© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists»

User info

Welcome, Guest! Please login or register.

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабристов из Сибири.

Письма декабристов из Сибири.

Page: 1 2 3 4 5  

Posts 1 to 10 of 41

1

Письма декабристов из Собири

Помещая письма, показания, завещания декабристов, составляющие часть богатой коллекции, собранной Б. Кубаловым, редакционная комиссия руководилась, прежде всего, желанием дать читателю новый, неопубликованным материал, освещающий некоторые моменты пребывания декабристов в Восточной Сибири. С другой стороны, комиссия руководствовалась желанием поместить, несмотря на сравнительно небольшое значение, и письма таких декабристов, как батья. Борисовы, Краснокутский, памятуя, что о жизни этих декабристов в Сибири сохранилось мало архивных данных, и почти не сохранилось писем.

Письма Ф.Ф. Вадковского, относящиеся к 1840-1842 гг., являются необходимым и своевременным дополнением к изданным письмам его в сборнике «Декабристы» О-ва Политкаторжан в статье Сиверса: «Декабрист Вадковский в его письмах к Оболенскому».

Письмо члена тайного общества военных друзей К. Игельстрома к А. Крюкову, вскрывающее безотрадное и бесправное положение декабриста-поселенца в сибирской глуши, по богатству заключающегося в нём материала должно найти место в сборнике и стать известным массовому читателю (Помещено оно было Чагиным в газете «Свободный Край» 1918 г., № 96).

Большой интерес представляют письма надломленного ссылкой члена тайного общества соединённых славян Аполлона Веденяпина. Они вскрывают не только душевную драму, переживаемую декабристом, но дают немало богатого бытового материала. Бытовой материал даёт и письмо Колесникова - члена Оренбургского тайного общества.

Ценны публикуемые впервые и письма Шимкова, а также Громницкого с генерал-губернаторскими на них пометками.

Помещая указанный материал, редакционная комиссия, по техническим соображениям не придерживается орфографии подлинников, «Письма» печатаются под редакцией Б.Г. Кубалова, ему же принадлежат и примечания.

Редакционная Комиссия.

№ 1

Ваше Превосходительство!

Сделайте милость, дозвольте г-ну Вольфу приехать в Бельск, чтобы подать помощь меньшому моему ребенку которого я был вынужден вывезть из Иркутска больного с опухшею ногою и которого дорогой простудили, теперь у него свело ногу, и он может навечно остаться калекою. В надежде, что это само собою пройдет, я медлил сколько возможно, чтобы не беспокоить Ваше П-ство, но как положение больного сделалось хуже, то решился, наконец, утруждать Вас. Я не прошу Вас прислать другого доктора: Вам известно самим, что в самом Иркутске предпочитают Г-на Вольфа прочим, и доверяют более его искусству. Я надеюсь, что Ваше П-ство не оставите без внимания столь важную для меня просьбу1.

С глубочайшим почтением, имею честь быть Вашего П-ства

покорный слуга И. Анненков.

18-го февраля 1837 года.

Бельск.

2

№ 2

Ваше Превосходительство!

Господин испр. должность Земского исправника не сообщил еще по сие время никаких письменных относительно меня распоряжений в Бельск, а в приезд свой приказал областному правлению предписанием объявить нам, что если мы отлучимся без особенного дозволения начальства, то будем судимы как за побег. Словесно же велел старшине осматривать ежедневно мой дом и не выпускать нас из селения.

Подобное распоряжение внушило мне необходимость объяснить Вашему П-ству следующее: я высоко ценю милость Государя Императора, которому угодно было освободить меня на поселение и, следовательно, по одному тому уже для меня всегда чужда будет мысль о побеге. Прибавьте к этому, что я имею жену и детей, и тогда Вы верно убедитесь, что несообразность, к которой предполагают меня способным и за которую меня, непомышлявшего еще о преступлении, угрожают уже предать суду, может быть свойственна одному только безумцу, лишившемуся вовсе рассудка. Не отлучаться же за черту селения, как требует этого Г-н исправник, и испрашивать на каждый раз особенное дозволение начальства, невозможно по медленности сношений.

Не имев еще своего хозяйства, я должен изыскивать средства, пополнять в окрестностях то, чего нельзя достать на месте и заботиться также о дешевой закупке припасов. В Бельске не существует базара, и потому выезд в- соседние деревни необходим для закупки местных припасов, сена, дров и тому подобного.

Я покорнейше прошу Ваше П-ство сделать Ваше распоряжение, которое ясно определяло мое положение на поселении и дозволить мне сверх сего выезд по волости, в которой я нахожусь, для покупки необходимых припасов для пропитания моего семейства2.

