© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Записочки и письма декабристов к Я.Д. Казимирскому.


Записочки и письма декабристов к Я.Д. Казимирскому.

Posts 1 to 10 of 73

1

Н.Е. Баранова

«За чувства Ваши ко мне радуюсь и торжествую». Плац-майор Я.Д. Казимирский и декабристы

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcwLnVzZXJhcGkuY29tL1ZJaUZoUXp6eWhEZ1kxdkhZY2hFdzdyZjJHRU9kZEZBT2hBVDZnL1FhWkJuVzVmYXRNLmpwZw[/img2]

В 1837 г. в Петровском Заводе умер комендант Нерчинских рудников генерал-лейтенант Станислав Романович Лепарский. В воспоминаниях декабриста Н.В. Басаргина можно прочесть такие сведения: «По смерти генерала Лепарского к оставшимся товарищам нашим назначен был новый комендант, полковник Ребиндер, новый плац-майор Казимирский и другие плац-адъютанты. Прежний плац-майор, полковник Лепарский и прежние офицеры возвратились в Россию, получив большие награды за их службу в Сибири». 

Декабристы, узнав, что состоялось назначение других коменданта и плац-майора, очень беспокоились. Н.А. Бестужев в одном из писем не без тревоги писал: «...не знаем, что будут делать новые начальники, но думаем, что не нажить подобных прежним». Их опасения вскоре развеялись – между новым плац-майором Я.Д. Казимирским и декабристами в первый же год сложились доброжелательные отношения, которые сохранились на долгие годы. М.А. Бестужев писал о Казимирском: «Человек в полном смысле открыто-благородный, заслуживший всеобщую приязнь, несмотря на свой голубой мундир». 

Позже Василий Давыдов напишет в знак признательности Казимирскому: «Вы меня отличили; вы меня полюбили сердцем и душою, меня, бедного изгнанника, который вам не мог пригодиться, наоборот, я мог вас скомпрометировать, помешать вашей карьере; но вы об этом нисколько не думали, и я знаю, что вы никогда не изменитесь ко мне». Как бы ни перемещались географические точки мест пребывания декабристов на карте Сибири, куда бы служба ни заносила Казимирского, связи его с декабристской средой не прерывались. 

Яков Дмитриевич Казимирский происходил из дворян Псковской губернии. Поступил на военную службу из кадетов 2-го кадетского корпуса в 1819 г. В служебных документах Казимирского значится: «...родового и благоприобретённого имения за ним не состоит». Службу проходил во втором пионерном батальоне. В 1821 г. был произведён в подпоручики. В 1822 г. поручик, а далее штабс-капитан и капитан с переводом в гренадерский сапёрный батальон. Находился в действующей армии во время русско-турецкой войны 1828–1829 гг. В 1829 г. за допущенную саперную ошибку под Браиловым был судим и в течение трёх месяцев содержался в крепости. Участвовал в военных действиях в Польше в 1830–1831 гг. За храбрость в сражениях награждён орденом Святого Владимира 4-й степени и золотой полусаблей. 

В 1832 г. «за труды и усердие при построении Виленской крепости получил высочайшее благоволение и единовременную денежную награду в размере 70 рублей». Военная карьера Казимирского кончилась весной 1833 г., когда он был уволен «по домашним обстоятельствам». Недостаточное материальное состояние семьи побудили Казимирского поступить в корпус жандармов. В 1834 г. он был назначен штаб-офицером в Томскую губернию. Затем на него, как на благонадёжного офицера корпуса жандармов пал выбор для назначения на должность плац-майора в Петровский Завод. В инструкции Нерчинского комендантского управления о должности плац-майора говорилось: «при назначении плац-майора дать ему следующий чин. После каждых трёх лет служения…производить в чины до генерал-майора. Жалование плац-майору производить четверное». Ежегодно плац-майору должно было выплачиваться 3120 р. Кроме того, по указу императора Казимирскому должны были выдать единовременное пособие на подъём в размере 4500 р.

В Петровском Заводе Казимирскому была выделена квартира. Чтобы её отапливать и освещать, ему необходимо было: «дров по числу пяти голландских и двух русских печей, полагая в месяц на каждую печь по одному аршину, трёх поленьев (примерно 0,6 м3 – авт.), а свеч по пятнадцати фунтов» (около 6 кг – авт.). Яков Дмитриевич занимается различными хозяйственными делами, связанными с содержанием декабристов в Петровском Заводе. Так, в фондах ГАЗК мы можем встретить его заявки на отпуск дров и свечей в Петровскую Заводскую контору, ведомости, где он указывает точное количество необходимого на месяц:

«В Арестанскую полуказарму по числу 44 голландских печей – в комнатах занимаемых государственными преступниками и сторожами; сверх того, на Главной Гауптвахте 3, на двух боковых кардегариях в каждой по одной, всего по числу сорока девяти голландских печей, полагая на каждую по 2 аршина трёх поленьев (примерно, 1,2 м3 – авт.). На кухню преступников со столовым покоем – по числу 8 печей, полагая на каждую по 1-й сажени трёх поленьев (1,8 м3 – авт.). На баню преступников на три печи, полагая на каждую по 1 аршину трёх поленьев. Свеч: на главную Гауптвахту: на две комнаты, одни сени и на две боковых кардегардии, всего по числу 5 комнат, полагая на каждую в месяц по 60 свеч. Для 10 отделений, в коридоры сторожам – по 60 свечей в месяц. Для 30 государственных преступников, полагая на каждого по 30 свечей в месяц».

В Петровском Заводе декабристы обращались к Казимирскому с различными просьбами, часто доверяя ему что-то сокровенное. Якубович, прося Казимирского посодействовать встрече с человеком, от которого он мог узнать новости о семье, пишет: «...кого только уважаешь, к тому обращаешься с подобной откровенностью...». 

Вадковский просит посодействовать в розыгрыше: «Милостивый государь! Яков Дмитриевич! Несколько лет сряду я встречаю Новый год в семействе Трубецких. И сегодня они меня приглашали, но я отозвался, что нездоров, желая их обмануть, и придти неожиданно. Поэтому, позвольте надеяться, что Вы мне не откажите в позволении выдти из каземата в 6 часов, и, против порядка и обыкновения, пробыть у княгини Трубецкой до 12 часов». 

Обращались к Казимирскому с просьбами хозяйственного характера, например, Н.А. Бестужев просил его о разрешении навозить на двор назёму для раннего парничка, который он всегда заводил в начале марта. Постепенно Казимирский стал осознавать, что испытывает большую близость, духовную и идейную, к тем, за кем ему вменялось надзирать, нежели к тем, кому служил, кому был подотчётен. Сергей Трубецкой пишет о нём: «Добрый друг, который всегда и во всех случаях доказывает нам неизменную дружбу». Со временем общение между декабристами и Казимирским становилось тесным, дружественным. 

После того как он был 28 июля 1839 г. отправлен из Петровского Завода к генерал-губернатору Восточной Сибири для назначения на другое место службы, связи с декабристами не прекратились. Казимирский вёл переписку с декабристами, где обсуждал важнейшие политические проблемы. Когда выпадал случай, он отправлял декабристам гостинцы. В одном из писем Давыдов благодарит Казимирского за посылку: «Как Вы добры... Не только подумали о старом гастрономе, но сами ездили, трудились, выбирали, покупали. Жена и дети благодарят за яблоки – прекрасные! Сельди очень вкусны, но судак – верх совершенства: точно, что только из воды вытащили». Иван Пущин в письме благодарит его за присланную книгу «Открытый Китай»: «Буду хранить эту книгу как новое доказательство доброй Вашей памяти обо мне». 

Декабристы не забывали Якова Дмитриевича. Митьков отправлял Казимирскому московские калачи, советуя перед употреблением поставить их в печку, с тем, чтобы они стали как свежие. Волконский в 1850 г., узнав, что Казимирский нуждался в картофеле, отправил ему из Иркутска 2 мешочка картофеля, один крупного выбора, другой чередовой. Казимирский обладал литературным даром, мечтал написать записки.

В письме Трубецкому он делится своими планами: «У меня родилась мысль и какая? Вот уж не догадаетесь! Я хочу написать записки Нерчинского плац-майора в 1838–1839 гг. о бывших государственных преступниках!!! Никто, кроме меня, не может и не имеет права писать о вас... Я надеюсь писать как следует, но сперва хочу знать, будут ли довольны тем мои петровские друзья?.. Я готовлю план. Мысль недурна и велика! Вас не знают до сих пор. Вас считают совсем ошибочно, надобно вас показать, как вы есть и чем были. Вы принадлежите истории, а кроме меня некому описывать вас».

Но его мечтам и планам не суждено было сбыться. В 1858 г. Казимирский был поражён ударом – левая сторона разбита, 6 недель он был в тяжёлом состоянии, несколько дней был без памяти. Врачи опасались повторения удара и настоятельно требовали изменений условий жизни. В январе 1859 г. Казимирскому стало немного лучше. Через полгода А.В. Поджио сообщал Трубецкому, что Казимирский полностью пришёл в себя, сам пишет письма. Но последствия удара всё же сказались на здоровье. К концу 1859 г. он ослаб. В начале марта 1860 г. Казимирского не стало.  Его похоронили в Омске на Бутырском кладбище.

