу буквально никого, если не считать белой головы, который отправил ваш экипаж8 (франц.).

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 64. Л. 8-10 об.

1 З.С. Свербеева (урожд. Трубецкая), её муж, Николай Дмитриевич Свербеев (1829-1860), чиновник Главного управления Восточной Сибири.

2 Месяц и год установлены по упоминанию о возвращении М.С. Корсакова и о проезде Свербеевых по Западной Сибири.

3 Горбунов Пётр Александрович (1808-1880), с 1851 г. гувернёр и учитель Ивана Трубецкого, после отъезда Трубецких представлял в качестве доверенного лица интересы их и Свербеевых в Иркутске. Умер в Риме, похоронен на кладбище Монте-Тестаччо.

4 После возвращения из Сибири С.П. Трубецкой жил с семьёй старшей дочери в Киеве.

5 Сухов, Катя - лица неустановленные.

6 Антонини - популярная французская актриса. Н.Н. Муравьёв 30 августа 1856 г. подал прошение об отставке, считая себя обойдённым чином. Отставка принят не была (Барсуков И.П. Граф Николай Николаевич Муравьёв-Амурский. М., 1891. Кн. 1. С. 470-471).

7 Корсаков Михаил Семёнович (1826-1871), двоюродный брат Н.Н. Муравьёва, вместе с ним прибыл в Восточную Сибирь на службу, с декабря 1856 г. генерал-майор, в 1861-1871 гг. генерал-губернатор Восточной Сибири.

8 «Белая голова» - Андрей Васильевич Белоголовый (ок. 1800-1860), иркутский купец, близкий к декабристам. Он отправлял из Иркутска вещи Трубецких.

9 Лицо неустановленное.

14

14. С.П. Трубецкому

[Иркутск,] 7 января [1857 г.]1

Знаю число шуб, подушек, ящиков и пр., растраченных до Томска, но этим и ограничиваются все поиски мои, добрейший друг наш Сергей Петрович! Знаю также, что вы все целы и невредимы, и за то благодарение богу. Вчера поджидал я весточки из Омска, где вас так нетерпеливо ожидали, но обманулся в ожиданиях и отложил до вторника! Как-то вы совершили путь ваш? Боюсь, чтоб, подъезжая к тропическим странам заволжским, дожди да кобраки* не задержали вас и чтобы Москва не сделалась вашим местопребыванием до весны; вот почему и адресую письмо к Н[иколаю] Д[митриевичу]. Во всяком случае, не добраться вам до Киева на санях!

Я выслал вам 300 р. в том предположении, что дорога вас расстроит вконец. Сложное ваше дело, но бог вас вынесет к берегам Днепра и к пристани верной. Я воображаю всё беспокойство Ал[ександры] Сер[геевны]2. Пожмите крепко всеми вашими от нас многочисленных добрые руки!

У нас все в ожидании, а потому ещё все мертвы - приезд оживит нас, полумёртвых; что касается до меня лично, признаюсь вам, что не нуждаюсь оживления - у меня и так достаточно de cette surabondance de vie!**

Я успел многое кончить и многое начать: дела Елихтинские покончены - всё подготовлено; Курга будет с 1-го апреля по 1-е мая разведана 40 чел[овеками]!3 Казалось бы, и конец - но нет - какая-то рисуется даль, и надо до неё добраться. Я вступил в дело с могучею компаниею: 40 чел[овек] под предводительством г[осподина] К[игина] должны с 15-го фев[раля] по 15 апреля поднять, разрыть всю преисподнюю от С. до... Простите, если не договариваю. Наши тайны не сообщаются до некоторого времени. До 1-го мая я сам буду в центре операций, с этого же числа благословляю отряд в путь далёкий.

Хотя дело собственно моё, потому что проект, указанный новый мир и даже большая часть исполнения лежат на мне, всё это моё, хотя я был и господин всего дела, однако же потребовал только 5-й пай - так средства наши и скудны, и ограниченны!4 Впрочем, как этот пай теперь незначителен (взнос 1200 р. - пятая часть из назначенных 6000 р. на экспедицию), но при могущем последовать размере дела и при средствах компании и этот 5-й пай сделается значителен.

Я долго таил это дело, всё думал сам его поднять, но должен был потребовать помощи. Этот пай предлагаю нашим разделить на 4 равные части. Прошу вас дать мне своё согласие. Действия начаты, нужно всё заготовить на 5-ти пунктах, и вы видите, что дело сложное, но всё должно быть подготовлено в положенный час, условия подпишем на этой неделе; дело здесь покрыто тайной. Итак, до ноября хочу послужить делу и умом, и телом, а там и на отдых - увидим.

Простите на этот раз. право, не время - обнимаю вас, и сына, и внука, и Федю, и в разгаре чувств даже и Анну Францевну, не говоря ей5. До свидания.

Милые друзья, до другой почты. Преданный вам

А. Поджио.

*Вероятно, искаж. кубрег - овраг (диал.).

**Этого избытка жизни (франц.)

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 64. Л. 31-32 об.

1 Год установлен по содержанию.

2 Александра Сергеевна Ребиндер (урожд. Трубецкая, 1830-1860), жила тогда в Киеве.

3 Разрабатывавшиеся А.В. Поджио прииски находились по речкам Средней Элихте и Курге.

4 10 марта 1858 г. А.В. Поджио в качестве уполномоченного компании заключил договор с А.В. Белоголовым о совместной разработке новой площади с тем, что 1/5 паев и прибыли будут принадлежать компании, а 4/5 - А.В. Белоголовому. Поскольку заявка на эту площадь была оформлена уже в октябре 1857 г., ясно, что переговоры и организация поисков велись ранее.

5 Сын - И.С. Трубецкой, внук - Николай Николаевич Ребиндер (1854-1872), Федя - Фёдор Александрович Кучевский (1841-?), воспитанник С.П. Трубецкого, сын А.Л. Кучевского, осуждённого по уголовному делу и отбывавшего наказание в Петровском заводе вместе с декабристами, Анна Францевна - лицо неустановленное.

