© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists»

User info

Welcome, Guest! Please login or register.

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабриста Сергея Петровича Трубецкого (1819-1860).

Письма декабриста Сергея Петровича Трубецкого (1819-1860).

Page:   1 … 16 17 18 19 20 … 27  

Posts 171 to 180 of 261

171

170. З.С. и Н.Д. Свербеевым

Киев, 24-го мая, 6 июня* [18]57

Вчера вечером получил, милые друзья мои, письма ваши от 17-го <...>**. Ребятишки бегают, след[овательно], здоровы; Лиза то же пишет о своих. Петр Вас[ильевич] уехал в Одессу, откуда поедет в Саблы и потом приедет за Лизой. Брат, видно, отсрочил свою поездку, а писал, что выезжает 14-го, и я его ожидал эти дни; вы пишете, что выедете только в четверг, я понимаю, что 22-го, и буду ждать к 1-му. Приговорил ему небольшую квартиру в соседстве у меня, на одном дворе с А.И. Давыдовой. Если они будут здесь говеть, то, может быть, остановятся в Лавре в гостинице, тогда это будет далеко от меня, но для них удобнее, возле церкви. Доверенность была послана на имя Левушки Д[авыдова] и, вероятно, по нашему уведомлению отыскалась; я написал новую на имя Сережи1 по случаю отъезда брата.

Дела унив[ерситета] не кончаются; гр. Б[обринский] ведет их как-то медленно, между тем много молодежи забрано и продолжают забирать2. О новом назначении Н[иколая] Романовича] кн. В[асильчиков], говорит, ничего не слыхал, хотя был с ц[арем] разговор. Последствия покажут, заслуживает ли это дело важность, которую ему придают. И мне кажется, что можно бы его было покончить уже, принявшись иначе. А так, как оно теперь идет, может еще долго тянуться. К[н]. Васильчиков был на свадьбе Мери3 и рассказывал Саше, как она была торжественна. Он двоюродный дядя по матери к[н]. Голицыну.

Обоз пришел, и ящик с книгами Ив[ана] Дм[итриевича] оказался в нем, только весь разбит, так что нужно сделать новый, чтоб его послать, что я постараюсь сделать скорее; и Сашин ящик придумайте-ка, как переслать; с почтой будет дорого; может быть, контора транспортов не отправляет ли обоза в скором времени, то можно бы чрез нее, а еще я во вторник, вероятно, буду писать к Бодкину4 и просить его о высылке места чая, то можно отправить вместе и то и другое. Мне пишет А.В. Бел[оголовый] о железной дороге, они еще не знают, что <...>*** отказались принять этот богатый подарок. Любопытно очень нам здесь знать, на чем основан отказ5.

Еще пишет, что японцы обещались прийти летом на своих джонках в устье Амура и прислали реестр товарам, какие привезут и какие будут им нужны. Путятин уехал говеть в посольский монастырь, а Ник[олай] Ник[олаевич] в день пасхи поехал проводить его до границы, из этого слова я заключаю, что он переедет ее в Кяхте. О свите ничего не говорят, видно, ее нет, кроме необходимых людей****; о Миссии тоже ничего не пишут, чуть ли не приостановили опять посылку ее на сей год6. Здесь тоже затевают железную дорогу до Одессы, и все помещики трех губерний ожидают от нее для себя великой пользы и думают сделать на свой счет сеть шоссейных дорог для соединения с железною, иначе она им мало бы пользы принесла, потому что многие месяцы в году дороги в здешнем крае непроходимы, и, сверх того, всегда езда медленна, потому что все на волах.

Ген[ерал-]адъ[ютант] граф Ржевуцкий, здешний помещик, приехал к выборам с предложением дворянству железной дороги, в которой акционеры все петербургские и между прочими Бенардаки и Яковлев7.

К 24 мая8

Ваня благодарит вас за ваши письма к нему и сам будет к вам писать скоро. Лишнего времени у него нет, День проходит в уроках. Хорошо, что близко живем от Саши, то между уроков можно сбегать к ней и свидаться. По вечерам часа 1 1/2 или 2, особенно в праздники, ходим гулять; я с ними спускаюсь по крутизнам гор и лазаю на них без большого затруднения. Экипажа я не завел, да, кажется, здесь его и не купить, разве привлекут на ярмарку, говорят, большею частию венские; вероятно, кареты и коляски, чего мне не надобно.

Извозчики здесь дороги, потому что все парные по случаю гор. Если здесь останусь, придется завести свой экипаж, и тогда надобно будет выписать его из Москвы; если там не дешевы, то прочны и хороши. На днях привезли оттуда Мадейскому очень хорошие пролетки. Заплачены 450 р., и провоз стал в 60 р. Мадейские живут рядом со мною и против дома Р[ебиндеров], так что мы каждый день видимся; или я зайду к ним или она ко мне. Я очень ее люблю, может быть также оттого, что она очень похожа на моего брата. Ее брат также очень добрый малый; а похож на мать, как и старшая сестра, которую я меньше знаю, потому что она приезжала только на три дня®. Их мать также возвратилась из деревни; она не может быть без сына, а сыну должно быть в городе. В августе здесь непременно ждут царя, если до того будет какая перемена, то мне трудно заранее угадать, где буду в это время.

Может быть, все мои прежние предположения должны будут измениться. Это заставляет меня иногда задумываться, но вперед придумать ничего нельзя. Обнимаю вас, друзья мои, целую вашего Сережу. Дай бог мне знать о вас только хорошее. Всем вашим домашним мое почтение, а батюшке будете писать, поблагодарите за меня, за постоянную его обо мне память.

Христос с вами.

*Письмо писалось с перерывами.

**Опущена страница с подробностями болезни Зины и Саши.

***Одно слово переправлено, плохо читается, возможно: «оные».

****Далее зачёркнуто: «не поехал ли».

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 246, л. 29-30 об., д. 86, л. 116-116 об. - это письмо было ошибочно разъединено (см. ниже примеч. 8).

1 Трубецкой Сергей Никитич (1829-1899), кн., офицер Преображенского полка, второй сын Н.П. Трубецкого, впоследствии директор Эрмитажа, был женат на кн. Багратион-Мухранской Софье Ираклиевне.

2 Речь идёт об арестах студентов в связи с волнениями в Киевском университете. Для ревизии создавшегося положения был прислан чиновник Министерства народного просвещения В.А. Бобринский.

3 Васильчиков Илларион Илларионович (1821-1863), кн., киевский, волынский и подольский ген.-губернатор (1852-1863), внучатый племянник Е.И. Трубецкой. Мери - Борх Мария Александровна (1837-1903), гр., вышла замуж в мае 1857 г. за Голицына Павла Алексеевича (1833-1888), дипломата, секретаря русской миссии в Брюсселе. Почти всю жизнь прожила за границей. Оставила воспоминания (РГБ, ф. 218, к. 1-341, ед. хр. 16).

4 Боткин (Бодкин) Пётр Петрович, московский купец, чаеторговец. Отец известного врача-терапевта С.П. Боткина и брат писателя-западника В.П. Боткина.

5 Имеется в виду предполагавшееся строительство Сибирской железной дороги от Читы до Верхнеудинска и вокруг Байкала с привлечением иностранного капитала.

6 Возможно, речь идёт о миссии Е.В. Путятина в Китай в 1857 г., которая не состоялась.

