© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.


Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.

Posts 21 to 30 of 171

21

21. Е.И. Якушкину*

[Иркутск, до 12 марта 1857 г.]1

Дошла и до вас очередь, добрейший Евгений Иванович, и, подобно всем благотворителям, осудите себя выслушивать клик искренней благодарности! Деятельное сердце ваше посетило и нас, отдалённых сибиряков, и мы все воздаём вам должное!2 Скажите нам, не скрывайте от нас соучастников ваших в добром деле; мы узнаём столько глупого, пошлого, нелепого и не знаем тех, которые так громко говорят сердцу, а между тем так тихо настроенному к вам слуху!

Здесь мы знаем только одно имя, одного только благотворителя: это тот единый в России и который к нам так резко, так постоянно благоволит! То царь Сибирский наш Александр!3 Посмотрите на указ принимать детей наших без очереди (не наравне ли это с севастопольцами!)4, прочтите о Кучевском - тут дело не о дворянстве, а какое родительское попечение об юноше дать путь к образованию!

Дружинин просит прогоны; ему велят выдать всё нужное на подъём и денег 500!..5 Все и вся обращаются к нему и всем одно, любовь и любовь! Дайте ему людей, достойных его сердцу и его цели! Ужели у вас их нет? Укажите их, выносите их на плечах... но нет, у вас нет рамен, нет голоса, нет мнений, прощайте.

Благодарю вас, любезный друг, за попечение о вдовице6. Я выслал ей недавно 50 руб., подумайте, как бы пристроить мальчугана к месту обучения, и известите меня.

Знаю, какое участие вы принимаете в нашем не золотом, а медном деле, и потому сообщу вам нечто. Сам я, et moi c'est l'etat**7, отправляюсь в горы с тем, чтобы восстановить падшую Елихту. Хочу сам быть с рабочими в работах - хочу сам изведать, разведать, найти, как говорят американцы, матку этого чудовища. К несчастью, средства малы, а отвага велика!

Сверх этого, скажу вам по секрету, была у меня идея, которую не мог один осуществить, и, взяв к себе мощную компанию, 6-го числа еду на место брани, а 15-го пущу своих партизанов, гвериллиасов в дело на 6-месячную борьбу со всеми стихиями!8 40 человек составлять будут этот летучий, плавучий, кайлоносный отряд! Увидим.

Везу с собой на Елихту и неразлучных со мною и жену, и дочь! Не страшусь и местности; там не было ни одного случая лихорадки, цинги или тифа! Да бывает ли этот последний на приисках - и сравнить неслыханную у нас на приисках смертность с смертностью, оказывающейся на ваших европейских работах. Кажется, в самой вещи с отпадением Кяхты и с американскими у нас торговцами Сибири придётся ограничиться лишь одною золотопромышленностью!9

Всё это дело требует, по-моему, коренного изменения - все до одной работы должны быть отведены. Если бы мне чуть-чуть раздаться, то я, не ожидая никого, положил бы основание этой цели. При этом, однако, вся нравственная часть приняла бы другой и вид, и исход. Но об этом в другой раз.

Простите, любезный друг, передайте искренние приветствия мне дорогой супруге вашей и обнимите малюток.

От души вас любящий А. Поджио.

*Помета Е.И. Якушкина: «Письмо А. Поджио».

**А я - это государство (франц.).

ГАРФ. Ф. 279. Оп. 1. Д. 620. Л. 15-18.

1 Датируется по упоминанию о намерении выехать на прииск.

2 Очевидно, речь идёт о деятельности Е.И. Якушкина по распоряжению средствами Малой артели.

3 «Царь Сибирский» - часть полного титула российских царей.

4 12 ноября 1856 г. министр внутренних дел разослал циркуляр, в котором излагалось высочайшее повеление принимать детей амнирстированных декабристов в кадетские корпуса без очереди и на казённый счёт (Кодан С.В. Сибирская ссылка декабристов. С. 246). Аналогичное распоряжение было сделано относительно участников обороны Севастополя в Крымской войне.

5 Ф. Кучевскому было по ходатайству Н.Н. Муравьёва даровано дворянство, чтобы он мог «окончить образование» (ГА Украины. Ф. 442. Оп. 807. Д. 65. Л. 1). О Дружинине см. примеч. 17 к письму 10.

6 Речь идёт о Е.А. Другановой.

7 Выражение приписывается французскому королю Людовику XIV.

8 Герильясы - партизанские отряды в Испании, игравшие важную роль в борьбе с Наполеоном в 1808-1814 гг.

9 В связи с оживлением морского торгового пути в Китай значение Кяхты как центра русско-китайской торговли неуклонно падало. Появление первых американских торговцев на Амуре вызвало не только надежды на оживление сибирской торговли, но и опасения сибирского купечества, боявшегося конкуренции.

22

22. И.И. Пущину*

[Иркутск, после 14 января до 6 марта 1857 г.]1

Из всех дошедших до меня вестей одна из них, любезный друг Пущин, поразила более других и не потому ли, что ты один её не подтвердил. Так или иначе, но скажи ты мне, женился ли ты или ещё женишься, и если это не somnoler**, то почему же возбудило уже такие почти основательные толки? Что же послужило поводом таких заключений? Я не обращаюсь ни к кому и даже не упоминаю, а просто допрашиваю тебя, виновник радости, которою ты так не хотел с нами поделиться.