15

15. С.Г. Волконскому*

[Иркутск,] 14 генваря [1857 г.]1

С курьером из Иркутска.

12 января в 7 часов утра приехал в Тельму2; отправка казака, непредвиденное обстоятельство прийти к 3 часам на обед в узком кругу.

2 часа 1/2, приехал в Иркутск. Свидание, горячие объятья, холодный суп, замороженное шампанское, тосты за молодого милосердного генерала; тост за возвращение старого3, тост за возвращение всех, тосты за Nelly, 2-я бутылка, раболепные ухаживания; анекдоты, воспоминания: брак Пущиных4; Зав[алишин], Биби[ковы], Гаупт и Николай, высланный с Урала5; дело Быстрицк[ого], встреча назавтра в полдень, прощание...

13, 10 часов: большой приём, непродолжительный, но приятный; в полдень Андрей Андреевич унесён Серебрянкой** с 200 рублями, которые я ему даю на дорогу из денег, полученных из Москвы6.

Дружинин** смиренным тоном обратился к князю Долгорукову за приказом выдать ему нужную для путешествия сумму7; приезд Быстрицкого ко мне в 3 часа; его нерешительность, его мечты о месте фермы; решительное сопротивление с моей стороны; великое решение об отъезде и об остановке в Москве в доме Молчанова** на несколько часов. В 6 часов вечера приезд Натальи в заимку**; в 6 1/4 приезд старика; общая беседа, развлечения, отдых - чай, сигары, папиросы и проч. Выпад против Зав[алишина]; расставание навечно; переговоры, столь краткая откровенность; долгий разговор о моих друзьях; имитация произношения в нос Нелли, смех и вздохи одновременно; похвальное слово Мишелю; портрет, посланный м[ада]м Ротчевой и м[адемуазе]ль Липранди, всё неудачно, м[ада]м Заборинская отсутствует, а истинные друзья пренебрегаемы, забыты; бог с ними...***

Приезд Як[ова] Дм[итриевича], встреча с С[ергеем] Пет[ровичем], с Свербеевыми и грустные слова о Якушкине9; в 9 часов отъезд, прощание, доброй ночи...

Вот краткое изложение письма, которое следовало написать в этот день.

Весь ваш А. Поджио.

Проклятие стальным перьям, нехватка времени; нехватка ловкости прежних дней.

*Подлинник на франц. яз. Помета С.Г. Волконского: «Отвечено 12 февраля. Курьер».

**Слова, отмеченные двумя звёздочками, по-русски.

***Слова «бог с ними» по-русски.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 23-24 об.

1 Год устанавливается по содержанию.

2 Возвращаясь в Иркутск, Н.Н. Муравьёв остановился на Тельминской суконной фабрике, находившейся в пригороде Иркутска.

3 «Молодой милосердный генерал» - М.С. Корсаков, с декабря 1856 г. генерал-майор; «старый» - Н.Н. Муравьёв.

4 И.И. Пущин и Н.Д. Фонвизина обвенчались 22 мая 1857 г.

5 Д.И. Завалишин в первые годы генерал-губернаторства Н.Н. Муравьёва сотрудничал с ним, позднее резко выступил против него, критикуя его деятельность по освоению Приамурья, в 1863 г. был выслан из Сибири в Москву. Бибиковы - вероятно, С.Н. и М.Н. Бибиковы (см. примеч. 5 к письму 57). Гаупт Василий Васильевич, чиновник Главного управления Восточной Сибири. Николай - лицо неустановленное.

6 А.А. Быстрицкий; «Серебрянка» - казённый обоз с серебром, отправлявшийся под охраной из Иркутска в Европейскую Россию.

7 Долгоруков Василий Андреевич (1804-1868), князь, в 1856-1866 гг. шеф жандармов и начальник III отделения. См. примеч. 18 к письму 10.

8 Нелли и Мишель - Е.С. и М.С. Волконские. Ротчева Елена Павловна (урожд. кн. Гагарина), начальница Иркутского сиропитательного дома для девочек имени Е. Медведниковой, хозяйка либерального салона, в котором бывали декабристы. Липранди Екатерина Петровна, директриса Иркутского девичьего института в 1854-1856 гг. Заборинская (урожд. Ротчева) Ольга Александровна, жена А.И. Заборинского. Вероятно, им были посланы фотографии Волконских.

9 Я.Д. Казимирский собирался приехать в Иркутск, по дороге он мог встретить Трубецкого, Свербеевых и Якушкиных, возвращавшихся из Сибири. В.И. Якушкин по дороге заболел и остался в Казани, И.Д. Якушкин уехал в Москву один.

16

16. С.П. Трубецкому

[Иркутск,] 18 генваря [1857 г.]1

Получил я, добрейший друг наш Сергей Петрович, два письма ваших из Ялуторовска, и что же - от 28 и 29 дек[абря]! Радуюсь, что вы все здоровы, а что медленно подвигаетесь - не беда; у нас, у русских, время нипочём, и много его ещё впереди; впрочем, быть может, судьба благоприятствует вам, и вы невольно вынуждены будете прожить за дорогой в Москве, где и удобнее будет положить конец делам. Увидим. Грустно мне было слышать высказанное вами о Якушкиных; помоги им бог вырваться и доплестись до Москвы!

Н[иколай] Н[иколаевич] меня вызвал из-под Тельмы и первое, что сказал, обнявши, - «читайте и считайте»; прочёл вас и сосчитал деньги, высланные Евгением2; спасибо ему за такое предупредительное участие. На будущей почте буду писать всей тройке. Н[иколай] Н[иколаевич] выдал в Канске Соловьёву 200; из полученных мною 1100 дано 200 Быстрицкому, едущему с караваном в конце месяца; теперь К.П. Торсон здесь, она также отправляется тем же способом; ей обещал генерал выдачу должных денег, потому и не знаю, понадобятся ли ей деньги3. Сегодня она обедает у нас и переговорим.