7 Бенардаки Дмитрий Егорович (ок. 1802-1870), сибирский капиталист, один из крупнейших винных откупщиков; С.С. Яковам - золотопромышленник, владелец горных заводов.

8 Письмо писалось с перерывом, продолжение его на листе с пометой: «К 24 мая». Год устанавливается по содержанию. При формировании дела эта часть письма была ошибочно отнесена к делу № 86 (л. 116-117 об.). Здесь она помещается вслед за основным текстом. 

9 Д.А. Рыльская.

172

171. З.С. Свербеевой

Киев, 4 июня 1857

Очень рад был видеть из твоего письма от 26-го1, что твои зубы оставили наконец тебя в покое. Ты проводила, милая моя Зинушечка, мужа своего в Пе[тер]бург и если одна совсем осталась в доме с Сережей, то, конечно, довольно скучаешь. Новость, сообщенная тобою, меня не удивила, а только я не ожидал узнать ее теперь, когда только что И[ван] И[ванович] выздоравливает от тяжелой болезни2. Поздравь за меня новобрачных; я не отчаиваюсь еще видеть их в нашем краю. Очень порадовало также меня известие, что Ив[ану] Дм[итриевичу] разрешено будет жить в Москве, он не менее имеет на это прав, нежли Н[иколай] Ив[анович] Т[ургенев]. Кстати, о нем, напиши, как ты его нашла и что его дети, надеюсь, Не французики, а настоящие русские, насколько можно быть такими, родившись и воспитавшись не в России, т[о] е[сть] если не манерами, то чувствами3.

Жалоба Якова Дмитриевича справедлива, я считал, что ему послан портрет; если не послан, то устройте это без замедления, прошу вас. Конечно, странно не быть ему у такого приятеля, когда он есть у Хрулева и Мамонтова, людей, вовсе меня не знавших. Я ему писал, что вы пошлете, если еще не послали. Ты пишешь, что распечатала свое Письмо, чтобы вложить в него записочку, которую написал Ил[ларион] Михайлович], а распечатав, я такой Записки, кроме твоего письма, не нашел.

Скажи Бибикову спасибо за память; кажется, его можно поздравить с свадьбой, он, я слышал, выдает дочь замуж. <...>*4

Саша все понемногу покашливает, видно, уже с нею всегда так во время беременности. Лизе очень жаль, что она так мало отдохнула после последней. На лето Н[иколаю] Р[омановичу] хотелось все отправить ее куда-нибудь за город, но она не согласилась, потому что пришлось бы жить одной с детьми, что для нее всегда было бы тяжело, и нынче еще более, потому что ты знаешь, что она легко от всего приходит в беспокойство, и не удивишься, что дело студентов продолжает довольно часто ее волновать; как оно кончится, еще неизвестно, а всякая неизвестность Сашу тревожит. При полном уповании и покорности воле божией этого не должно бы быть, но что же поделаешь, когда человек Не имеет довольно сильной власти над своими чувствами. Эта власть приобретается только постоянною над собою работою.

Лиза теперь одна в Каменке с Екат[ериной] Вас[ильевной] и детьми; Петр в Крыму, а Ник[олай] Вас[ильевич] здесь и выбран в предводители, что, может быть, помешает ему проводить Лизу в Одессу, как они было сговорились. Тогда придется ей сделать это путешествие одной с детьми; оно, конечно, не дальнее и беспокоиться о том нельзя, но ей приятнее было ехать с деверем. Она ждет от тебя прямых известий с нетерпением, хотя я всегда ей сообщаю, что ты мне напишешь, но ей хочется письма от самой тебя. Деточки ее здоровы.

Что-то привезет Ник[олай] Дм[итриевич] из своей поездки? Желательно, чтоб было что-нибудь решительное, тогда и я буду думать о том, как мне устроить с вами свиданье5. Я рассчитывал, что если вы будете в Нижнем, то хорошо бы было попасть туда в августе, одним разом увидел бы ярмарку и нашел бы там знакомых сибиряков и вести из этого края. Можно ли будет так исполнить, не могу еще определить по многим причинам, между прочим и потому еще, что сюда ждут в августе царя; уехать на это время, когда он здесь будет, как будто бегу от него, да и сам я рад буду посмотреть на него хотя издалека. Настоящее время его приезда неизвестно, едучи ли в Варшаву или возвращаясь, он сюда будет, а только наверное ждут. Он, конечно, обо мне не позаботится, но мне, по многим причинам, неловко уехать, когда знаю, что он здесь будет.

Неужели Ник[олай] Ив[анович] Тургенев не намерен жить в России и хочет остаться во Франции? Этому быть не должно. Мыслящие люди и любящие всем сердцем свое Отечество, может быть, более еще нужны теперь в нем, нежели тогда, когда он его покинул. Это я сказал бы ему, если б с ним увиделся6. Ты пишешь, что дядя остается на несколько дней для окончания наших дел; из этого я заключаю, что, наконец, нашлись все доверенности. Кажется, нельзя было не отыскаться после всех указаний, которые я дал и которые довольно дорого мне обошлись, потому что по телеграфу невозможно было довольно коротко высказать, что[б] не заплатить за двойную депешу.

Какая у вас теперь погода? У нас было очень жарко, теперь уже несколько дней дождь и часто громы. Нельзя ездить за город, то публика наслаждается зверинцем и беседою хозяина этого зверинца с львами, тиграми, барсами, медведями, гиенами, с которыми он обходится как с собачонками. Но пора кончить. Целую тебя и Сережу за себя, Сашу и Ваню. Христос с вами. Екатерине Александровне мое сердечное почтение.

*Выпущены подробности состояния здоровья Зины.

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 246, л. 33-36.

1 Это письмо неизвестно.

2 З.С. Свербеева сообщала отцу о женитьбе И.И. Пущина на Н.Д. Фонвизиной.

3 Н.И. Тургенев впервые после амнистии 1856 г. приехал в Россию 24 мая 1857 г.; бывал у Свербеевых (ГАРФ, ф. 1143, on. 1, д. 158, л. 176 об.).

4 Бибиков Илларион Михайлович (1796-1860), ген.-лейтенант, бывший флигель-адъютант, давнишний друг С.П. Трубецкого; муж Е.И. Муравьёвой-Апостол. Дочь Бибиковых Екатерина вышла замуж 15 июля 1857 г. за Коробьина Владимира Григорьевича.

5 Намерение Н.Д. Свербеева занять должность помощника управляющего нижегородской конторой Министерства государственных имуществ не осуществилось. Он был зачислен по тому же ведомству, но с причислением к Инспекторскому департаменту, получил двухмесячный отпуск, по окончании которого надеялся найти место в Москве (ГАРФ, ф. 1143, оп. 1, д. 72, л. 176).

6 По сообщению Н.Д. Свербеева, Тургенев «выхлопотал себе заграничный паспорт и 3 июля отправляется обратно в Париж, где остались жена его и маленький сын. Посещение им родины, как кажется, не внушило желания в ней поселиться, впрочем, говорит, климат вреден больной его жене» (там же, л. 144-144 об.).

173

172. Н.Д. Свербееву

Киев, 18 июня [18]57

Благодарю, любезный и милый друг, за длинное и обстоятельное письмо, которое я получил с последней почтой. Я, разумеется, очень доволен, что дела устроились для вас так хорошо, как даже вы не ожидали. Отпуск на лето очень будет вам приятен и полезен для Зины и Сережи. И вам, и вашим приятно будет провесть два месяца вместе в деревне. Если начнешь искус свой в Москве, то под ведомством хорошего моего приятеля и хорошего человека. Не знаю, каково его здоровье, а я его видел довольно еще больного, но уже выздоравливающего1.