Прочти моё письмо, писанное во время отъезда Ив[ана] Дмит[риевича], и ты увидишь, какое слово у меня вырвалось, произнося имя Натальи Дмитриевны2. Я слышал об этом до приезда Н[иколая] Н[иколаевича]; но он мне это подтвердил окончательно. С тех пор, однако же, никто мне не писал, и я на этом остановился.

По милости к нам особенной царя (и единого его за нас) и по усердию Н[иколая] Н[иколаевича], мы мало-помалу снаряжаемся и высылаем к вам отсталых. К маю вышлем остальных и вдобавок юных отпрысков. И здесь, как у вас, бедные оказались в большом численном размножении. Якушкину я передал все подробности по этому предмету. Где же ты теперь ходишь с поникшею головой, как говорит Н[иколай] Н[иколаевич]?

До 12-го декабря ограничивает все твои и всех других похождения. Скажи мне, где ты будешь: в Нижнем ли с Анютой, что видел, что нашёл!3

Но говорят мне, что нога твоя крепко докучает. Тебе нужны не медики столичные, а воздух и солнце, но не русское! Теперь вы все свободны, я же осуждён, видно, на другое - еду, но не к вам, а в свои горы. Дело совести и долга.

Прости на этот раз, обнимаю тебя и желаю тебе, друг мой, возможного здесь счастия - условий в жизни... Жена тебе кланяется - Варя моя, что за девочка! До свидания.

А. Поджио.

*Помета И.И. Пущина: «Пол[учено] 6 апреля».

**Здесь: сновидение (франц.).

ГАРФ. Ф. 1705. Оп. 1. Д. 8. Л. 131-132 об.

1 Датируется по упоминанию о приезде Н.Н. Муравьёва и о намерении выехать на прииск.

2 Фонвизина (рожд. Апухтина) Наталья Дмитриевна (1805-1869), вдова декабриста М.А. Фонвизина, с 22 мая 1857 г. во втором браке с И.И. Пущиным.

3 Замечание о 12 декабря неясно. Анюта - А.И. Пущина, жила в Нижнем Новгороде у М.А. Дороховой, начальницы Нижегородского института благородных девиц. И.И. Пущин навестил её по дороге из Ялуторовска.

23

23. З.С. и Н.Д. Свербеевым*

[Элихта,] 29 марта [1857 г.]1

Право, не знаю, как вас благодарить, мой дорогой Николай Дмитрич, и вас, моя дорогая Зинаида Сергеевна, за заботы и предупредительность, столь постоянно выказываемые! Особенно сейчас, когда я так беспокоюсь о двух существах, последовавших за мной в мои полярные прогулки! Мог ли я предполагать, что буду вынужден поместить их в жалкой лачуге и что найду в столь позднее время столь низкую температуру!

Никогда прежде не думал я оказаться столь высоко поставленным, рядом с царством туч. Представьте себе, мы видели, как одна образовалась над нами и опустилась в виде таких мелких и плотных частиц, что пустынный горизонт закрылся в одно мгновение очень тёмной пеленой, и если бы не солнце, пробивавшееся ещё светлым пятном, я решил бы, что наступает конец света, и воскликнул бы, как Плиний Младший под пеплом Помпеи, что вселенная погибает вместе с нами2.

Зрелище было прекрасное, но какой ветер: Вареньке это даром не прошло, и у неё бывает жар. Я успокоюсь лишь при наступлении хорошей погоды; в остальном всё, кажется, соответствует уединённой жизни, которую я искал.

Я не пишу нашим славным, действительно нахожусь в расположении духа мало эпистолярном. Это придёт, я должен написать Сергею Григорьевичу и Ивану Дмитриевичу. Полученные мной вести о неприятностях, причинённых первому, несказанно меня опечалили3. То, что я предвидел, слишком сбывается.

О, несчастный выбор - Москва; и всё, чтобы подладиться под причудливые желания господина Молчанова. Пишите нам о делах всех, о вашей службе, одним словом, прошу, не упускайте ничего.

Прощайте, и до свидания, и до следующего раза. Преданный вам обоим и вам всем.

А. Поджио.

*Подлинник на франц. яз., имена адресатов на рус. яз.

ГАИО. Ф. 774. Оп. 1. Д. 72. Л. 14-15 об.

1 Год установлен по упоминанию о Д.В. Молчанове и неприятностях, постигших С.Г. Волконского и И.Д. Якушкина в Москве.

2 Плиний Младший (61 или 62 - ок. 114), римский писатель; в его описании извержения Везувия, очевидцем которого он был, есть слова: «Большинство утверждало, что <...> для мира настала последняя ночь» (Письма Плиния Младшего. М.; Л., 1950. С. 182).

3 Декабристам было запрещено без специального разрешения жить в Москве и Петербурге. В феврале 1857 г. по распоряжению Александра II поселившимся в Москве, в том числе И.Д. Якушкину, было приказано выехать, а С.Г. Волконскому (считалось, что он живёт в деревне Зыковой близ Москвы) сделано замечание за появление в обществе. (Декабристы. Летописи. Кн. 3. С. 462-464). Вероятно, Поджио знал только о замечании С.Г. Волконскому.