Я намерен выслать Фаленбергу 250 р., о прочих ещё не знаю ничего. Надо послать будет Спешневу, о котором поговорю с Корсаковым, который берёт его к себе на службу4. Надо подумать и о остающихся, которые лишены всякого пособия. Бестужева ожидаем сюды, но, кажется, дело трудно его уладить5. У нас идёт перестановка - Заборинскому not to be*. Успенский в Главное правление на место Тюменцова; Гаупт в невозвратных и пр.6 Вчера приехал архиерей, заутра будет К[атерина] Ник[олаевна]7. 1-го февр[аля] будет Як[ов] Дм[итриевич] и останется до лета.

О нашем деле я вам писал с последнею почтою - что касается до серебряного содержания и на покупку площадей, не даю, кажется, право Белоголовому, а только первоначально сильные поиски8. Впрочем, видно, судьбе угодно было меня ввергнуть в разрез и быть свидетелем и вместе двигателем всех действий; почему же нет на этот год. Во что бы то ни стало хочу упрочить Варе маленькое независимое состояние - приложу на это последние силы, которые видимо на этот год меня покидают.

Я вам говорил, что сильная поисковая партия из 40 чел[овек] отправлена с 15 фев[раля] и что та же партия должна 30 дней провести на Курге. Рассчитываю эту издержку, не избавляющую нас от платежа 1000 р. в казну9, я почти уже решился добавить туда 20 ч[еловек] с 1-го мая и по 1-е августа промыть 160000 пуд[ов] и выручить 8 ф[унтов] золота для покрытия всего и для улучшения разведки местности. Канава в 200 саженей будет в этом счету, амбар и пекарня. Все припасы сейчас же свезу. Расчёт в том, чтобы покрыть издержки разведки и не платить 1000 р. Бочка будет деревянная или две бутары**.

Вот вам очерки моих ещё не осуществившихся идей, а там что бог даст. Люди на подбор, и отбою нет от хозяев, а не от бродяг! Так заманчивы и содержание и заработки! Дай бог, чтобы на ваших европейских работах было так мало смертности и так мало изнурения на лицах при выходе! Управляющего, кажется, не возьму. 1000 р. в кармане и будет больше золота, ручаюсь. Странно!.. а быть так!

Жена и Варя, слава богу, здоровы; последняя лжёт с утра до вечера бесщадно: толкует всё небылицу и что бы с кем ни случилось, час спустя приходит, рассказывает за своё собственное. Так покойнику нашему Митькову10 случалось умирать за других не раз. У вас в доме всё по-старому - тот же Андрей, та же Дарья пьют, та же Дунюшка вас всё ожидает; П[ётр] А[лександрович] встаёт в том же 12-м часу и пр.11

Где-то вы, добрейший Сергей Петрович! не там ли у псовой площади, чтоб не сказать у Собачьей!12. Как доехали и вы, добрые молодые друзья! Получил все ваши сонные письма; последние из Омска. Пишите ещё месяц почтарю и прощайте. В тайге разлучусь с вами, потому-то теперь я так много глаголил.

Господь с вами со всеми. Ваню и Федю обнимаю, Николиньку13 целую - весь ваш А. Поджио.

*Не быть (англ.).

**Бутара - устройство для промывки земли на золото (диал., сиб.).

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 64. Л. 29-30 об.

1 Год установлен по содержанию.

2 Е.И. Якушкин. Здесь и далее речь идёт о пособиях Малой артели.

3 Торсон Екатерина Петровна, сестра декабриста К.П. Торсона, приехала к брату в 1838 г. в Селенгинск, в янв. 1857 г. ей были выданы Н.Н. Муравьёвым 142 рубля 86 копеек (ГАРФ. Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 61. Ч. 69. Л. 55).

4 Спешнев Николай Александрович (1821-1882), один из руководителей кружка петрашевцев, осуждён в 1849 г., после амнистии 1856 г. был определён канцелярским служителем в Забайкальское обл. правление, т.е. под начало М.С. Корсакова, начальника Забайкальской области.

5 См. примеч. 16 к письму 10.

6 П.Н. Успенский в 1857 г. был назначен управляющим III отделением Главного управления Восточной Сибири, ранее эту должность занимал Николай Егорович Тюменцев; В.В. Гаупт в 1857 г. назначен управляющим IV отделением того же управления.

7 17 янв. 1857 г. в Иркутск прибыл новый епископ Евсевий (Орлинский Евфимий, 1811-1883). Муравьёва Екатерина Николаевна (рожд. Ришмон), жена Н.Н. Муравьёва.

8 По договору, заключённому А.В. Поджио и его компаньонами с А.В. Белоголовым, разведанные площади могли заявляться в общую или раздельную собственность.

9 По ст. 2374 горного устава за непромывку на принадлежащих частным лицам приисках установленного количества песков положены денежные взносы в казну, они вносились между янв. и мартом.

10 Митьков Михаил Фотиевич (1791-1849), декабрист.

11 Андрей, Дарья - лица неустановленные. Дунюшка - сестра жены П.А. Горбунова Евдокия Александровна Неустроева.

12 В Москве на Собачьей площадке жили Свербеевы.

13 И.С. Трубецкой, Ф.А. Кучевский, Н.Н. Ребиндер.

17

17. С.Г. Волконскому*

[Иркутск,] 18 генваря [1857 г.]1

Моё последнее письмо было не настолько поверхностным, чтобы не прибавить к нему несколько деталей, касающихся интеллектуальных и материальных событий, которые происходят в крае со времени приезда возмутителя спокойствия. Верный нашему краю исторического крещения, как я его называю, спешу, добрый мой Сергей Григорьевич, сообщить подробно обо всём, что происходит.