С должным почтением к особе Вашей имею честь быть Вашего П-ства,

покорнейший слуга Анненков.

Бельск. 1837 года.

Мая 27-го дня

1 Генерал-губернатор Броневский нашёл неудобным удовлетворить эту просьбу, а предложил командировать в Бельское кого-либо из иркутских медиков и за счёт Анненкова. Ц.А.В.С., связка 12, опись № 283, л. 189.

2 Разрешение было дано. Ц.А.В.С., св. 11, оп. № 275, л. 67.

3

№ 3

Ваше Высокопревосходительство.

Надеясь на милостивое снисхождение Ваше, мы осмеливаемся прибегнуть к Вам с покорнейшею нашею просьбою. Видя из всех положений, издаваемых относительно государственных преступников, что великодушие Государя Императора имеет целью доставить нам жизнь трудолюбивую, полезную и чуждую нищеты, что доказывает и самое пособие, нам определенное от его щедрот, мы желаем вполне оправдать это великодушное о нас смотрение. Согласно с этим мы стараемся обеспечить для себя кусок хлеба своими трудами обращая их на разные хозяйственные заведения, как-то: на земледелие, скотоводство и тому подобное.

До сих пор мы были отчасти стеснены в нашем хозяйстве запрещением выезжать из города далее пашни и покосов, от чего неоднократно терпели убытки, потому что должны были поручать покупку скота и других хозяйственных вещей людям не всегда верным. Теперь же, едва мы были обрадованы и от души благодарили Ваше В-ство за милостивое испрошение выезжать нам до границы своих волостей, вследствие чего и просился я выехать в Кайбальские кочевья, как прилежащие к Шушинскои волости, в об’еме которой лежит и самый город Минусинск, как нам об явили решение Вашего В-ства не выезжать нам далее городской черты. В городской же черте находятся одни пашни и покосы, куда мы и прежде выезжать имели дозволение.

Итак, уверенные, что вы не захотите лишать нас права, которое вы сами исходатайствовали всем другим нашим товарищам, и также не захотите остановить нас в хозяйственной деятельности нашей, необходимой для нашего пропитания, ибо закупка и продажа скота и земных произведении зависит от возможности выезжать по деревням, мы прибегаем к милостивой снисходительности Вашего В-ства и осмеливаемся просить Вас и нам оказать ту же милость и испросить для нас право выезжать до границы Шушинской волости, в объеме которой находится город Минусинск, где мы водворены для жительства.

Вы этим окажете нам милость, которую мы будем уметь ценить и чувствовать в глубине сердца3.

С глубочайшим уважением и совершенною преданностью имею честь быть Вашего В-ства покорный слуга П. Беляев.

4

№ 4

Ваше Превосходительство.

Положив себе за правило никогда не беспокоить начальство по каким либо маловажным причинам, мы до сих пор сохраняли его со всею точностью. И теперь я решился утруждать Вас моею просьбою только потому; что без этого мы должны быть очень стеснены в средствах нашего прокормления, которые облегчены всем нам великодушием государя императора, Вашему П-ству известно что всем товарищам нашим разрешено выезжать по тем волостям, в которых они водворены, но как о проживающих в городах не было ничего упомянуто, то сначала и вышло на этот счет затруднение. Вследствие этого мы просим письмом Г-на Генерал-Губернатора не лишить и нас права, данного всем другим нашим товарищам и получить разрешение выезжать по волостям, в объеме которых находится город Минусинск, и еще сказано - до их границ - разумеется, по моему просительному письму не ближнюю, которая есть то же, что городская черта, в которой находятся одни пашни и покосы, куда прежде мы выезжать имели право, но дальнюю.

Но от Вашего П-ства была объявлена нам бумага, которой, вопреки нашей просьбе, разрешения Вашего мы не получили. Если это, как я и уверен, произошло ни от чего другого, как от недоразумения, то мы осмеливаемся покорнейше просить Ваше П-ство пояснить это новым представлением к г. Генерал Губернатору, который на личную просьбу нашу выезжать по крайним надобностям нашим и в другие волости, прилежащие к городу, изволил словесно подтвердить, что он и разумел в своем разрешении волости, прилежащие к городу.

Поверьте, Ваше П-ство, что в наших выездах нет ни малейшего желания рассеиваться, но полная и совершенная необходимость доставлять себе пропитание, которое сладко, когда зависит от наших трудов и нашей заботливости и весьма горько, когда зависит от других. Итак, уверенный, что Ваше П-ство будете снисходительны и войдете в наше положение, я еще раз осмеливаюсь повторить мою просьбу не лишить нас права, данного всем нашим товарищам.