24

24. С.П. Трубецкому*

[Элихта,] 29 марта [1857 г.]1

Добрейший друг Сергей Петрович!

12-го мы направились на восток, 15-го ворвались в тайгу, а 17-го в 10 ч[асов] вечера прибыли на Елихту! Слава богу! Таёжные кочки, нырки, пропасти преодолены, все недуги переиспытаны. Жена и Варя в особенности очень немогли, а теперь мы начинаем свыкаться с тунгусским солнцем и с нашей лачугой, в которой никак не могу довести ночью теплоту выше 7°!

Пол без наката, везде щели, кошмы, ковры даже не в помощь против ежедневной бурной погоды, и мы ещё не замёрзли, ещё живы, встаём в 5 ч[асов], обедаем в 12-ть, ложимся, т. е. жена с Варей, в 7-м!! Промежутки заняты прислушиванием бесконечной болтовни Вари и некоторыми воспоминаниями, которые не допускаются! Газет, благодаря судьбе, нет, ввоз книг запрещён, а с этим и всякое чтение!

В горах, так в горах, вот почему до выхода из них, т. е. в июле месяце, не ожидайте тех излияний чувств, ни того набора обычных слов, которыми так обильны письма жителей равнин. Сухой отчёт действий по делу, вот чем буду поддерживать два раза в месяц воспоминание о себе.

У нас снег лежит в 5-ть четвертей, и потому вы можете сами определять успех теперешних работ! Я бы калифорнцев сюды заслал только на один апрель. Блестящего до сих пор ничего не ожидаю - внизу разведки не оправдали своих ожиданий, и я отстаиваю предположение, что новая, бьём боковей** и с горы, по которой течёт ключик и который будет разведан.

Поисковая партия действовала до сих пор безуспешно, но 3-го дня неприятель показался в благонадёжном количестве, я усилил преследование, и он окружён. Прошу вас не взыскать за краткость письма; право, что-то не пишется. Дайте мне оттаять, отойти; вы знаете, что без свободы и без солнца я бессловесное животное.

Приветствуйте всех вам и нам близких. Дай бог вам успехов в делах ваших и пишите нам всё. К тому времени спустимся в долины. До свидания, добрый друг и добрые все.

*Помета С.П. Трубецкого: «Отвечал 14 июня».

**Так в подлиннике.

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 64. Л. 33-34 об.

1 Год установлен по упоминанию о первом выезде на прииск.

25

25. С.П. Трубецкому

[Элихта,] 8 майя [1857 г.]1

После извещения добрыми Свербеевыми о болезни вашей, о выезде вашем из Москвы я томился неизвестностью и только сегодня, 8-го мая, с неожиданным появлением почтаря бурята Лекарки я узнал о прибытии вашем в Киев, добрейший друг наш Сергей Петрович!

Итак, вы у Днепра, у детей, у университета, у мест всех и ваших и наших бывших и желаний, и мечтаний! Кажется, известие удовлетворительно - ан нет; письмо ваше к Петру Александровичу описательно, я узнал о мраморной лестнице Каррарской, узнал многое о зданиях и Крещатике и ничего не знаю - о чём и о ком же? Об Александре Сергеевне и Лизавете Сергеевне2 и о  Николае Романовиче - где вы их встретили, где и как свиделись и обнялись ли вы? Где же вы остановились и стабилизировались, как идёт учение или пойдёт оно?..

Вот что шевелит и ум, и сердце. Прошу же вас повторить, хотя и старое для вас, но ещё свежее для меня по новизне. Пожалуйста, хоть совокупно, да составьте письмецо со всеми подробностями о житье-бытье вашем и всего нашего кружка.

Теперь о себе и своих! 48-мидневная буря миновалась, и 3-хдневное солнце настало! Вот как мы считали время со дня нашего сюды приезда. Вы знаете Сибирь, но вы знали её у камина, глядели на неё издали сквозь двойные окна и в свой градусник да ещё в долине,.. посмотрели бы её на горах и когда стёкла одинаковые и стены прозрачные... Это сущий ад, и ад не еврейский с огнём и пламенем, а ад с скрежетанием зубов (я этого не испытал) при морозе и таком ветре, что нужны были крепи божьи, чтоб не снести эти горы!

Как я боялся за своих, но, благодаря бога, с 5-го майя мы ожили с показавшимся солнцем и из-под снежного льда кой-где пробившейся Элихтой! Бедные рабочие, что выстрадали, и как я боялся воспалений! Не тут-то было, с появлением солнца и 5 больных, хотя и маловажных! Так этот переход чувствителен! Мерзлота была страшная, и медленно шли работы; от 3-х до 4-х и 5 чел[овек] на сажень. Теперь ударим на врага, пойдём в кайлы без болт, без клиньев и скоро выследим. Хотя машина, чудно устроенная, и готова будет к 16-му сего месяца, но я прежде 1-х чисел июня не пущу.