Я говорил вам о большом приёме на следующий день, но забыл упомянуть о званом обеде и о полуполитическом характере, который ему придали. Американцы, появляющиеся в Иркутске в клубе, в музее и повсюду, должны были, таким образом, быть и на обеде2. Барон взял слово и произнёс длинный спич, в котором прозвучали и взволновали гостей обычные высокие слова о цивилизации, торговле, промышленности и проч., не считая некоторых других, без которых обходятся.

В ответе Сибирь подавала руку Америке, обещая ей вечный союз и общность взглядов и интересов. Американец произнёс тост за распространителя, основателя... не знаю, ещё кого. Один советник** спросил у него, между прочим, «в каком классе считается президент?»*** Думаю, что он ему ответил: «В классе людей, единственно приемлемом».

Заседал Комитет по Амуру, много занимаются всем, относящимся до колонизации3. Генерал занят с 7 часов утра до позднего часа ночи. Что касается штата, изменений мало, не считая Успенского, вызванного заседать в казённой палате. Про мужа белокурой дамы я думаю, что его род продлится в иных краях, чем Сибирь. Его дело решено. Заменяющий ещё неизвестен. Занимаются организацией трёх новых городков: Верхоленска, Балаганска и старого Баргузина, коего Кюхель[бекер] хочет стать одним из шатающихся столпов. Он хочет домогаться места винного****, чему я противлюсь, но я думаю, что он в конце концов получит и соль из росы4.

Дружинин получил 500 рублей и рассчитывает уехать на этих днях; у дочери было два жениха, которым она отказала, не желая расставаться с родителями. Сегодня обед в замке: мадмуазель Торсон, Кюхельбекер, Аннушка5 и проч. Она от генерала получила всё: деньги и место в караване напротив Андрея Андреевича6. Как вы думаете, до чего они договорятся? Как величественна эта женщина! Сколько преданности, самоотречения в столь славно наполненной жизни! Не могу сказать, какое священное уважение овладевает мной при виде её! Какое спокойствие, наконец, какое прекрасное прошлое, если не говорить об участниках! Пара улетит в конце этого месяца.

Тотчас должен приехать Мишель Бестужев, но я не думаю, чтобы он преуспел. Доросида Ивановна и мадам Иванова, слишком выдвинувшиеся вперёд, чтобы увидеть приезд архиепископа, были так оттолкнуты десятником****, что, несмотря на их повторяемые крики «мы дворянки»*****, должны были пересчитать несколько ступеней лестницы, которую они столь гордо штурмовали7. Они хотят жаловаться и просить о знаке того благородства, в котором им отказало провидение.

Яков Дмитриевич****** приезжает к нам к 1-му февраля и поселяется у вас из расчёта 25 рублей в месяц; он полностью наследует мебель <...>*******, что его весьма устраивает. Его приводит к нам просто потребность нас видеть, и я, лишённый общества этим счастлив. Впрочем, это не меняет моих намерений, и в марте - в горы. Пусть я стар, я хочу <...>******* сделать что-нибудь для двух моих спутников, Ларисы и Вари. Дамы уже там, и я очень тороплюсь.

Прощайте и прощайте.

Ваш друг А. Поджио.

Спасибо за спички********.

*Подлинник на франц. яз. Помета С.Г. Волконского: «Отвечено 2 марта».

**Слово по-русски.

***Слова в кавычках по-русски.

****Слово по-русски.

*****Слова в кавычках по-русски.

******«Яков Дмитриевич» по-русски.

*******Одно слово неразб.

********Постскриптум по-русски.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 30-31 об.

1 Год устанавливается по содержанию.

2 В числе американцев, находившихся в Иркутске, был коммерческий агент США П.М. Коллинс, проехавший по Амуру и издавший в 1858 г. в Сан-Франциско брошюру о перспективах торговли России и США через Амур. Он же предлагал построить железную дорогу вокруг Байкала и телеграф до Иркутска.

3 В Амурском комитете осенью 1856 г. обсуждался вопрос о колонизации Приамурья.

4 О службе М.К. Кюхельбекера по винному откупу ничего не известно.

5 Аннушка - Анна Михайловна Миштовт (рожд. Кюхельбекер, 1835 - ?).

6 А.А. Быстрицкий.

7 Д.И. Кюхельбекер и Домна Петровна (рожд. Мигалкина), вдова декабриста И.И. Иванова. По амнистии 1856 г. им были предоставлены прежние права мужей по дворянству.

18

18. С.Г. Волконскому*

[Иркутск, начало февраля 1857 г.]1

Какое молчание - после того шума, с которым вы делали свои объявления, - неужели вы подумали, что единственно сообщения об отъезде вызывали у меня интерес к вашим письмам? Действительно, ни слова больше после отъезда! Но нет, я полагаю, что вы упрекаете меня в неблагодарности и рассердились всерьёз, долго будучи отцом. Будьте же справедливы, мой добрый С[ергей] Г[ригорьевич], и обвиняйте меня скорее не в пренебрежении к вам, как вы говорите, но в том, что я воспользовался курьером, так мало оправдывающим своё название, чтобы отправить к вам мой пакет.

Вот добрейший Сергей Петрович приедет, и я получу прощение, не правда ли? Ну что ж, мы снова будем в прежних отношениях! До сих пор я рассуждал лишь о материальной стороне событий, оставляя сторону моральную на потом, - и вот это «потом» пришло.

Мы видимся часто, и беседы наши более глубоки, более выразительны, чем когда-либо раньше; я думаю, что он на меня одного перенёс привязанность, которую питал ко всем вам, и в отсутствие вас всех, я, в свою очередь, плачу ему тем же2. Мы долго разговаривали, в частности, о вашей семье. Помимо интереса, с которым он к вам относится, к Мишелю и Нелли у него какое-то отеческое чувство - первого он рассматривает как собственное творение и гордится им. О нашей дорогой Нелли - лишь долгий вздох, его вы должны понять.