За Владимира также я доволен и особенно тем, что ему не придется переменять место жительства2. Для вас тоже я считаю лучшим прикомандировка временная в М[оск]ве, нежели в Нижнем, если окончательно не будешь назначен туда. От Б[орха] я получил письмо от 8-го. Он уведомляет о всем том, что сделано и что он на другой день едет в деревню, где пробудет до сентября. Прежде он писал, что ему придется возвратиться в конце июля к свадьбе в[ел]. к[н]., а теперь он, может быть, не будет присутствовать или свадьба будет позже. О здешнем деле все должно скоро разъясниться, и, как кажется, все должно кончиться не судом, а административно, потому что следователю велено было передать следствие ген[ерал]-губ[ернатору], который представит его с своим мнением.

По письму, полученному Н[иколаем] Р[омановичем мы заключаем, что в М[инистерст]ве думают, что он состоит в неприязненных отношениях к студентам; этого нет; они понимают, что не от него зависело доставить им удовлетворение и что если б они не поторопились сами себе его доставить, то получили бы от начальства. Но что уже сделано, того воротить нельзя. Их много еще сидят, по крайней мере, таскать перестали, а арестованным надобно ждать конца. Б{обринский] производил все очень тайно, и, вероятно, оттого слухи разные, из которых я никакого мнения насчет его составить себе не могу; знаю только, что в публике остались очень им недовольны, тогда как до его приезда очень радовались его назначению3.

Из Иркутска мне пишут, что Н[иколай] Н[иколаевич] возвратился туда 7 мая и по вскрытии моря отправится со своими моряками на Амур, а Чихачеву не дал и дня пробыть в Иркутске, отправил на устье. Посла, наконец, приняли и высылают также посольство к нему навстречу. Может быть, для того, что не хотят видеть его в Пекине4. Японская джонка привезет товары не разнообразные, только сухие фрукты и фарфор, а будут брать только выделанные кожи и стеариновые свечи. В Иркутске думают о заводе последних и предлагают мне продать дом. Ожидаю известий о условиях5.

Пфаффиуса жена чуть не умерла по рождении мертвого ребенка; ее спас Кинаст. От Марьи Ал[ександровны] также получил, но достойного для передачи нет ничего. Она пишет о недавней свадьбе и говорит, что первая мысль принадлежит ей, но тогда обе стороны находили это дело несбыточным. Она боится, что теперь должна будет расстаться с своей Ниной6. Лиза завтра хотела ехать в Одессу, и теперь буду ждать от нее писем уже оттуда. Она было поджидала Ник[олая] Вас[ильевича], который хотел ее проводить туда, но он должен был здесь замешкаться, был выбран в предводители своего уезда.

С удивлением и удовольствием прочел в последних ведомостях, что Т[ургеневу] возвращены чины и ордена. Исполать* ему, как он умел устроить свои дела. Не поступит ли опять на прежнее место в Гос[ударственный] совет?7 Я давно ничего не знаю о Сутгофе, что ни, в Москве, или уехал куда, или получил какое спокойное и удобное для себя место? Мне сказывали, что Петр Николаевич должен был ехать с братом в Париж повидаться с матерью8: так ли это и уехал ли? Приехал ли, наконец, И[ван] Дм[итриевич] в Москву? Вот сколько вопросов, на которые буду ожидать ваших ответов. Теперь следуют поклоны; Сер[гею] Гр[игорьевичу], Евгению, а если с ним, то и Вячеславу; Елене Николаевне, когда увидитесь; брат, верно, в деревне со всеми своими. Не забудьте Иллариона Михайловича и Нонушку9.

Саша и Ваня целуют Зинушку; я к ней особо не успел сегодня написать, а потому ты ее поцелуй за меня. Ник[олай] Р[оманович] вам кланяется, Саша жалуется часто на головные боли и все продолжает кашлять, правда, понемногу, но все бы лучше, если б совсем не кашляла. Муж все боялся для нее воздуха и старался, чтоб она менее на нем была, но доктор, напротив, велел ей быть более на воздухе. Правда, у нас до сих пор довольно было холодно и дожди, а теперь опять стало жарко. Река от нас далеко, и более раза не успеешь выкупаться. Прощайте, милые друзья мои, до следующей почты. Я теперь отправлюсь Сереже показывать зверей, если они смирны, то покажу и Коле, в противном случае он будет бояться.

Христос с вами.

[Приписка на полях:] Вы можете подписывать мне письма: в Липки, в доме Палехина.

*Слава, хвала (старослав.).

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 86, л. 28-29 об.

1 Толстой Николай Николаевич (1794-1872), однополчанин Трубецкого по Семёновскому полку; до 1857 г. управляющий Московской удельной конторой Министерства государственных имуществ.

2 В.А. Трубецкой.

3 Речь идёт о волнениях и арестах студентов Киевского университета и ответственности за создавшееся положение Н.Р. Ребиндера как попечителя учебного округа в целом и Киевского университета в частности.

4 Имеется в виду посольство Е.В. Путятина в Китай, совершённое до заключения Н.Н. Муравьевым 28 (16) мая 1858 г. Айгунского договора о присоединении Приамурья к России. Трубецкому о действиях Н.Н. Муравьёва и Путятина было известно из письма П.А. Горбунова от 10 июля 1857 г. (ГАРФ, ф. 1143, on. 1, д. 54, л. 1 об. - 2 об.).

5 А.С. Ребиндео сообщала сестре 3.С. Давыдовой 3 мая 1857 г., что П.А. Горбунов писал из Иркутска о намерении часовщика Розена «по чьему-то поручению» купить дом Трубецких за 10 тыс. с рассрочкой уплаты на 3 года (ЦГИА, ф. 1657, on. 1, д. 149, л. 74 об.) или отдать дом внаём на 10 лет по контракту. Сделка не состоялась.

6 М.А. Дорохова сообщала о свадьбе И.И. Пущина и Н.Д. Фонвизиной. Нина, дочь И.И. Пущина Анна (1842-1863), находилась на воспитании у М.А. Дороховой, которая назвала её Ниной в память своей умершей дочери (Коновалова А.Н. Мария Александровна Дорохова, с. 63-66).

7 Н.И. Тургенев обратился 4 июля 1856 г. к Александру II с прошением о помиловании, получил его и одновременно все прежние награды.

8 П.Н. Свистунов; его брат А.Н. Свистунов (1808-1872), директор департамента личного состава Министерства иностранных дел; их мать Свистунова Мария Алексеевна (урожд. Ржевская, 1778-1866) перешла в католичество и поселилась в Париже.

9 Перечисляются: С.Г. Волконский, Е.И. и В.И. Якушкины, Елена Николаевна - тётушка Н.Д. Свербеева (возможно, сестра его отца, фамилия в замужестве не установлена), Н.П. Трубецкой, И.М. и С.Н. Бибиковы.