Надо запастись песками, и с 15-го числа у меня будет до 20 чел[овек] на турфах. Вы помните смету на 100 чел[овек], а у меня их 138 и 8 неявившихся, да ещё послал нанять 20 чел[овек]. Горе начинающим дело со 100 чел[овеками]! Вы увидите ведомость и усмотрите число разночинцев поторжных! И то же число служителей, и разночинцев, и поторжных падало бы и на 300 чел[овек]!..3 Это не глупость, а преступление! Спросите теперь, какой будет исход делу, скажу: не знаю, на ветер не говорю... увидим.

К 1-му июлю дело обозначится, 15-го выеду; старичок мой Попов добрый, тихий, скромный и усердный человек, и, направивши дело, я буду покоен. На Курге 26 чел[овек] ведут канаву; хочется и там успеть! Там у нас построен амбар на 6 саж[еней] и 2 пекарни! Там у нас 300 копен сена, и если бы ничего лучшего не оказалось, то осенью можно заложить начало делу.

Если вверху шурфа на Елихте, в котором 2 зол[отника] 94 д[оли], окажется и пласт такого содержания, то выследить его будет можно, ибо разрез пойдёт на 45 саженей ниже прошлогоднего, и падение так велико, что если бы нижняя оконечность и наполнилась бы воды, то она нашла бы исток и суживая верхний разрез. Я поднялся 60 саж[еней] вверх старого разреза и дошёл до рубежа где кон* и есть с богатым шурфом в 2 зол[отника] 94 д[оли] и сухое место.

Далее подаваться опасно без нижнего разреза и не сделавши там разведки по случаю притока воды. Вниз спустились в 75 саженей ниже старого разреза - золото оказалось бедное, но турфов до 2-х аршин меньше. Попов полагает, что весь прибой золота в этих двух ямах, оставшихся в старом разрезе, и где страшный навал огромных камней. Порох есть и станет палить по воробьям!..

Как видите, Елихта будет доступна с окончанием работ, и только в феврале окажется эта возможность. Впрочем, с раскрытием верхнего разреза откроется и направление пласта, который по притоку воды всегда был невозможен. Буду пытать до того и русло выше разреза, но гнезда, т. е. впадения Елхана в Елихту, до канавы нечего и шевелить.

Всем вам и мне близким пожмите руку, к чему их называть - вы их знаете, и они меня знают.

*Кон - предел межа.

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 132. Л. 37-38 об.

1 Год установлен по упоминанию о приезде С.П. Трубецкого в Киев.

2 Давыдова Елизавета Сергеевна (1834-1918), средняя дочь С.П. Трубецкого.

3 Служителями называли мастеровых Нерчинского кабинетского округа, так как их труд приравнивался к военной службе; на частных приисках - постоянные рабочие. Поторжные (сиб.) - наёмные рабочие, использовавшиеся на случайной работе (от «торг»). Среднегодовое число рабочих на золотом прииске в Восточной Сибири в 1856-1860-х гг. составляло 136 человек, среднегодовая промывка песка - 2355 пудов, добыча золота - 5 пудов 22 фунта (Хроленок С.Ф. Развитие золотодобывающей промышленности Восточной Сибири и Дальнего Востока (1832-1917): Дис. ... д-ра ист. наук. Новосибирск, 1974. С. 104).

26

26. С.П. Трубецкому

[Элихта, между 22 апреля и 10 мая 1857 г.]1

Я вам говорил, что глубокие снега не дозволили успешно действовать розыскной партии - однако же заявили одну площадь в 6-ти верстах от нас по речке, впадающей в площадь Рукавишникова. Заявка сделана, но мы решили с Анд[реем] Вас[ильевичем] оставить разведку до открытия чего-нибудь лучшего; 22-го числа апреля я послал Кигина за 60 вёрст к морю на речку собственно для нас и Анд[рея] В[асильевича]. Я имел много на неё данных и к 20-му мая ожидаю ответа.

10-го числа выйдут рабочие к морю, и, соединясь с Кигиным, отправятся все к притокам верхней Ангары в числе 39 человек. Сверх того направляю две партии на Витим ниже Цыпы. Вот вам результаты наших последних поисков: на этом и остановился, и я такого мнения, что пускаться не иначе в дело, как в дело несомненного богатства! Увидим; в половине узнаем всё, и в той же половине всё решу окончательно.

Благодарю вас, добрый Сергей Петрович, за доверие. Жаль, что дела наши не соответствуют ему - благодарю за содействие в июле; Саша мне прислал 900 р., и я, как умирающий, до 1-го сентября пробьюсь кое-как. Согласитесь, что есть же способность и глупость, как хотите, чтоб с пудом золота поставить вместо 100 чел[овек] 160 ч[еловек]. Поставить, поднять Кургу отчасти и пустить партии в 60 человек!! А какой будет исход - и выкажет человека.

Вероятно, вас снабжают сибирскими известиями, где, конечно, между которыми самое невероятное, это посольство в Пекин!.. Это не переговоры, а недоговоры будут, и тех не допустят, так они уклончивы2. Не говорю вам ничего о будущих своих планах, так всё ещё темно и неопределённо в моей судьбе! О наших ничего не знаю, сибиряка забыли!