«Вы не знаете, - сказал он мне, - что когда я отправлял Мишеля к вам3, он не увидал моих слёз, но позже, потому что меня волновали моя отставка и мысль, что я расстаюсь с вами со всеми...» И снова потекли слёзы! Вот истинно человеческие минуты! Что касается её, её похвальные речи не иссякают: М[ишель] и Н[елли] её кумиры, одним словом, в них вы имеете настоящих друзей. Он поставил меня в известность обо всех ваших семейных отношениях, хоть они и были раньше скрытыми от посторонних глаз; их подтверждение стоило мне более, чем страдания.

Боже мой, как я желаю этого путешествия двум существам4, души которых ранены столь роковым образом. Надо, придавая им иное направление, отвлечь их от страданий. Ах, дайте им воздуха, а вы оставайтесь на своём почётном посту... хоть я весьма желал бы, чтобы вы позволили себе немного вольности!

Где Мишель: вы не говорите ничего относительно срока его отъезда. Мы здесь, чтобы упаковывать наших отстающих, и, благодаря горячей воле генерала, эти двуногие вещи <...>** одни за другими. Я уже неделю провёл наедине с Колесниковым, а он едва молвит два или три слова5. Всегда молча сидит и постоянно улыбается! Его дело прояснится к маю месяцу, и я думаю сказать генералу, чтобы он дал ему казака, потому что сомневаюсь, что он сможет ехать самостоятельно.

Семья Таптыковых является предметом рассмотрения, это уже что-то, чтобы выйти из бедности. Будут представлены два сына и дочь 9-ти лет. Старший, весьма проворный, просит саблю, и я думаю, генерал ему её даст***6. Лисовский Алёша ведёт себя очень хорошо, представлен в хорунжие с отчислением из казачьего ведомства, но остался всё тем же казаком. Где Володя, где другой, где мама, всех отыщу7.

Есть ещё 4 Мозгалевских, которые в прошлом году сдали за себя рекрута! Что с ними делать, и ума не соберёшь; народ взрослый и, говорят, толковый8. Что делает Фаленберг, не знаю, но узнаем. Теперь дело о Домне Петровне. Вы уехали и не пояснили ей дело. У меня была Ольга и просила разведать его9. Я отправился к Матвею Ивановичу и ну рыться в его бумагах!10 После двух часов, к счастью, нашли одну сумму 61 [рубль] сер[ебром], поступившую от продажи имения и представленную губ[ернатору] в 45-м году и только.

Теперь посылаю её к губернатору: она же говорит, что дом один был продан за 325 [рублей] асс[игнациями], был ещё скот, так что они считают до 150 [рублей] сер[ебром]. Сверх того, она считает за вами 100 [рублей] асс[игнациями] за Соловка. Пожалуйста, что помните, то сообщите и что за деньги за Соловка? Я ей говорил, чтобы она ожидала вашего отзыва. Ольга - милая трудолюбивая девушка; содержит 6-ть учениц и тем питает себя и чахоточную мать. Вот вам некоторые сведения****.

Мишель Бест[ужев] здесь, всегда неестественный, чопорный и эффектный; его поклоны и манерные приветствия выдают салонного декабриста. Он вполне <...>**и приходит ко мне в гости очень редко под предлогом многочисленных дел.

Остаётся рассказать вам обо мне. Я объявил вам об отъезде в горы, и с тех пор ничего не изменилось, чтобы принудить меня отказаться от этого, без сомненья, последнего испытания моих сил. Практик многословный, беспорядочный, я до некоторой поры относился к жизни теоретически. Но, оказавшись на 58-м градусе северной широты, надо подумать о спасении моего маленького экипажа11. Для святой спутницы моих последних дней, для её маленького существа я сделаю всё, даже невозможное, пуская в ход и моё скромное состояние, и способности, и все силы. Как бы ни был я уверен в целебности воздуха гор, вы не могли бы поверить страхам, охватывающим меня иногда при мысли увлечь туда мою маленькую, и чаще всего я говорю себе, что там буду в безопасности от скарлатины!

Мы отправляемся в первых числах марта, и Варя настроена так, будто едет в Москву! У меня будут хлопоты, у меня их уже выше головы. Я вынужден был прибегнуть к помощи влиятельной компании, чтобы реализовать мой собственный проект, и, учитывая размеры, которые могут принять дела, я оставил за нами лишь пятую часть. 40 человек, ведомые умелым руководителем, будут обследовать незнакомую местность. 6-го сего месяца я совершу поездку, чтобы привести в движение моих разведчиков. Я рассчитываю провести лето и захватить ещё август месяц на золотой россыпи и закончить уже в этом году мою золотоносную карьеру!

Кроме работы, проектируемой на Елихте, я хочу поселить там десять семей и «укоротить судьбу мастерством», как говорят американцы. Залежи, по их словам, ничто, пока не найдёте или не доберётесь до их источника, залегающего всегда высоко в горах. Кстати, об американцах, я вам о них говорил, но если вспомню, приблизительно... Мне случилось познакомиться с ними у Н[иколая] Н[иколаевича], и как раз один из них оказался моим соседом за столом. Н[иколай] Н[иколаевич], слева от меня, начал разговор, который я поддержал, сразу атаковав его вопросами:

«Из какого вы штата, м-р П.?» - «Из Вирджинии». - «Ах, вы южанин... понимаю... Вы, конечно, голосовали за Бьюкенена» - «Да, сэр». - «Если он вам дорог как защитник рабства, то мы его уважаем как основателя нашего первого торгового соглашения с вами в 1831*12... А как произошло, что в вашей конституции Юга предложили возобновить торговлю неграми?» - «Ах, да - но это не было принято». - «Только этого не хватало».