174

173. З.С. Свербеевой

Киев, 23-го июня [18]57

Напрасно ты не уверена была, что письмо твое из Солнышкова1 не дойдет до меня. Я его получил исправно и очень доволен, что вы проведете часть хотя лета в свежем и хорошем воздухе, а не в душной Москве. В Киеве нет такой духоты, и особенно в той части города, где мы живем. Она расположена на горе, открытой со всех сторон, дома большею частию одноярусные, окружены садами, улицы широкие с посаженными по сторонам высокими тополями. Однако и тут Сашу все выживают из города и уговаривают ехать пожить за город. Н[иколай] Р[оманович] хотел, чтоб она ехала в Козелец, на что она не согласилась, потому что он отдален от Киева на целые 70 верст. Там она была бы одна с Надей и двумя своими ребятишками и, разумеется, скучала бы, особенно когда увидела бы, как скучает Надя. Близ Киева не нашли свободного места, потому что когда думали о Козельце, то в Киеве не хотели искать, а когда решено было переехать куда-нибудь поблизости, то все было уже занято. Так Сашу оставили было в покое, а теперь опять муж приступает, чтоб она переехала, и не знаю, как решат.

Погода у нас, [к] примеру, уже дождливая все это время, уже много Дней сряду громы и ливни такие, Что реки текут по улицам. Между тем как скоро дождь пройдет, то по улицам сухо. Я думаю, оттого, что мостовые хорошо устроены, и улицы чисто метут и сор отвозят. За городом в такое мокрое время должно быть сырее, нежели в городе, и скучнее жить в одиночестве. Надеюсь, что скоро ведреная погода восстановится, и желаю особенно, чтоб она у вас была теплая и хорошая для того, чтоб ты и Сергуня могли вполне пользоваться летним временем. Лиза также уехала уже в Одессу; она писала ко мне еще из Каменки от 17-го, а выехать намеревалась на другой день и третьего дня быть уже на месте. Адрес ее в Одессе: В Европейскую гостиницу, близ городского сада на Преображенской улице.

Пред отъездом, милая Зинуша, ты видела Батенькова; приехал он в Москву за каким делом или так, от нечего делать? Я ничего не понимаю, на чем основывают такую разницу в обхождении с нашими приезжающими в Москву: больных оттуда гонят, в уезде Московском жить дозволяют, а в губернии нет; как будто уезд не в губернии! Ничего не понимаю; одним можно разъезжать сколько и куда угодно, другим говорят, что они не могут выехать никуда без разрешения начальства. Все это кутерьма, и кто ее причиной, бог их знает. Без сомнения, все бы это могло быть приведено в порядок одной просьбой на выс[очайшее] имя; но кто же? и скоро ли? решится беспокоить царя такими просьбами без крайней надобности. И без таких дел ему много и чересчур других важнейших, от которых может зависеть все будущее благоденствие огромного государства, вверенного провидением его управлению.

Ник[олай] Вас[ильевич] Бас[аргин] уже несколько дней с нами и завтра выезжает в Дорогобужский уезд, где съедутся с Барышниковым, своим приятелем, который в одно время с ним должен туда приехать из Дрездена. Анд[рей] Ан[дреевич] все еще в Могилеве, Где умирает от скуки; я писал ему, чтоб ехал назад в Киев и жил бы со мною, пока не устроятся дела его к лучшему. Здесь теперь ярмарка, я ее еще не видел, хотя сбираюсь посмотреть. От меня далеко, на Подоле; если идти, то мне надобно уже на целый день, потому что две большие горы сходить и потом для обратного пути всходить. Однако я здесь похаживаю по ним почти каждый день и без излишней усталости.

Прощай, мой милый дружок, должен кончать, есть дело неотлагательное. Целую тебя и Сережу и обнимаю Николая Дмитриевича. Всем вашим свидетельствую почтение. Христос с вами.

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 86, л. 30-33.

1 Солнышково - имение родителей Н.Д. Свербеева в Серпуховском уезде Московской губ.

175

174. И.И. Пущину

Киев, 28 июня 1857

Я виноват пред вами, Иван Иванович, что замедлил уведомлением о получении вашего письма с приложением к нему. Последнее пришло очень кстати; память прежних времен меня обманула, и я ошибся, рассчитывая на дешевизну жизни в Киеве. В другом отношении ваше письмо было мне неприятно; вместо письма я ждал вас самих, а из него узнал, что состояние здоровья не дозволяет вам выехать из Москвы, а последнее письмо ваше от 20-го совсем разрушило надежду обнять вас и поцеловать ручку Натальи Дмитриевны.

Жалею, что молодым супругам не могу принесть лично поздравления; уедете в Марьино, и бог знает, когда придется с вами свидеться. Вас я не видел 8 лет, а Наталью Дмитриевну хоть и видел в Москве, но только 5 минут, едва успел взглянуть, можно сказать, и то в такую минуту, когда жестоко страдал судорогами в груди; стало быть, почти все равно, что не видал, а в Киеве надеялся вознаградить себя и вот обманулся.

Поручение ваше к Эйсману1 не успел еще исполнить, получив письмо ваше только вчера. На почте справлюсь сегодня, отдавая это письмо, а между тем вместе отправляю вам два, полученные на имя ваше и которые мне передала Сашенька. Одно, она полагает, от Михайла Иванов[ича]2.

Басаргина отыскать очень легко: он только что третьего дня отсюда уехал и направил свой путь в Смоленскую губ[ернию] Дорогобужского уезда в село Алексине. Там он думает прожить месяца 1 1/2. Здоровье его поправилось, и он не устает, как видно, от путешествий. Здесь тоже не сидел на месте, а все разъезжал по давно знакомым ему местам.

Зиночка писала мне о вас; теперь я получил от нее уже из деревни. Пусть она там проживет лето, и для нее, и для дитяти это будет хорошо.

Худые вести даете вы мне о Якушкиных. Я всегда боюсь за Ивана Д[митриевича], когда он сляжет. Михальский3 мне сказывал, что ему разрешено жить в Московском уезде, а ему нужно в Подольском, и от этого выходит какое-то затруднение; а между тем в самой Москве не дозволяют. Дивлюсь, как не надоест с нами возиться, полагаю, что это делается от безделия.

У нас тоже нет лета, как и у вас, дожди с 29-го мая, не будет ли перемены, сегодня ясно.

Очень доволен был видеть, что наконец Нат[алья] Дм[итриевна] начала приводить к концу дело, которое так давно ее занимает и которое до сих пор не могла устроить4. Кончаю на сей раз, пора дать вам прочесть приятнейшие для вас письма. Наталье Дмитриевне прошу сказать сердечное от меня приветствие. Мои все также вам кланяются.

Ваш Трубецкой.

Декабристы. Летописи, кн. 3, с. 323-324; местонахождение подлинника неизвестно

1 Эйсман - аптекарь в Киеве, владелец кирпичных заводов. В чём состояло поручение Пущина, установить не удалось.

2 Пущин Михаил Иванович (1800-1869), капитан л-гв. Коннопионерного эскадрона, член Северного общества, брат И.И Пущина, осуждён по X разряду. Служил рядовым в Сибири и на Кавказе. В 1828 г. произведён в офицеры, в 1831 г. вышел в отставку. В 1831-1856 гг. был на гражданской службе.

3 Михальский Северин Осипович, врач в Киеве.

4 Н.Д. Пущина намеревалась передать свои имения в казну с условием, чтобы крестьяне взяли на себя уплату долгов, лежавших на имениях.