К нам присланы ваши портреты, и мы их увидим только с возвращением в Иркутск. Сначала остановимся у вас - хочу дать простор Варе - верите ли, что ходит как каракатица - так пол переменил её походку! К осени же ничего не знаю - боюсь вашего холоду, а хотелось бы, с позволения вашего, там пожить. Вы получите ведомость и акты, и очень рад вашему распоряжению и окончанию всех дел. Прощайте на этот раз, добрый и неизменный друг наш.

Не говорю о чувстве, а что за привычка к вам... берегите себя, а увидимся ли мы ещё? Почём знать.

ГАРФ. Ф. 1143. Оп. 1. Д. 132. Л. 36-36 об.

1 Датируется по содержанию.

2 В 1857 г. в Пекин был направлен особо уполномоченный от русского правительства граф Е.В. Путятин. В апреле 1857 г. он прибыл в Кяхту с намерением двигаться через Монголию в Китай, но пекинское правительство уклонилось от приёма посла и переговоров до мая 1858 г.

27

27. З.С. и Н.Д. Свербеевым

[Элихта,] 25-29 майя [1857 г.]1

Пропустить таёжную почту - значит обречь себя на месячное молчание, вот почему и несправедливо, быть может, добрый мой Николай Дмитрич и Зинаида Сергеевна, обвиняете нас, право, не ленивцев; к тому же я писал вместе к вам и С[ергею] П[етровичу]; теперь же направил письмо прямо на Киев по некоторым причинам, и вы были на время отсторонены*.

По последним известиям от П[етра] А[лександровича], вам предстоял путь в Питер, предстояло и новое поприще2 - всё это нас крайне занимает, а в особенности положение дорогой Зины3 - дайте же нам словечко одно и другое, но когда-то это будет?

Иркутск жалуется на 5 запоздалых почт, можете вообразить, сколько мы их насчитываем здесь на рубеже вашего мира! Дождь льёт ливнем, и я сижу у окна и высматриваю отца Гавриила, манзурского священника; он, бедный, пробирается к нам для освящения машины и помолиться вместе с нами, отшельниками. Он же должен привести нам и почту.

Священник прибыл, а почты не привёз, и мы занялись христианским делом: помолились, машину окропили святою водою и пустили её на всех парах. Я ускорил 40-а днями дело против прошлогоднего, а какой будет ему исход, увидим. Усилил число работников и лошадей, первых у меня 153, вторых 51, целою третью против сметы! Халаты и сюртуки делаю всегда в обтяжку, но запасы заготовляю, пускаю с запасом, вот почему и могу всё это пропитать!

Работа вся идёт по отряду, беглых ещё ни одного, и дело, конечно, в разгаре, но не в успехе. Сегодня первая промывка! 7-го июля мы спустимся к морю, а 13-го в Иркутске. Не хотелось бы выехать без пуда, а, может быть, придётся отправиться и с фунтиком, так всё шатко и на Елихте, и в Москве!

Давно ли старички ликовали - теперь если и не горюют, то, конечно, не раз обращались к Востоку; благодарю бога, что обстоятельства поставили меня в такое положение, что не подвергся встречному изгнанию4. Первое имело значение, второе ровно никакого; вся эта борьба с полициею не достойна нас, и не понимаю этого упорства отстаивать за собой этот омут!

Москва, Питер и Северный полюс изглажены на моей географической карте. Бедный Волконский служит исключением5; надобно же, чтобы этот сумасшедший был даже при смерти помехою для всех. Скажу, не греша, скорей бы ему конец! А то, пожалуй, он и старуху6, и бедную Неллю сведёт с ума.

Едва проводили священника, как приехал и почтарь, а за ним и отводчик, и вот нас и завалили письмами. Ваше от 30 марта уже тут! Спасибо вам за отчётливое подробное донесение; вы мне этим доказали свою неизменяемую дружбу - вы знаете, как малейшая вещь для нас важна. Теперь рисую себе вашу будущность в чертах ясных и определённых. Всё ладно, лишь бы бог дал нашей дорогой З[инаиде] С[ергеевне] счастливого разрешения! Может быть, порадуемся вести и на Елихте. Пишите, пожалуйста.

Я же завален перепискою по делам и беспрестанно на работах - времени мало для дряхлого старика. В Иркутске распишусь, лишь бы добраться до него. Что с Пущиным? Что со всеми нашими? Всем, всем мои приветствия. Господь с вами на новоселье и на новом поприще.

Простите, добрые мои, и малютку расцелуйте. Преданный вам А. Поджио.

*Так в подлиннике.

ГАИО. Ф. 774. Оп. 1. Д. 72. Л. 20-21 об.

1 Год устанавливается по упоминанию о Д.В. Молчанове.

2 Н.Д. Свербеев искал место для службы в Европейской России.

3 13 апреля 1857 г. родился Сергей Свербеев.

4 Разочарование вернувшихся из Сибири после амнистии декабристов было вызвано тем, что они остались под надзором полиции, на перемену места жительства требовалось разрешение, материальное положение некоторых ухудшалось, так как состояние перешло к наследникам, а пособие от казны прекратилось. «Встречное изгнание» - высылка И.Д. Якушкина из Москвы.