Вот уже пять месяцев, как мы терпим урон от этого неразрешения выехать куда нужно по нашему хозяйству4. С глубочайшим уважением и совершенною преданностью, имею честь быть Вашего П-ства покорный слуга А. Беляев.

1836 г. Сентября 29.

3 Ц.А.В.С., св. 11, оп. № 275, л. 38.

4 Там же, л. 51.

5

№ 5

Ваше Высокопревосходительство,

Милостивый Государь,

Вильгельм Яковлевич!5

Поселенные здесь в заштатном городе Селенгинске, в котором торговля упала совершенно, мы лишены почти способов к приобретению покупкою или другим каким-либо образом самых необходимых вещей к нашему существованию. Не успев еще обзавестись хозяйством по! примеру прочих жителей, которые добывают собственными трудами вещи первой потребности и покупают остальное в городе Удинске и Кяхте, мы, не имея возможности отлучаться от места своего поселения, должны чрезвычайною ценою покупать хлеб, сено и прочие запасы, возвысившиеся еще более от покупок здесь в Забайкальском крае хлеба для Иркутска, тогда как возможность съездить подалее дала бы способ купить все это дешевле. О других вещах, необходимых и быту житейском, по сей же причине и думать невозможно. Представляя на вид Вашего В-ства эти обстоятельства, осмеливаемся покорнейше просить о разрешении нам позволения ездить в города Верхне-Удинск и Кяхту и Петровский завод для заказа многих вещей, необходимых для устройства преднамереваемого нашего обзаведения и некоторых нужных при хозяйстве машин.

Полагая надежду на милостивое внимание Вашего В-ства к нашей просьбе, осмеливаемся прибавить, что при всем желании обзавестись, или быть полезным и дельным членом общества, стеснения, которым мы подвержены, поставляют тому неодолимую преграду. С истинным высокопочитанием и совершенной преданностью имеем честь быть Вашего В-ства, Милостивого Государя, покорнейшими слугами

Г. Селенгинск. Февраля 20 дня, 1840. Н. Бестужев. М. Бестужев.

5 Генерал-губернатор Восточной Сибири Руперт с 1837 по 1847 год.

6

№ 6

Ваше Высокопревосходительство,

Милостивый Государь

Михаил Семенович!6

Вам не безызвестно, что во все время нашей поселенческой жизни, ни покойный брат мой, ни я, не обращались к Правительству с просьбой о вспомоществовании. Посильными трудами мы вознаграждали недостаток. Даже со смертию брата, с отъездом из Сибири сестер моих, с летами, пришедшими в сопровождении недугов, обычных старости, я остался один с семейством и с ничтожными средствами существования и, борясь, с надеждою молчал. Но старшая моя сестра, сочувствующая моему положению, изыскивая все средства к помощи, без моего ведома обратилась с просьбою к Правительству и, полагая, что мне будет легче переносить нужду при совместном жительстве в Москве, просила исходатайствовать годовое вспомоществование на моем новом месте жительства.

Генерал-Адъютант его императорского величества князь Долгоруков уведомил ее, что государь император высочайше повелеть соизволил производить мне годовое пособие от казны по 114 р. 28 к. и, что это пособие, может быть выдаваемо мне до выбытия из Сибири. По сообщении Вашему В-ству этой резолюции, отношением князя Долгорукова от 3 апреля 1862 года, Вы предписали Областному Правлению Забайкальской Области отпускать мне эту суммы каждогодно.

На повторенную просьбу сестры к тому же лицу, где, представив как недостаточна назначенная сумма для существования в столице, она просила по крайней мере удвоить ее. Князь Долгоруков собственноручным письмом от 4 июня 1862 г. уведомил ее, «что удвоенное содержание, о коем Вы изволите упоминать, Высочайше разрешено производить только тем лицам, которые остаются в Восточной Сибири, высший же оклад, определенный возвращающимся оттуда, составляет 114 рублей 2 копеек».

На основании этого отзыва, я решаюсь обратиться к Вашему В-ству с моей покорнейшею просьбою, удвоить мой теперешний годовой оклад, как был удвоен годовой оклад Горбачевского предместником Вашим Николаем Николаевичем Графом Муравьевым-Амурским, что поможет мне, хотя отчасти, справиться с долгами и несколько облегчить предполагаемый мною отъезд из Сибири. При этом случае осмеливаюсь представить на вид Вашему В-ству, что со дня разрешения Вашего по сие число, из всей следующей мне суммы, я не получил и половины. Замедлением от трети до трети высылки денег Областным Правлением Забайкальской Области накопилось более двадцати месяцев, за которые я не получал ничего.