176

175. И.И. Пущину

Киев, 2-го июля [18]57*

Поручение ваше, Иван Иванович, к Эйсману я исполнил, но как он с своей стороны его выполнит, я этого еще не знаю. Хотел меня уведомить. Я в нем нашел старого знакомого, о существовании которого я забыл, но он мне припомнил прежнее наше знакомство. Старик приятный и деловой, как видно, потому что нажил себе большое состояние, более, кажется, кирпичным заводом, нежели аптекою.

Я к вам писал недавно, т. е. 28-го, полагаю, что вы получили чрез Москву, если письмо мое там вас уже не нашло. Теперь адресую также в столицу, не зная, как иначе надписать, и полагая, что Там есть у вас верный получатель и доставщик.

Здесь гостит у нас рыжий1, уже четвертый день, и едет в Одессу купаться. Там он найдет мою Лизу. Сказывал, что отец с каждым днем делается тяжеле, тем более, что и способности ослабевают. Сам же он такой же быстрый, Как вы его знали. У нас прогостили также три дня племянница моя Толстая, дочь брата Петра, с мужем и дочерью, на возвратном пути из-за границы2. Там теперь наших везде как пчел в улье. Вчера я узнал, что Жозефина Адам[овна]3 возвратилась из Италии и теперь в Одессе; остается ли там или нет - не знаю и о детях Александра также еще ничего не знаю, но буду иметь случай расспросить.

Очень рад, что Наталье Дмитриевне бог помог начать приводить в исполнение заветную мысль Михаила Александровича. От вас буду ждать, что вы будете сообщать, как она будет устраиваться. Жаль, что это делается не таким путем, который мог бы быть примером для других и служить к ускорению дела, которого замедление делается ежедневно опаснее4.

Сейчас прерывал меня рыжий, приходил прощаться и, узнав, что я пишу к вам, просил сказать, что он надеялся здесь поздравить молодых супругов и жалеет, что обманулся в своих ожиданиях. Он беседовал снова со мною об отце; мучает его мысль, что должна мать претерпевать и как трудно угадывать, что может отцу нравиться: сердится завтра на то, чего исполнения требовал сегодня или в этом роде.

Прощайте, теперь буду ждать от вас; надеюсь, что здоровье ваше будет поправляться на чистом, свежем воздухе и не будет препятствием писать письма. У Натальи Дмитриевны целую ручки.

С. Трубецкой.

Саша и муж ее вам кланяются.

Видите ли вы Ник[олая] Ив[ановича] Тургенева?5

*Помета И.И. Пущина: «Пол[учено] 14 июля».

Декабристы. Летописи, кн. 3, с. 324; местонахождение подлинника неизвестно.

1 Рыжий - сын декабриста В.К. Тизенгаузена Михаил Васильевич.

2 Толстая Варвара Петровна (урожд. кн. Трубецкая, не позднее 1820-1900), гр., племянница Трубецкого; её муж Егор Петрович (1803-1874), гр., ген.-лейтенант, с 1859 г. пензенский губернатор; их дочь Мария Егоровна была замужем за Орловым-Давыдовым Анатолием Владимировичем (1839-1905), внучатым племянником декабриста В.Л. Давыдова.

3 Ж.А. Муравьёва, вдова декабриста А.М. Муравьёва. От их брака было несколько детей, из которых в 1857 г. были живы Михаил, Екатерина, Елена и Александра. Ж.А. Муравьёва в 1856 г. вышла замуж за бывшего ординатора одесской городской больницы Генриха Мойера, но вскоре с ним рассталась и уехала с дочерьми в Италию.

4 После выступления Александра II 30 марта 1856 г. перед предводителями московского дворянства, в котором царь заявил о том, что «лучше освободить крестьян сверху, нежели они сами себя освободят снизу», прошло немало времени, прежде чем 3 янв. 1857 г. был создан Секретный комитет по крестьянским делам. Однако слухи о нём проникли в русское общество. Свидетельством того является письмо С.П. Трубецкого.

5 В ответ на этот вопрос И.И. Пущин писал Трубецкому 21 июля 1857 г.: «Н.И. Тургенева я не видел, хоть в одно время были в Петербурге и Москве. Он ни у кого из наших не был, а я, признаюсь, при всём прежнем моём уважении к нему, не счёл нужным его отыскивать после его книги» (Пущин И.И. Записки о Пушкине. Письма, с. 322). Живя во Франции, Тургенев издал в 1847 г. книгу «Россия и русские (т. 1-3, на франц. яз.).

По этому поводу и в связи с обращением Тургенева с прошением о помиловании Н.В. Басаргин писал в своих воспоминаниях: «Впоследствии Тургенев издал во Франции свои записки - сочинение очень посредственное и не совсем прямодушное, в котором он как будто старается оправдать своё участие в обществе. Нисколько не завидую его участи, мне кажется странным, что ему одному только при амнистии возвратили всё и что он это не только принял, но, как кажется, даже об этом хлопотал. Прожив тридцать лет очень покойно, тогда как в это время товарищи его страдали, скитаясь по Сибири, - его как будто ещё вознаградили за это перед прочими» (Воспоминания Н.В. Басаргина, с. 60).

177

176. З.С. и Н.Д. Свербеевым

Киев, 2 июля [18]57

Переселение ваше из столицы в сторону1, милые мои Зинуша и Николай Дмитриевич, отзывается на мне беспорядком в получении от вас писем. Я должен полагать, что и с моими письмами происходит то же, потому что в Москву вы посылаете, конечно, не так часто, как приходит туда почта, или если и часто, то не всегда приходится посылать в те дни, в которые можно получить письма. Вчера мы проводили новых знакомых, с которыми преприятно проводили три дня и с которыми никак я не надеялся иметь удовольствие так скоро познакомиться лично. Варинька Толстая с мужем и дочерью приезжали из-за границы и поехали в деревню мужа в Саратовскую губернию, где пробудут лето.

Варинька рассказывала о Лизе Урусовой, а я о Фокле и Долле, что знаю2. Она Лизу оставила в Эмсе. Толстой добрый человек, мне понравился, Маша, дочь их, очень застенчива, а сама Варя очень мила и проста. Саша ее, так же как и я, не знала. Они думали найти здесь также Лизу нашу; но от Лизы я уже получил письмо вчера из Одессы; она туда доехала с детьми хорошо и хотела переезжать из города на другой день, т. е. 25 числа, на хутор г-на Молодецкого, куда и надобно к ним писать. Лиза тотчас хотела начинать купаться. Соседями их будут Канкрины и Штакельберг, все товарищи Петра по Конной гвардии3. Хутор на хорошем месте с чудным видом на море, как она пишет; корабли все проходят мимо их, и два раза в неделю там бывают публичные гуляния.

Вчера* приехал из Одессы брат Губера4, он ездил за границу с Жозефиной Адам[овной]. Я его еще не видал, но увижу сегодня и расспрошу о детях Александра Михайловича. В субботу я еще познакомился с человеком, о котором много слыхал, но которого не знал; это сын Вас[илия] Кар[ловича] Тизенгаузена, о котором ты, конечно, слыхала под названием рыжего, данного ему в Ялуторовске, и о котором Саша писала в первое время своего пребывания в Киеве, когда он у нее был на посылках, быв тогда почтмейстером** при Главной квартире армии, стоявшей в Киеве, и не имел никакого дела, потому что в Киеве и без Главной квартиры была почта. Он едет в Одессу, и вот еще знакомый для Давыдовых. Говорит, что жить с отцом очень тяжело, особенно теперь, как он при 81-летней своей старости начинает ослабевать в нравственных своих способностях. Сын не всегда с ним бывает, и потому вся тяжесть падает на жену.