Я был слишком любезен, чтобы преследовать его в связи с этим, и перепрыгнул через рабство, чтобы перейти к Кубе и Никарагуа, предсказывая ему, что недалёк день, когда они там будут - это заставило его прыгать от радости, и он кончил тем, что сказал мне: «Я так удивлён, что встретил американские идеи в Сибири!» Я не ответил, оставляя за собой удовольствие пристать к нему по его возвращении из Кяхты, чтобы вывести из заблуждения, с некоторой точки зрения.

Они, кажется, весьма нам преданы, видя в нас врагов своих естественных врагов13, но их появление здесь, знаки уважения, которые им расточают, вызвали завистливое обсуждение уже приобретённого превосходства; свободное судоходство по Амуру заставляет опасаться конкуренции, которой наши не могли бы выдержать и через это переворота в торговых операциях. Им видятся уже американские магазины в Николаевске, в Шилке и в самом Иркутске14.

Что касается меня, я полагаю, что они не вздумают подниматься вверх по Амуру в его современном пустынном состоянии и что внутренняя торговля останется нашей, но каким способом получить пароходы в Мариинске? Многое можно сказать и за, и против... Переведены ли письма русского купца, помещённые в «Nord»?15 Не найдётся ли у вас работы Ламартина о двух последних царствиях?16

Мы ждём Я[кова] Д[митриевича], который был задержан на несколько дней смертью бедной его <...>**. Извольского нет17. Мой дорогой Сергей Григорьевич, у меня нет более сил от усталости, рука моя застывает с пером, в то время как мысли стремятся выйти из берегов. Ах, если бы вы знали, каким я становлюсь старым и дряхлым, у меня нет ни члена, который бы не ныл, ни органа, который бы не жаловался.

Увидимся ли мы когда-либо? Что я могу сказать - место остановки более не земля, увы! До свидания, во всяком случае, почему отказываться от всего навсегда. Счастливого путешествия туристкам, мои благие пожелания всегда будут лететь им вслед, какие бы дальние поездки они не предприняли. Прощайте, обнимите хорошенько Мишеля. Поклонитесь Маше18 и скажите ей, что деньги вышлю в сентябре*****.

*Подлинник на франц. яз.

**Одно слово неразб.

***Далее по-русски.

****Конец русского текста.

*****Фраза по-русски.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 2-5 об.

1 Датируется по упоминанию о недавнем обеде с американцами и о предстоящей поездке в тайгу.

2 Речь идёт о Н.Н. Муравьёве, далее - о его жене.

3 Н.Н. Муравьёв отправил М.С. Волконского курьером в Иркутск с манифестом об амнистии декабристам.

4 Имеется в виду отъезд М.Н. Волконской и Е.С. Молчановой за границу.

5 Колесников Василий Павлович (1804-1862). 1 февр. 1857 г. Н.Н. Муравьёв ходатайствовал о пособии для него (ГАРФ. Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 119. Ч. 3. Л. 34).

6 Таптыков Дмитрий Петрович (ок. 1799 - после 1862), его сын Пётр в 1861 г. учился в Иркутском училище военного ведомства (ГАРФ. Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 119, Ч. 5. Л. 17).

7 Речь идёт о семье декабриста Н.Ф. Лисовского. После его смерти (1844) осталась вдова Платонида Алексеевна (рожд. Петрова, в 1855 г. уехала в Киев), три сына и дочь. Старшие, Алексей и Владимир, стали офицерами: Волконские принимали участие в их судьбе (ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 245. Л. 4 об.; ГАРФ. Ф. 1146. Оп. 1. Д. 604; Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 61. Ч. 94. Л. 39).

8 После смерти декабриста Н.О. Мозгалевского (1801-1844) осталось восемь детей, младший стал офицером, остальные не получили среднего образования, сыновья служили на приисках и в акцизе. Из письма И.В. Киреева И.В. Пущину от 6 дек. 1857 г. следует, что «три сына хотя и служат по приискам, но наёмщик, которого они вынуждены были поставить за себя в рекруты, <...> стал им до 1000 руб.» (Богданова М.М. Декабристы в Минусинской ссылке // Декабристы в Сибири. Новосибирск, 1952. С. 127).

9 Ольга - дочь И.И. Иванова.

10 Матвей Иванович - лицо неустановленное.

11 В это время А.В. Поджио было 58 лет.

12 Бьюкенен Джеймс (1791-1868), президент США в 1857-1861 гг. (избран в нояб. 1856 г.), был кандидатом от демократической партии. Первый русско-американский торговый договор был заключён в 1832 г. при участии Дж. Бьюкенена, в то время американского посланника в России. В годы его президентства особенно распространилась нелегальная торговля неграми, он же был автором Остендского манифеста 1854 г. (план покупки или захвата Кубы). В конце 1840-х - начале 1850-х гг. американцами был предпринят ряд шагов по захвату Кубы и Никарагуа, в чём были заинтересованы рабовладельцы Юга.

13 Россию и США объединяли тогда общие антианглийские интересы.

14 Н.Н. Муравьёв предлагал ввести свободную торговлю по всему Амуру, что должно было способствовать развитию не только русско-американской торговле, но и экономики Дальнего Востока.

15 В газете «Nord», издававшейся в Брюсселе, 3-21 дек. 1856 г. были опубликованы «Lettres d'un commercant russe», автор (R-ch) которых выступил в защиту русского купечества, занимающего положение чуть выше крепостных, и предложил для преодоления отсталости России развивать железнодорожное строительство.

16 В 1851-1863 гг. выходили тома «Истории Реставрации» Ламартина.

17 Извольский Пётр Александрович (1816-1888), в 1857 г. член Совета Главного управления Восточной Сибири, приехав 8 марта в Иркутск, занял часть (низ) дома Волконских (ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 245. Л. 10).

18 Вероятно, М.О. Бодятинская, дочь И.В. Поджио.