5 С.Г. Волконскому было разрешено бывать в Москве в связи с тяжёлым состоянием душевнобольного зятя.

6 М.Н. Волконская.

28

28. Н.Д. Свербееву

[Иркутск,] 4 августа [1857 г.]1

Как отвечать вам, добрейший Николай Дмитр[иевич], на все ваши письма, на все дружеские ваши приветы, и всё это должен я заключить в каких-то сжатых словах и при каком-то условном числе страниц. Не люблю я этого способа общения с друзьями; то ли дело повидаться, побеседовать и вдоволь и насмотреться, и наслушаться. А есть и было бы об чём поболтать, но, видно, мне придётся ещё долго помолчать здесь наедине после выезда всех мне близких.

Около месяца, как мы возвратились и улеглись под нашим кровом. Парадная передняя обращена в спальню, бильярдная в кабинет и в столовую, а гостиная осталась гостиной для бегающей Вари. Вот и всё помещение. Даль страшная от всего, но два дня искал квартиры и решился остаться. Вот почему нет охотников на покупку, ни даже и наём дома!.. Трудно будет сбыть дом и за какую вы думаете цену! - не свыше 6000 р.!! Как бы то ни было, а надо продать - из тех же 6000 были бы хоть проценты! Но прежде всего нужно выслать уполномочия на продажу, если это возможно. В теперешнем положении никто и не вызывается.

Дело на Елихте приняло хороший оборот, встретившийся перевал повёл к лучшему, т. е. к открытию пласта, который направился неожиданно к руслу там, где его и не ожидали и где никто и не бил шурфов. По 17-е число был 1 пуд, и есть надежда на хорошее дело. Мы выходим из загадочного положения и уже не пойдём ощупью. Сентябрь назначен на разведку площади, простирающейся по руслу сухому на 40 саженей ширины и саженью менее турфов. До сих пор мы шли по берегу. Всё брошу, а Елихты не брошу.

Известий о дальних поисках ещё нет - пять партий, разбросанных по вершинам Ангары, Витима, не подали ещё голоса. Не довольствуясь этим, на днях отправил партию на Енисей!! Вот вам тёмный очерк действий, которым не предвижу и конца. Мы выехали здравы и невредимы - Варя была чудно крепка во всё время; я сам исцелился, и жена пополнела. Конечно, если доживу до весны, то опять в горы. Живём здесь так уединённо, что едва кого видим, а потому и не требуйте вестей туземных.

Теперь о вас, друзья мои, мне было передали, якобы вам дана московская контора - но я и не мог даже порадоваться, так мало совпадало это известие с содержанием ваших писем. Кончилось тем, что вы попали в ревизоры, а что будет далее?2 По всему предвижу, однако же, успех, несмотря на медленность в назначении. Очень рад, что вы решились отпустить Зинаиду Сергеевну к берегам Днепра!3 Всякая радость так ценна в годы нашего доброго старика. По письмам видно, что Н[иколай] Р[оманович] остаётся в Киеве - дал бы бог, а то, признаюсь, все эти переезды, перемещения так разорительны и так пагубны для Вани!

Пишите нам, друзья мои; письма ваши полны жизни, полны тем, чего не нахожу вокруг, и вас. Много и грустного во всех очерках ваших жизни общественной! Всё, что вы мне писали о Тург[еневе], так глупо и невероятно, что, право, я это всё приписываю припадкам безумия, посещающим часто нас в дряхлости лет4. Нет ли тут чего геморроидального или размягчения мозговицы? Прощайте, добрые друзья, дай бог вам всего лучшего и в особенности сохранить благополучно Серёжу. Поцелуйте его за меня.

Преданный вам А. Поджио.

ГАИО. Ф. 774. Оп. 1. Д. 72. Л. 18-19 об.

1 Год установлен по упоминанию о первом возвращении семьи с прииска.

2 Н.Д. Свербеев был принят в Министерство государственных имуществ по Московской конторе, служба его была связана с инспекционными поездками.

3 З.С. Свербеева уехала в Киев в июле 1857 г. (Декабристы. Летописи. Кн. 3. С. 471).

4 Тургенев Николай Иванович (1789-1871), один из создателей и руководителей Северного общества, с 1824 г. за границей, в 1826 г. заочно осуждён по I разряду, в 1847 г. опубликовал книгу «La Russie et les Russes» («Россия и русские»), в которой отрицал своё участие в обществе и заявлял, что в движении участвовала легкомысленная молодёжь.

30 июня 1856 г. подал прошение на имя царя и получил разрешение вернуться в Россию. 11 мая 1857 г. вернулся в Петербург, указом от 15 мая ему возвращены все права по происхождению (кроме имущественных) и, в отличие от остальных декабристов, чины и ордена. В мае 1857 г. побывал в Москве, где жил Н.Д. Свербеев, с которым он был в родстве.

29

29. С.Г. Волконскому*

[Иркутск, 18 августа 1857 г.]1

Итак, мы возвратились и с 1 числа сего месяца обосновались в доме Трубецкого, а сегодня уже 18, и я вам ещё не писал, мой добрый и уважаемый друг. Обратите внимание на каллиграфию, которая единственно для вас, чтобы вы получали столько же удовольствия, сколько проявляете интереса к чтению моих писем.