Ив[ан] Ив[анович] писал мне, что он едет в Марьино, а сюда если будет, то не ранее осени; все еще очень жалуется на свое здоровье. Саша вчера была в тревоге; Сережа простудился, и довольно сильный был у него жар. Отец ездил показывать гр. Толстому Ботанический сад, брали своих дочерей и Сережу и воротились поздно. Не знаю еще, каков он сегодня, но надеюсь, что жар миновался, потому что вчера уже он много потел; да это с ним не в первый раз с тех пор, как я здесь, и всегда продолжалось не более одного или двух дней. Коля здоров, сама Саша также порядочно себя чувствует. Целую, обнимаю вас и Сережу, милые друзья мои, дай бог*** вам всего хорошего. Поклонитесь от меня матушке и всем вашим, не забудьте меня и пред батюшкой, когда будете писать к нему.

Христос с вами.

[На первой странице приписка сбоку:] Сережа встал с постели, я ходил его посмотреть и хотя нашел еще немного жара, но при нем испарину, к вечеру, верно, будет здоров.

*Ранее зачёркнуто: «Сегодня».

**В подлиннике: «постмейстером».

***Далее приписано на полях.

ГАИО, Ф. 774. оп. 1. д. 246, л. 31-32 об.

1 Речь идёт о переселении Свербеевых на лето из Москвы в имение Солнышково.

2 Елизавета (Лиза), Дарья (Долли, Доля), Агафоклея (Фокла) - родные сёстры В.П. Толстой, племянницы С.П. Трубецкого. Дарья (1823-1906) была замужем за Оболенским Дмитрием Александровичем (1822-1881), статс-секретарём, директором комиссариатского департамента Морского министерства, пасынком Н.П. Оболенской, сестры декабриста; Агафоклея (годы жизни неизвестны) была замужем за П.Н. Клушиным - волынским (1855-1856) и витебским (1858-1861) губернатором, членом Государственного совета, сенатором.

3 Канкрин Виктор Егорович, гр., полковник л.-гв. Конного полка, в 1856 г. адъютант главнокомандующего Западной и Средней армиями и наместника в Царстве Польском М.Д. Горчакова. В 1857 г. уволен от службы по болезни, сын министра финансов Е.Ф. Канкрина; Штакелъберг Отто Карлович, бар., отставной штабс-ротмистр л.-гв. Конного полка. В 1857 г. уволен от службы по болезни.

4 Губер Гильбер Иванович, одесский врач; его брат Осип Иванович, бывший правитель канцелярии кяхтинского градоначальника Н.Р. Ребиндера, переехал за ним в Киев и с 1856 г. правитель канцелярии попечителя Киевского учебного округа.

178

177. Н.Д. Свербееву

[Киев, 4 июля 1857 г.]1

К 4-му 2-й*.

Ты мне пишешь о впечатлении, какое Зина произвела на присутствующих при данном вам празднике; но что она сама чувствовала в это время, осталось мне неизвестным; так ли она была довольна гостями, как они ею? Поездка ваша к княжне Щербатовой напомнила мне, что сестра ее к-ня Шаховская2 должна считать меня самым грубым невежей. Она была так благосклонна, что заезжала и, не найдя меня, оставила свою карточку, когда я был в Москве; а я на другой день занемог и не мог доставить себе удовольствие отблагодарить ее за оказанное мне внимание. Просил сестру и других, в том числе, кажется, вас, объяснить ей причину такого, по-видимому, грубого с моей стороны поступка; не знаю, исполнил ли кто мою просьбу.

Жаль мне, что Н[иколай] И[ванович] уезжает, с тем, как видно, чтоб более не возвращаться. Там он вовсе не нужен, а на родине мог быть еще полезен, и я полагал, что кресты и чины ему нужны для этого, потому что не могу понять, на что они там ему могут пригодиться.

Я очень доволен, что стекло моей фотографии перешло к Евгению Ивановичу. Что я за него должен, я не хочу, чтоб это было на ваш счет; Бергнер, как видно, торговал моими портретами3, я, конечно, не молодая девица и меня не компрометирует, что портрет мой будет у незнакомого мужчины. Но ему совсем не место быть в рядах знаменитостей нынешнего века или прошлых веков, какого бы оне ряда ни были. Другое дело у друзей и добрых очень знакомых.

Ты спрашиваешь, Зина, у какого Хрулева и Мамонтова я их видел. Я не видел ни у того, ни у другого, но они говорили, что у них он есть. Хрулев известный генерал4, а Мамонтов купец московский и был откупщиком некогда в Зап[адной] Сибири. И еще один проезжий из Москвы сказал мне, что он меня всегда бы узнал, потому что видел мой портрет, и на вопрос мой, где, отвечал, что он в большом ходу. Теперь этому положим конец, Е[вгений] И[ванович] не будет его расточать.

От Ив[ана] Дм[итриевича] я ничего не имею из Москвы, молчание его приписываю болезни. От вас буду иметь о нем сведения, когда проедете чрез Москву, то, вероятно, что-нибудь о нем узнаете, если сами не увидите. Странно, если ему нужно будет опять прибегнуть к государю, чтоб найти себе угол на родине. Быстрицкий также ищет, где бы мог основаться. Средств никаких, просил пособия, ответа нет. Жду его опять сюда. Марья Казимировна кое-как поживает, сегодня поутру я сошелся у ней с Сашенькой; дочку не видали, она от зубной боли лежала. А внучки нет, я, кажется, писал, что осталась у дяди; самого же Р[ейхеля] скоро должны ожидать, он писал им, что выезжает в первых числах июня. Нынче я также получил большое письмо от Алек[сандра] Вик[торовича] и Лар[исы] Анд[реевиы]. Они теперь оттаивают. Он в больших занятиях, о последствиях которых еще не скоро узнаю5.

Дом наш в Иркутске торгуют, жду вести, на чем поладят. Карл Карл[ович]6 вздумал было перевести в него la population** со всем казенным причтом, но П[етр] А[лександрович]7 отказал принять, за что я изъявил ему благодарность. Он изредка пишет, но довольно пространно. Там много нового, между прочим электрический телеграф. Генерал и адмирал вместе должны ждать чего-нибудь решительного. Не знаю, хорошо ли, что все это в одно время с англичанами. Как будто мы их союзники8. Пароходы по всем рекам и Байкалу, в предположении ли или уже?

У нас, слава богу, все здоровы; Сашенькины все недуги проходят, хотя она подвигается в беременности и округлость прибавляется, но она много двигается и ходит не уставая. Ребятишки ее процветают; а мои усильно занимаются, приближается время экзамена, Н[иколай] Р[оманович] много в это время имеет занятий, а между тем нужно ему поехать в некоторые места своего округа. Волнение университетское давно почти забыто; только ожидается решение свыше на мнение, положенное г[енерал]-г[убернатором].

К А.И. Давыдовой возвратился сын Вася, уезжавший на Кавказ, откуда он привез молодую жену; он ездил для этой женитьбы. Я ее видел только еще издали, но мать говорит, что она ужасная дикарка, впрочем, миловидная и, кажется, кроткая.

Я полагал, что здесь менее будут осаждать бедные, нежели в Иркутске, но ошибся. Сверх неимоверного числа нищих, которые стекаются потому уже, что сюда приходит неисчислимое множество поклонников из самых даже далеких мест; но неимущих из звания не выше простонародного также огромное множество. Хотя этою частию очень занимается к-ня Васильчикова8, однако средства не дозволяют всех нуждающихся удовлетворить.