И потому я прошу Ваше В-ство войти в мое положение и приказать кому следует пополнить недосланную сумму.

В надежде милостивой резолюции, с истинным почтением и совершенной преданностью честь имею быть Вашего В-ства покорнейший слуга

Михаил Бестужев.

Апреля, 19 дня, 1866 года.

6 Генерал-губернатор Восточной Сибири Корсаков с 1861 1870 г.

7

№ 7

Ваше Высокопревосходительство,

Милостивый Государь,

Михаил Семенович!

На письмо мое, которым я имел честь обращаться к Вашему В-ству с покорнейшею моею просьбою, я не имел счастия получить ответа, даже путем оффициального уведомления. В недоумении, чему приписать это молчание, я невольно пришел к заключению, что неясность изложения моей просьбы была этому причиною, в чем я еще более удостоверился, получив от 8 июня этого года от Его П-ства Николая Петровича Дитмара7 уведомление: «Что денежное вспомоществование попрежнему будет мне производиться с 1866 года по получении ассигнования на это денежных сумм».

Очевидно, смысл уведомления был успокоительный касательно прежнего от казны вспомоществования, как будто бы я мог беспокоиться или сомневаться, что у меня будет отнято, дарованное по высочайшей воле монарха, тогда как сущность моей просьбы к Вашему В-ству, была та, чтобы вспомоществование, дарованное царем и наполовину удержанное чиновниками Областного Правления, было мне возвращено.

Чтобы положить конец подобным недоразумениям, я без замедления послал к Военному Губернатору Забайкальской Области подробную выписку из приходных книг Словесного и Земского Суда о количестве сумм вспомоществования, полученных в разное время на мое имя, с покорнейшею просьбою доставить недосланную по этим выпискам сумму с первого присвоенного казенного вспомоществования. В ответ на мое письмо, мне прислали 38 р. 34 1/2 к. денег на первую треть 1866 года, не упомянув ничего: когда я могу получить мои деньги, удержанные Областным Правлением. Между тем это ставит меня в самое затруднительное положение.

Из моего к Вам письма, Ваше В-ство, могли усмотреть, что только недуги и крайняя нужда заставили меня обратиться к Вам с просьбою об увеличении казенного вспомоществования, соразмерно тому, как эта милость была оказана И.И. Горбачевскому Вашим предместником Графом Амурским, милостью которого он пользуется до сего времени и, что эта незначительная прибавка к годовому вспомоществованию, мною получаемому, облегчила бы мне средства уплатить долги, препятствующие моему выезду из Сибири.

Но ежели эта моя просьба, не возбудив Вашего участия к тяжкому моему положению, была отвергнута Вами, то по крайней мере я в праве надеяться, что Вы, как правдивый начальник вверенного Вам края, не откажете сделать распоряжение, чтобы мне было возвращено следуемое по закону8.

В ожидании милостивой резолюции, с чувством глубокого уважения и преданности честь имею быть Вашего В-ства покорнейший слуга

Михаил Бестужев.

Селенгинск. 1866 года, сентября 30 дня.

7 Дитмар - военный губернатор Забайкальской области.

8 Ходатайство было удовлетворено.

8

№ 8

Ваше Высокопревосходительство,

Милостивый Государь!

Будучи уверен, что каждая справедливая просьба, несмотря на лицо и здание просителя, найдет всегда в особе Вашего В-ства великодушного ходатая, осмеливаюсь просить Вас о перемещении моем, вместе с моим братом, из селения Подлопаточной в окрестности города Иркутска; не смею делать выбора между известными мне селениями и буду доволен тем, которое заблагорассудится назначить высшему Начальству.

Ни желание перемены мест и ни другие какие-либо отношения, побуждают меня беспокоить Ваше В-ство таковою просьбою; но расстройство слабого моего здоровья, отдаленность теперешнего места моего поселения от необходимых для меня врачебных пособий и совершенная невозможность найти здесь другие способы к своему пропитанию, кроме земледелия, которым я не могу заняться с успехом, потому что не имею ни навыка, ни силы, ни достаточного капитала для расходов, требуемых основными обзаведениями хозяйственного быта и, которое по здешнему климату, есть промышленность самая неблагодарная, едва вознаграждающая земледельца за все его труды и старания.

Перевод мой, о котором прошу Ваше В-ство, выведет меня из затруднительного и тягостного моего положения. Находясь поблизости города значительно населенного, я надеюсь, в виду Высшего Начальства и с его одобрения, по мере своих сил и знания, приискать средства для своего содержания, а в случае болезни получить скорее пособие врача.