19

19. С.П. Трубецкому

[Иркутск, после 12 - до 22 февраля 1857 г.]1

Получил я, добрейший Сергей Петрович, немилосердное письмо ваше из Нижнего и вполне сочувствовал вам во всех ваших впечатлениях! Погрустил вместе с вами и Александрой Сергеевной2, а там, как водится, предались и радостям вашим! Благодарю бога, что всё сказанное вами не ограничивается одним настоящим, а предрекает ещё и будущность, как кажется по всему, весьма верную: пора вам отдохнуть, вельми пора!

Подробности вашего письма были для нас так занимательны и так горячо переданы, что впредь всякие сокращения в рассказах или упущения будут нами принимаемы как за явный признак охлаждения или равнодушия к нам; а вы помните, что мы будем в тайге, а там едва ли и радость, и скорбь не будут ли чувствоваться вдвойне.

Говоря о тайге, коснусь и к делам. Как я вам говорил, я вступил в компанию с А[ндреем] В[асильевичем], предоставляя себе 5-й пай; при наших скудных средствах и при могущественных их капиталах нельзя было и требовать большего. Конечно, поисковые издержки на них велики, но за ними следуют разведочные, уже не шуточные, а там и само дело. При ожидаемых действиях и 5-й пай сделается весьма значителен. Площади будут заявляться на четырёх: Бер[надаки], Абаз[у], Белог[олового] и нас3.

Партия под Кигиным из 40 чел[овек] будет до 1-го мая разведывать наши речки, после чего на лодках отправятся в Ангарск4. Там разделятся на 3 партии и станут обследовать все притоки Ангары. Дело обширное и, конечно, не годовое. Теперь сооружаем и всё же мой проект, партию из 15 человек, и посылаем их на вершины притоков Цыпы, восточнее Кандинского5. На этом я останавливаюсь и ни шагу, и ни конбойки* не далее, не более! Всё это будет стоить до 10000 р., и наш взнос состоит из 2000 р.! На это меня станет, а что будет далее, и думать боюсь... впрочем, дал бы бог золото, а деньги будут.

Не зная мнения всех и не имея времени откладывать, я этот 5-й пай разделил на 4 равные части, предоставляя впоследствии каждому, как заблагорассудит. Прошу только при желании участвовать в деле и при готовности к нему. Знайте, что я не признаю делом дело сомнительное и только и пущусь при несомненных самых благонадёжнейших знаках! Кажется, можно будет не затрудняться в выборе; а потому прошу вас заранее меня уведомить, каким капиталом можете располагать. Повторяю вам, что я не вступлю ни в какое маловажное дело и что только важное открытие меня может соблазнить.

Елихтинское дело я поднял - нанял 130 ч[еловек] отборных людей - многим беглым дарована амнистия, и они турфуют** нижнюю часть Елихты, последний шурф в 23 чет[верти] был уже у пласта, и вы видите, как уменьшится торф! Пески лучше и надзолы; хочу до 15-го марта разведать низ и перенести туды и работы, и самую машину. Если пойдёт хорошо, стало, смотреть на дело с военной точки зрения и опасаться раздробления сил - тогда предполагаемые работы на Курге отложатся и сосредоточусь на Елихте.

Вы знаете, что низ меня всегда завлекал; хотя нет на нём ни одного шурфа, но нет причин, чтобы золото самое богатое у оконечности стены могло измениться в содержании, когда нет никаких местных препятствий для его выноса! Ожидаю с часу на час первого извещения. Воронцов кончил наёмку и уже там, на месте; запасы почти все поставлены. Я думал обойтись без управляющего; но, признаюсь, побаиваюсь за себя; я стал хил, и последние припадки меня образумили, должен всего ожидать, а потому и взялся за одного, г[осподина] Попова, от которого и ожидают ответа заутра6.

Сверх того, нужно иметь людей в запасе, - вдруг дело откроется и некому будет после их искать. Плотник там, машинист сегодня едет и хотят начать промывку не позже 20 мая!.. Около 15-го марта дело примет некоторую вероятность - до тех пор ограничиваюсь самыми малыми надеждами. 10-го думаю пуститься в путь. 15-го будет до 40 чел[овек], к 20-му и остальные. Я думаю, вы, господа, не можете сетовать на меня, что при взносе 500 р[ублей] с каждого я вас присообщил к такой сильной к[омпан]ии.

Спросите же меня, как я со своим одним пудиком поднял всё это дело!.. и смело, и дерзко! И я здесь один... Буду писать, извещать, и будьте в готовности; простите, добрый Сергей Петрович. Обнимите Н[иколая] Р[омановича] и тысячи приветствий дорогим дщерям, сыну, Феде и внучатам. Много у меня и дела, и забот, и мало у меня денег.

Господь с вами. Жена говеет и тем более в любовном расположении к вам и ко всем вашим. Едем в церковь, а Варя всё болтает без умолку дома. До свидания.

Я забыл вам сказать, что Кигин с 12-го фев[раля] уже в тайге и что я ездил туды.

*От «коноб» - высокая деревянная ёмкость, применявшаяся на приисках.

**Турф - пустая порода на золотых приисках.

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 132. Л. 33-38 об.

1 Датируется по сравнению с письмом 20.

2 А.С. Ребиндер жила в Петербурге, там у неё родился ребёнок и умер младенцем.

3 Бернадаки (Бернардаки) Дмитрий Егорович (1799-1870), откупщик и золотопромышленник; золотые прииски в Восточной Сибири имели В.А. Абаза и А.М. Абаза, о каком идёт речь в данном случае, установить не удалось.

4 Кигин - лицо неустановленное, очевидно, служащий на прииске Поджио. Ангарск - населённый пункт на северном Байкале (теперь Нижнеангарск).

5 Кандинский - вероятно, прииск богатых купцов и золотопромышленников Кандинских.

6 Воронцов, Попов Алексей - управляющие приисками у Поджио.