Посылаю письмецо от Сашеньки и оставляю вас, чтоб писать к Лизочке.

Христос с вами.

*Помета С.П. Трубецкого.

**Население (франц.).

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 86, л. 112-115.

1 Письмо не датировано; согласно помете; «К 4-му 2-й» - можно предположить, что это дополнительный лист к письму от 4-го числа какого-то месяца. Дата устанавливается по содержанию письма Н.Д. Свербеева от 21 июня 1857 г., на которое и отвечает Трубецкой.

2 Щербатова Елизавета Дмитриевна (1792-1885), кн., сестра кв. Н.Д. Шаховской (урожд. кн. Щербатовой, 1795-1885). Сёстры были близко знакомы в те годы (1818-1823) с Трубецким - товарищем их брата И.Д. Щербатова и двоюродных братьев П.Я. и М.Я. Чаадаевых. Наталья Дмитриевна стала с 1819 г. женой декабриста Шаховского Фёдора Петровича (1796-1829), отставного майора Семёновского полка, члена Союза спасения и Союза благоденствия. Он был осуждён по VIII разряду. Ссылку отбывал в Туруханске, затем в Енисейске. Вследствие психического расстройства был переведён в 1829 г. в тюрьму Суздальского Спас-Ефимиевского монастыря, где и умер.

3 По этому поводу Н.Д. Свербеев сообщал: «Стекло вашей фотографии, с которой делают снимки, мною куплено у Бергнера и передано Евг[ению] И[вановичу]. Если вам потребуется копия, вы сможете прямо к нему обратиться, они будут несравнеино дешевле. Я заказал ему 4 снимка; для Казимирского, Тулинской, А.Н. Муравьёва и собственно меня» (ГАРФ, ф. 1143, оп. 1, д. 72, л. 144 об.).

4 Хрулёв Степан Александрович (1807-1870), ген.-лейтенант, начальник обороны Корабельной стороны в Севастополе во время Крымской войны.

5 Имеется в виду деятельность А.В. Поджио по разработке золотых приисков.

6 К.К. Венцель.

7 П.А. Горбунов.

8 Имеются в виду совместные действия Н.Н. Муравьёва и Е.В. Путятина, предшествовавшие началу дипломатических переговоров России и Китая и заключению 28 (16) мая 1858 г. Айгунского договора. Англия, Франция и США в целях «защиты Китая от России» предпринимали всяческие меры к обострению отношений между ними (История дипломатии, т. 1, с. 773-774).

9 Васильчикова Елизавета Алексеевна (урожд. кн. Щербатова), кн., жена И.И. Васильчикова, племянница П.А. Вяземского.

179

178. З.С. и Н.Д. Свербеевым

Киев, 1 октября 1857 г.

Начинаю ответом на общий ваш вопрос о долге за Курмы1. Вы сами вспомнили, что пред отъездом из Иркутска я писал к Савичевскому и просил его рассчитаться за меня с Федоровичем или Игумновым2. Не получив от него там ответа (я узнал, что в это время он ездил к Витиму на поиски), я полагал получить его в Киеве; но и здесь не имея, писал к Пфаффиусу и просил его раскрыть это обстоятельство и уведомить меня3. От него ответа еще не получил. Теперь я напишу Пфаффиусу и к Зеновичу и попрошу их списаться между собою, и если эти деньги не уплачены, то Пфаффиус скажет Александру Викторовичу, который их и перешлет. Он теперь должен уже возвратиться с приисков и жить в нашем доме. Всех этих писем я сегодня написать не успею, а заготовлю их к следующей почте, а между тем прошу писать Зеновичу, что я просил до отъезда, чтоб Савичевский рассчитался за меня, и если это не сделано, то чтоб он уведомил о том Пфаффиуса, чрез которого и будут высланы деньги.

Теперь, окончив эту статью, буду отвечать на ваши письма и начну с твоего, милая моя Зинуша. Очень понимаю, что тебе тяжело даже и на малое время расстаться с мужем и ребенком, и это очень понимают твои сестры и оттого еще более благодарны тебе за такую жертву, приносимую для доставления им удовольствия видеться с тобою. Лиза пишет в последнем письме, что она ранее 20 августа выехать не может, а к 1-му сентября будет в Киеве, чтоб обнять тебя. Ты, конечно, знаешь, как я желаю тебя видеть; и только невозможность оставить в теперешнее время Ваню без себя может удержать меня от поездки к вам. Приезд твой в Киев не помешает мне приехать после туда, где вы оснуетесь, хотя бы и временно, только если это не в Москве, туда нет возможности приехать. И малюточку вашего, дай бог только ему здоровья, надеюсь иметь счастье лично благословить, как это делаю мысленно ежедневно.

Ты пишешь, что у вас холодно, Лиза жалуется, на то же и купается в воде, имеющей только 12° тепла. При всем том довольна своим здоровьем. Только бы не простудилась, то, вероятно, укрепится в надлежащем порядке; потому что у нее другого расстройства нет, кроме нервического, которое, как уже я прежде говорил, полагаю признаком от необращения должного внимания на обстоятельство, казавшееся им малозначащим.

У нас третий день теплый, думаю, что и у вас также погода восстановилась и Сережу снова можно выносить. Он хоть и морщится от бульона, однако скоро к нему привыкнет; принуждать, конечно, его не для чего, достаточно приучить помаленьку. Очень верю, что он вас теперь начинает узнавать; мило смотреть на детей, когда они начинают различать вещи и присматриваться к ним. Саша здорова, тошнота бывает реже, последний раз она продолжалась долее, и вообще как-то все идет иначе, как она замечает; Лиза и Марья Казимировна от этого предсказывают ей дочь. Третьего дня мы с нею и небольшой компанией ездили на пароходе до места, называемого Межигарьем, где нынче фабрика фаянсовая, а в старину был монастырь, который, как рассказывают, сжег нарочно по какому-то соображению князь Потемкин во время бытности императрицы Екатерины Алексеевны в Киеве. Говорят, что он представил ей зрелище пожара пяти церквей деревянных, когда она водой плыла по Днепру.

К 16-му июля 2-й

Теперь обращаюсь к тебе, мой любезный Николай Дмитриевич. О поездке Зининой уже сказал в листке к ней. Понимаю, что вам невозможно рассчитывать ехать вместе, разве какие-нибудь непредвиденные обстоятельства будут тому способствовать. Может быть поручена ревизия не в Москве, а где-нибудь в нашем краю. Из немногого, что знаю, кажется, многие из председателей не считают себя прочными со времени заступления нового министра, имеющего в заведовании не одни палаты г[осударственных] и[муществ], но и удельные. Когда я виделся в Москве с Н.Н. Т[олстым], он говорил мне, что если новый министр будет требовать разъездов, то он должен будет отказаться от своего места, потому что здоровье его приковывает его к одному месту и препятствует разъездам.

За любезность Ник[олая] Ник[олаевича] нельзя не благодарить его; но между тем я полагаю, что он отдал тебе только должное4. Из Сибири и я давно не получал; только от Ал[ександра] Вик[торовича] с приисков, который, разумеется, ни о чем другом не пишет и ничем другим не интересуется. По возвращении его в город буду ожидать известия о результатах его личного присутствия. Промывку он хотел начать не ранее 1-го июня, чтоб, однажды начав, не было остановки.