Вот настоящие причины, побудившие меня утруждать Ваше В-сгво моею просьбою, о переводе на ту сторону Байкала в окрестности губернского города; о чем я осмеливаюсь просить и Его Сиятельство Графа Бенкендорфа, но вместе с тем, прошу так же ходатайства вашего п-ства, как прямого моего начальника, которому известна основательность представленных мною причин, она послужит мне несомненным ручательством, что просьба моя не будет оставлена без внимания Его Сиятельством.

С истинным уважением честь имею быть, Милостивый Государь, Вашего В-ства покорнейший слуга Андрей Борисов.

1841 года. Марта 18 дня. С. Подлопаточное.

9

№ 9

Ваше Высокопревосходительство,

Милостивый Государь!

Стесненное положение заставляет меня обеспокоить вас просьбою о переводе моем вместе с моим братом из Верхне-Удинского округа на ту сторону Байкала, в какое-нибудь из селений, лежащих по близости города Иркутска, а уверенность в доброте сердца вашего и в снисхождении вашем к каждому просителю, дает мне смелость.

Вашему В-ству не безызвестно, что теперешнее место моего поселения удалено на значительное расстояние от города, почему я не могу пользоваться медицинскими пособиями, которые по расстроенному моему здоровию часто бывают для меня необходимы; кроме того, не имея состояния, я должен снискать пропитание трудами, занимаясь земледелием, единственной промышленностью здешних поселян; но в здешнем крае земледелие от непостоянности и суровости климата, сухой и песчаной почвы, едва окупает труд и время работы; здесь оно требует более, чем где либо в другом месте, навыка и значительного капитала на основные расходы, я же не имею ни того, ни другого.

Слабое и расстроенное здоровье делает меня совершенно неспособным к трудным и тяжелым работам хлебопашца и лишает возможности заняться таковым родом промышленности с успехом и пользою; а недостаток препятствует употребить к тому поденщиков. Вот сущность причин, побудивших меня просить Ваше В-ство о моем переводе под Иркутск. Соседство многолюдного города доставит мне средства обеспечить способы моего существования такими занятиями, к которым я имею некоторый навык и способность; оно также дает возможность пользоваться без затруднения врачебными пособиями.

Я не ропщу нимало на судьбу мою; но желаю даже и в теперешнем моем положении, перед глазами высшего начальства, содержать себя по мере своих сил собственными трудами жить тихо, предаваясь занятиям, к которым чувствую себя способным.

О переводе моем прошу я Его Сиятельство Графа Бенкендорфа, но прибегаю также и к ходатайству Вашего В-ства; вам, как прямому моему начальнику, известны справедливость и основательность причин, побуждающих меня утруждать Правительство настоящею моею просьбою. Итак, ходатайство ваше в сем случае будет для меня верною порукою, что просьба моя не останется втуне9.

С истинным уважением честь имею быть, Милостивый Государь, Вашего В-ства Всепокорнейший слуга Петр Борисов.

1841 года. Марта 18 дня. С. Подлопаточное.

9 Братья Борисовы были переведены в деревню М. Разводную, в пяти верстах от Иркутска. В М. Разводной находились на поселении Ар. Зах. Муравьёв, А.П. Юшневский и А.И. Якубович. Борисовы умерли в 1854 г. Погребены на сельском кладбище дер. Больш. Разводной.

10

№ 10

Милостивый Государь,

Клавдий Корнеевич!10

Его В-ству угодно было знать, в какое место я желаю быть переведенным из Манзурского селения.

К несчастью моему я должен подчинять все мои желания худому и шаткому состоянию моего здоровья. Для меня соседство медиков и аптек столько же нужно, сколько другому воздух и вода. Поэтому, если мне нельзя остаться в городе, то не могу ли я быть переселенным в деревню Глазкову, которая хотя и принадлежит к городу, но совершенно отделена от него Ангарою. Если же нельзя, то в. 15-ти верстах от Иркутска, на Байкальском тракте, есть деревня, именуемая Щукино; в ней по крайней мере, и по ее недальному расстоянию от города, медицинские пособия будут для меня доступнее.

Вот все, что я мог придумать лучшего в моем слепом незнании окрестностей. Позвольте Вас при этом случае попросить, чтобы Вы передали его В-ству мою глубокую благодарность за покровительство, мне ныне оказываемое.

С истинным почтением имею честь быть

Вашим покорным слугой Ф. Вадковский.

10 Клавдий Корнеевич - исправник.

Page: 1 2 3 4 5  

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабристов из Сибири.