20

20. З.С. и Н.Д. Свербеевым

[Иркутск,] 22 февраля [1857 г.]1

Я успел полумёртвый съездить в Черепаново, успел полуживой и возвратиться, а вы, молодые друзья наши, полные жизни, не успели добраться и до Москвы! Да будете ли вы когда-нибудь в ней? Время уходит и достанет ли его для предстоящего ещё пути? Правда и то, что если Александра Сергеевна к вам прискачет, то Киев сделается второстепенной метой, и все вы направитесь в Пензу.

Известия ваши, добрейший Н[иколай] Д[митриевич], были из Нижнего самые для нас утешительные - всё, что я и предвидел, и предчувствовал, всё исполнилось и осуществилось! Радуюсь за всех вас, а ещё более за старца нашего, которому так нужен покой!.. Помоги вам бог: я уверен, что и при разделе вы всё-таки составлять будете то же нераздельное одно. Желал бы очень получить депешу окончательных конференций до отъезда моего в тайгу2.

У нас выглянуло солнце, снег тронулся, а за ним и дороги; не знаю, как доберёмся мы до тайги, а к 20-му надо быть там. Ожидаем завтра Якова Дмитриевича и воображаю, какие надо будет вынести чисто ругательства за скорый отъезд наш. Я бы и рад отложить это время испытаний для жены и Вари, но с каждым днём путь будет труднее... Жена готовиться... Эту неделю говеет, на второй начнёт укладываться и окончательно лишнее сбывать: два чепца уже променяно на 6 ф[унтов] стеариновых свеч... Мебель, ломаные стулья, сковороды отсылаем мало-помалу к вам; в доме какой-то беспорядок, предвещающий переходную эпоху; в малом виде, но какая верная пародия, напоминающая ноябрьские дни de l'hotel Troubetzkoi*.

Не могу иногда и не вздрагивать при мысли всего того, чему подвергаю мать и малютку!.. Обращусь к вам - медленности ваши имели то благодетельное влияние, что З[инаида] С[ергеевна] по крайней мере не подверглась случайностям быстрой езды, и слава богу; вы же, о, вы всё тот же неизменный надворный! Взгрустнул я, признаюсь, ибо службы я не понимаю без положения, - а между тем как трудно будет теперь вам добиться до ранга коллежского!!.3 Н[иколай] Н[иколаевич] также пожалел, и я сообщил ему намерение ваше перейти в М[инистерство] и[ностранных] д[ел] и обратиться к нему. Я думаю, что вы всегда найдёте в нём готовность вам услужить.

Благодарю вас за добрые вести - обед имеет то значение, что резко отделяет господствующий дух от прежнего. На мой рассказ К[атерина] Н[иколаевна] сказала, что это делает честь двум особам; я же заметил, что вся часть принадлежит одному: тому, который гласно-молчно признаёт те начала, которые некогда подлежали гонению4. Не знаю, можно ли отделять начала от человека, их исповедующего!

Мы провели масленицу шумно, игриво. Обеды, вечера, пикники бегло и безостановочно заменяли одни других; бал Н[иколая] Н[иколаевича] на 200 особ был особенно замечателен. Все сословия имели своих представителей, дворяне в особенности поставили на вечер Беч[аснова] и Раевск[ого]5. Первый везде и всюду... я же нигде. Настало время другое: гульбища опустели, храмы наполнились, священники у алтарей, чиновники у столов и пр.

Между прочими событиями, коснувшимися до некоторых личностей, - личность пресловутого Ефимова в опасности: сегодня решится его судьба и увы! - он не поладил с золотоискателями, и они представили Николаю Николаевичу требовательный лист за его подписью на 13500 р.!!6 Он вызван для пояснений... Какие могут быть пояснения? Впрочем, всё идёт своим чередом.

Мои дела также подаются - занёсся, но что делать! Готовьте капиталы, а средства предложу. Прочтите письмо к С[ергею] Петр[овичу] и узнаете подробности дела. Якушкины замолчали, и это неведение меня тревожит. Поклонитесь С[ергею] П[етровичу], с будущей почтой его очередь меня выслушивать. До свидания. Жму добрую ручку доброй З[инаиде] С[ергеевне] и обнимаю от души. Что с Валерьяном? Где он? где вы все? Не раз мысль эта тяготит меня.

Простите. Посмотрели бы вы, послушали бы вы мою болтушку Варю...

А. Поджио.

*В особняке Трубецкого (франц.).

ГАИО. Ф. 774. Оп. 1. Д. 72. Л. 24-25 об.

1 Год установлен по упоминанию о недавнем отъезде Трубецких и первом выезде Поджио с семьёй на прииски.

2 В янв. 1857 г. в Москву съехались многие родственники Трубецких (Декабристы. Летописи. Кн. 3. С. 113).

3 Н.Д. Свербеев оставил службу в Сибири в чине надворного советника, для получения следующего чина (коллежского советника) в Европейской России требовалось больше времени, чем в Сибири.

4 Возможно, речь идёт о намерении нижегородских дворян и чиновников дать 26 дек. 1856 г. обед вновь назначенному нижегородскому губернатору, бывшему декабристу А.Н. Муравьёву. Не желая допустить сборы с чиновников, А.Н. Муравьёв отклонил приглашение. В этом случае «две особы» - сам А.Н. Муравьёв и Александр II, назначивший его губернатором.

5 Раевский Владимир Федосеевич (1795-1872), «первый декабрист», арестован в 1822 г., с 1828 г. на поселении в селе Олонках около Иркутска, в 1856 г. ему, как и другим декабристам, были возвращены права потомственного дворянина.

6 Может быть, Фёдор Владимирович Ефимов (1823-1882), зять декабриста В.Ф. Раевского, исполнявший обязанности прокурора Забайкальской обл. Однако сведений о его конфликте с золотопромышленниками не имеется, на его карьере этот инцидент, если он действительно имел место, никак не отразился.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.