По приезде сюда я узнал подробно об испытаниях, которым богу было угодно вас всех подвергнуть, вас, уже столь старого и дряхлого, и достойную нашу Нелли, такую молодую и уже страдающую, и Мишеля, оправившегося от тяжёлой болезни! Разворачивается целая драма, и развязка её, к несчастью, затягивается!2 <...>** вследствие стольких новостей, я более не знаю, где вас найти! То вы срочно покидаете Москву, то вы остаётесь, то отправляетесь за границу3; итак, всё, что я могу сделать, это пожелать вам из всех уделов тот, что вам более подходит.

Конечно, последний привлекательнее всего, но как это осуществить со всем тем, что имеете на сердце, и как добрая Мария Николаевна*** сможет добраться до солнечной Италии с тем отчаянием, которое этот человек заронил в её душу. Прошу вас, скажите ей, поскольку она придаёт этому такое значение, что Лариса всегда понимает её в молитвах, но к её молитвам надо ещё присоединить и собственные и показать себя более рассудительной. Зачем же так мучиться, так терзаться из-за того, что обманулась в выборе человека, как будто мать могла бы желать зла! Дайте волю боли и даже горю, но для угрызения совести я не вижу <...>**, тем более для матери!

Но что выше моего понимания, это идея влачиться с ядром на ногах, которую вы собираетесь сделать столь <...>**. Добро бы это предполагаемое путешествие могло ему послужить на пользу, но напрасно таскать полумёртвое тело - что вы за слуга у безумца! Но в таком случае да поддержит вас господь бог в этих более чем горестных испытаниях.

Вы меня бесконечно обязываете письмами вашими, которые умеете делать столь интересными. Как люблю я видеть кипение чернил под вашим огненным пером, и до чего же я люблю смотреть, как вы безжалостно бичуете наших современников! Тысячи, тысячи благодарностей за то, что не согласились на свидание с награждённым стариком - пусть каждому позволено менять мнения, как сапоги, но отказываться от факта, от признанного прошлого - это уже фальшивить; ложь, и ложь из-за условностей - это трусливо и бессмысленно4. Впрочем, я полагаю, что подагра, геморрой и вообще дряхлость в большей степени в этом повинны.

Меня бесконечно угнетает сознание того, что вас травят, как диких зверей - до такой степени развилось общественное мнение. Впрочем, я удостоверяю, что не строил себе иллюзий, поэтому ничего не побуждает меня выйти из берлоги моей, и я не могу ещё решиться. Дела мои, сколь бы важны они ни были, в этом мало повинны. Елихта не оправдала ожиданий - я напал на перевал, пласт ударился в сторону, и, кажется, на будущий год надо будет сразиться с руслом, где золото и залегло****.

Не имею ещё вестей об исходе наших экспедиций, правда, весьма дальних. Я желал извлечь пользу из вашей доверенности, но это невозможно сделать, не упоминая условий, относящихся к капиталу. Скажите, прошу вас, Маше, что в декабре я ей пришлю все деньги. Моя жена передаёт вам, а также всем вашим, знаки искренней дружбы. Примите же их и от меня и позвольте вас обнять, мой добрый и уважаемый друг.

А. Поджио.

*Подлинник на франц. яз. Помета С.Г. Волконского: «Ответил 7 ноября».

**Одно слово неразб.

***«Мария Николаевна» по-русски.

****Фраза по-русски.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 6-7 об.

1 Датируется по упоминанию о возвращении в Иркутск и о Д.В. Молчанове.

2 «Драма» - болезнь Д.В. Молчанова.

3 В марте 1857 г. С.Г. Волконский просил разрешения посетить сестру в Петербурге, но получил отказ. Тогда же М.Н. Волконская и Е.С. Молчанова намеревались ехать за границу (ГА РФ. Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 61. Ч. 55. Л. 157-160).

4 Речь идёт о Н.И. Тургеневе.

30

30. С.Г. Волконскому*

[Иркутск, август-сентябрь 1857 г.]1

Едва le Sarmate2 уехал, как я получил ваше письмо, мой дорогой и уважаемый друг, письмо из мёртвого города!3 Имея грустные предчувствия, я был крайне удивлён; слава богу, вы не были подвергнуты новым страданиям! У вас достаточно их и здесь и надолго, насколько я знаю. Раз уж сумасшествие признано, раз болезнь удостоверена, разумно ли, скажите, великодушно ли, не жестоко ли даже лишать человека всех забот, которые расточают этого рода больным в заведениях, для этой цели созданных. Может ли их заменить супружеская и материнская нежность, и надо ли игнорировать всё, что наука имеет на этот предмет!

Предупреждать желания сумасшедшего, опережать его побуждения - это давать пищу его маниакальной склонности, это далеко не то - нужна воля твёрдая, часто жестокая, которая подчиняет себе даже слабые поползновения животного. Найдите у вас больницу со всеми принадлежностями, я это пойму, но держать его так пригвождённым - не варварство ли, в самом деле? Перевезите его в сумасшедший дом, и там у него будет воздух, он будет гулять и нюхать табак. Я не понимаю бедную Нелли, так себя мучающую из-за его болезни. Не экономьте, заплатите 1000, 2000 [рублей], но поместите его туда, где наука делает больше, чем вся возможная нежность, для этих блаженных!