Я забыл сказать в предшествовавших письмах, что Марья Казимировна успокоилась. Она долго не получала денег своих, а теперь уже они у нее. Проси маменьку очень извинить, что ее обременили, и в знак прощения пусть она даст поцеловать свою ручку. Тетушка Потемкина должна быть теперь в Аникине, но в этот день, как вы писали, ее еще там не было, она в этот день должна была ехать из Москвы в Симу на целую неделю. Я рассчитывал, что она не могла приехать к себе ранее вчерашнего дня.

Я боялся, что опоздал выслать ей повара ее, однако оказалось, что отправил его вовремя. Она должна была найти его в Москве по возвращении своем из Симы.

Вчера я получил письмо от Катеньки Голицыной5, которая очень приглашает приехать к ним в деревню, обещая выехать навстречу на станцию железной дороги. Я могу только иметь это в виду на будущее время; может быть, на лето 58-го года, если буду жив и здоров. Не знаю, климат или образ жизни благодетельно действуют на меня, только я здесь постоянно хорошо себя чувствую; ни разу не имел случая пожаловаться на самое малейшее нездоровье. От ходьбы по горам иногда устаю, но не утомляюсь. И Коля научился здесь ходить под гору и на гору всходит как ничего, а в большой сад раза два в день, а он от нас в версте. Он очень доволен был посылкой сапожков; однако сказал: лучше бы тетя Зина сама приехала. Отец его очень любит и уверяет, что он и храбрее Сережи и будет умнее. Дело в том, что он терпеливее сносит его ласки, от которых Сережа иногда плачет.

Жалею очень о нездоровье Ольги Дмитриевны6; оно помешало ей провести приятно день своих именин. Ей и всем прочим членам семейства мое приветствие.

Если батюшка поехал в Швейцарию, то не мудрено, что там встретится где-нибудь с братом моим. Я считаю, что он теперь в Интерликене.

Прощайте, милые, любимые друзья мои. Обнимаю вас и целую от всего сердца, Сережу тоже. Ваня и Федя вам кланяются, а Саша, может быть, и сама пишет. Запечатав письмо, к ней отправляюсь, как всегда по утрам; только в почтовый день позднее. Христос с вами.

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 86, л. 34-37 об.

1 Курма - китайская кофта на подкладке, утепленная простеганной ватой, с застежкой сбоку.

2 Савичевский - видимо, бывший полит. ссыльный Константин Савичевский; Федорович Василий Матвеевич, кяхтинский градоначальник (1857-1859), сменивший Н.Р. Ребиндера; Игумнов Николай Матвеевич (1781-1867), кяхтинский купец, почётный гражданин Кяхты, устроитель Кругобайкальского тракта.

3 Это письмо неизвестно.

4 Н.Н. Муравьёв ходатайствовал за Н.Д. Свербеева перед М.Н. Муравьёвым в определении его на службу в Министерство уделов.

5 Голицына Екатерина Никитична (урожд. кн. Трубецкая, 1831-?), племянница С.П. Трубецкого, жена дипломата Голицына Павла Васильевича.

6 О.Д. Свербеева, сестра Н.Д. Свербеева.

180

179. З.С. и Н.Д. Свербеевым

Киев, 22-го июля [18]57

Получил письмо ваше уже из Москвы, милые друзья мои, в котором говорите о своем туда приезде и помещении во флигеле. Вероятно, в том, в котором жил батюшка, когда уступил вам свою половину. Вам тут не слишком просторно, но это ничего, а только вам скучно, что вы без Сережи, хотя и можете совершенно быть спокойны, что все меры для сохранения здоровья будут приняты, по крайней мере, столько же хорошо, как и при вас. Первым уже доказательством попечения, какое будут иметь о нем, служит то, что матушка поместила его близ себя.

Что привита ему будет оспа без тебя, милая моя Зинуша, это нисколько также не должно тебя беспокоить. Ты знаешь, что оспа ничего не значит и никакой болезни не причиняет. Такой малютка едва ли заметит, что у него есть оспа.

Благодарю тебя, мой милый Николай Дмитриевич, что не скрыл своего нездоровья. Очень доволен Я знать, что его не находят важным и не находят нужным никакого лекарства, Кроме диеты. Я согласен с тем, что это первое и лучшее средство во всякой болезни; и уверен, что ты его употребишь вполне. Здоровье тебе нужно как для себя самого, так для счастья* Зины и, смею сказать, для собственного моего спокойствия; ты Зину слишком любишь, чтоб не поберечь себя.

Марья Казимировна очень совестится и просит прощения у вашей маменьки, что была причиною ее беспокойства, и, как сама увидела после, что по** долгое время, не имея никакого известия после отсылки билетов в сохранную кассу, она боялась, что они потеряны, и была от этой мысли в беспокойстве. Не понимала, что такую сумму, как была ее, банк не всегда имеет в наличности, и должна ждать, чтоб она собрана была.

Накладную я тоже получил; но она нисколько не объясняет, чьи ящики мне привезены и что заключается в том, которого я не вскрывал. Я уже об этом подробно писал, и не для чего повторяться.

Ты боишься, Зинуша, что я утомляюсь ходьбою. Нисколько. Сначала, пока не привык ходить по горам, то делалась одышка, и я медленно должен был всходить по таким крутизнам, где проложены одни маленькие тропинки, и без усталости.

Вчера были именины Марьи Казимировны, и она угощала нас вечерним чаем, гости были м-м Бутович и Сашенька с мужем, Понятовскийй1, Петруша Трубецкой, профессор Селин и я; просидели до 10 1/2 ч. М-м Рейхель, как кажется, поселилась совсем с матерью, и я думаю, останется с нею, когда и муж приедет2; мать очень довольна дочерью и разнежилась к ней. Если с нею не будет папеньки с дочкой, то есть причина ожидать, что жизнь будет продолжаться в согласии.

Коля в день своего рождения получил много подарков, от которых был в большом восторге. Я пришел рано поутру, он стоял на галерее в каске, сабле, с барабаном, и военный его наряд я пополнил палкой с лошадиной головкой. Тут он был уже в полном удовольствии и во всем своем военном наряде разъезжал на новой палочке верхом. Это одно из любимейших его занятий, так, как и Сережи. Чтоб не возбудить зависти, Сереже была подарена такая же палка, и оба были довольны. Саша и Ваня вас целуют, Н[иколай] Р[оманович] жмет вам руки, Федя кланяется, а я вас прижимаю к сердцу.

Христос с вами.

*Вместо зачёркнутого: «спокойствия».

**Окончание слова неразб., возможно: «понапрасну».

ГАИО, ф. 774, оп. 1, д. 86, л. 42-43 об.

1 Понятовский - лицо неустановленное. Возможно, Андрей Степанович (1794-1863), преподаватель математики и греческого языка в Киевском университете.

2 X.Я. Рейхель с дочерью Софьей приехал из Сибири в Киев к тёще в 1857 г., вскоре оставил жену и уехал с дочерью в Тульчин, где в том же году умер. По-видимому, отношения М.К. Юшневской с зятем и внучкой были натянутыми, о чём С.П. Трубецкой пишет также в письме от 13 марта 1858 г.

Page:   1 … 16 17 18 19 20 … 27  

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма декабриста Сергея Петровича Трубецкого (1819-1860).