Я <...>** вопреки своему желанию, потому что вижу, что вы все отклоняетесь от правильного пути, и нет никого, вооружённого мужеством, чтобы с вами об этом поговорить. Одним словом, каким бы священным ни был долг, который налагают на себя, нужно ещё, чтобы этот долг соответствовал всему, что мы имеем в себе рассудительного и человечного! Но последнее слово - то, что вас всех очень и очень жаль, и страдать вам приходится без оснований. Да будете вы, делая этот грустный выбор, исполнены всем тем мужеством, которого требуют оба случая.

Большое спасибо за подробности, которые вы мне передаёте, о городе барабанов, бой которых засел в моей душе4, но я не люблю, когда вы мне говорите об этих камнях, об этих монументах, ничего не имеющих монументального, и которые сгинут также быстро, как и созидатели, их воздвигшие! Рассказывайте мне более о людях, расскажите мне, как их сгоняют в кучу, преследуют! А вы, добрые мои друзья, надо ли, чтобы в вашем возрасте вы подвергались стольким унижениям! А ещё осмеливаются говорить, что общественное мнение продвинулось вперёд!

Но что же у вас называют общественным мнением? Разве это не мужество - сказать в полный голос: «Да, мы были малоопытны, плохо вооружены, но мы славно сражались»5. Разве это не оно, чтобы сказать, что нас обворовывают, грабят, нами управляют чудовищным образом, и чтобы переделать всё это, не надо более пользоваться телегой, но вагонами, что рабство антиобщественно, противно христианской религии, но что же?

Об этом поговорим потом, а пока надо, чтобы 6000 баронов ехали в Париж восторгаться коронованным подлецом на глиняных ногах, с руками, испачканными лучшей нашей кровью!..6 Низость и убожество, чтобы не сказать, как вы сказали однажды, великодушие. Хоть я никогда не создавал себе иллюзий, но письма ваши разрушили те немногие, что я имел.

Меня ещё утешает то, что правительство, как я считаю, готово сделать первый шаг и двигаться вперёд, если бы не эта титулованная челядь, которая считает себя аристократами, обязанными быть в оппозиции. Я знаю, что в[еликий] к[нязь] Константин возглавляет комитет освобождения, а нужно ли другое доказательство намерения, которое его одушевляет!7 Ну, признаем, что мы их не стоим!

Теперь, когда вы у нас остаётесь, я надеюсь, что вы будете мне писать чаще, чем вы писали это время; пусть у вас будет более досуга и спокойствия. Надо ощутить всё могущество семейного счастья, чтобы переносить одиночество, подобное тому, в которое поверг ваш отъезд ваших друзей. Я готов переписываться даже с Завалишиным. Бедняга, обременённый Филансетой и своей свояченицей8 и ревматической болью в голове, не решился бы двинуться, не располагая двумя сезонами, чтобы добраться до вас.

Все мы отдаём дань времени, а я исключительно. На россыпи я поздоровел - три нарыва один за другим полностью очистили меня от болезни, а теперь, когда холода заявляют о себе, я начинаю ощущать их последствия***. А надо бы ещё годик, другой, как-нибудь да пробиться между жизнью и смертью.

Прощайте, дорогой друг. Мише ни слова: он меня забыл; может быть, и поделом.

*Подлинник на франц. яз. Помета С.Г. Волконского: «Ответил 13-го ноября».

**Одно слово неразб.

***Далее по-русски.

ИРЛИ. Ф. 57. Оп. 1. Д. 228. Л. 8-10 об., 12-14.

1 Датируется по содержанию.

2 Сармат - лицо неустановленное. С.Г. Волконский в «Записках» называет так поляков.

3 Речь идёт о Петербурге. 23 июля 1857 г. С.Г. Волконский получил разрешение на поездку туда для свидания с больной сестрой и пробыл в столице неделю (ГА РФ. Ф. 109. I эксп., 1826. Д. 61. Ч. 55. Л. 175-182).

4 А.В. Поджио вспоминает об экзекуции над декабристами.

5 Имеется в виду Крымская война.

6 Вероятно, написано о совещании европейских стран в марте 1857 г. по урегулированию конфликта между Пруссией и Швейцарией. «Коронованный подлец» - Наполеон III.

7 Константин Николаевич (1827-1892), великий князь, представитель либеральной бюрократии, один из ведущих деятелей реформ, 31 июля 1857 г. был введён в состав Секретного комитета по крестьянскому вопросу. В записке Н.А. Милютина от 18 октября 1856 г. к великой княгине Елене Павловне предлагалось сделать великого князя Константина руководителем комитета. Об этих планах А.В. Поджио мог знать от Н.Н. Муравьёва.

8 После смерти жены Д.И. Завалишина на его попечении оставались тёща, Фелицата Осиповна, и свояченицы Глафира Семёновна и Руфина Семёновна Смольяниновы.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста Александра Викторовича Поджио.