Связь с декабристами в политическом смысле была опасной. Маловероятно, что она, непрерывная на протяжении десятилетий, осталась незамеченной в высших инстанциях. Казимирский стал своеобразным заложником этой связи. Его пожизненным уделом явилось пребывание в Сибири. Многократные его ходатайства об изменении места службы неизменно отклонялись. Но, несмотря на все трудности, Казимирский гордился дружбой с декабристами: «За чувства ваши ко мне радуюсь и торжествую!».

Декабристы высоко ценили Казимирского и его дружбу. Батеньков сообщает: «Товарищи мои по положению между людьми все единогласно уважают вас и любят: имели случай испытывать на деле всю доброту вашей души». Декабристы между собой писали о Казимирском, что он «вполне наш», а многие считали его братом. Собственную же роль в жизни декабристов Казимирский оценивал очень скромно. Его служебное положение вызывало у него чувство горечи: «...я есть клочок главной идеи Николая..., но... меня поддерживает мысль, что я, представляя сей клочок, повернул его в другую сторону, смягчил его и умел выразить в нём нечто хорошее...»

2

М.Ф. Митьков - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTEwLnVzZXJhcGkuY29tLzFrRTkyQVQ0eDJkeUFUc3hJMWdqaUFvODdHZnpoM1Y3NTJJX1ZnLy1iYWFsd0dlTFVzLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTU2LnVzZXJhcGkuY29tL0FseXFXcnFEbjJKS0Y0T29zSFdPUzlWRU1xZ1gxRFlEeURxWWlRLzRUOXNIY2FUeVBnLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTU2LnVzZXJhcGkuY29tL0Z6VjNNek1ZNTU2R2NYZkxzUTdUdkZ0dnJXVkdrQWpxSjc0c3BnL3UtcUdpekZsWU44LmpwZw[/img2]

[Красноярск], 1 февраля 1849 г.

Почтенный и любезный Яков Дмитриевич. Мне сказали, что сего дня Евгений Петрович1 отъезжает в Иркутск. Не могу пропустить этого случая, не сказав Вам несколько слов. Я радовался за Вас, узнав от Василия Львовича2, что Вы с начальником находитесь в лучших отношениях. Это так и должно быть. Я был уверен, судя по слухам, о достоинствах Ник[олая] Ник[олаевича]3, что он будет уметь Вас оценить. Сердечно сожалею только о том, что здоровье Александры Семёновны не улучшается и что милая Сашинька также, было, прихворнула. Это для меня очень прискорбно было слышать. Я надеюсь, что Вы меня уже столько знаете, что не будете сумневаться в моём живейшем участии относительно Вас и Вашего семейства. Душевно желаю, чтобы письмо моё застало вас всех в добром здравье, о чём прошу Бога милосердного, подателя всех благ.

О себе скажу Вам, что я почти в том же положении, как и был, только одышка ещё усилилась и не позволяет мне выезжать. Вас[илий] Льв[ович] меня посещает по-прежнему и Алек[сандра] Ив[ановна]4 посетила меня на днях. Мой образ жизни, согласный с моим положением, всё тот же, что и был: я всегда чем-нибудь занят, и потому, несмотря на моё болезненное состояние, не скучаю; а кончина здешней жизни мне представляется, уповая на благость Всевышнего, как успокоительный сон, после которого пробуждение будет в будущей жизни.

При сем посылаю Вам московских калачей. Прошу кушать на здоровье. Брат5 пишет, что перед употреблением надобно их ставить в печку, и они будут как свежие. Прошу Вас, почтенный Яков Дмитриевич, передать от меня самое усердное душевное приветствие Александре Семёновне, а милую Сашиньку за меня поцеловать.

Простите. Дружески Вас обнимаю и прошу Вас выразить мне дружбу Вашу с чувством душевного уважения и сердечной привязанности, к Вам пребуду

всегда Вам преданный

Михайло Митьков

ККМ, о/ф 7892/1303 - 94. Подлинник.

Публикуется впервые.

1 Ледантю Евгений Петрович - штабс-капитан строительного отряда путей сообщения, брат К.П. Ивашевой - жены декабриста В.П. Ивашева. В 1835 году был командирован в Нерчинский округ, где проводил изыскательские работы, связанные с постройкой Кругобайкальской дороги. Бывал в Петровском Заводе. С 1848 года находился на службе в Красноярске в качестве архитектора. Его дети - Евгений и Ольга учились в домашней школе В.Л. и А.И. Давыдовых.

2 Давыдов Василий Львович (1793-1855) - отставной полковник. Участник Отечественной войны 1812 года, был адъютантом князя Багратиона. Член Союза благоденствия с 1820 года и один из руководителей Южного общества. Ближайший единомышленник П.И. Пестеля, возглавивший в 1823 году Каменскую управу тайного общества.

В Каменке, родовом имении В.Л. Давыдова, проходили съезды членов Южного общества, здесь же несколько месяцев гостил А.С. Пушкин.

Осуждён по I разряду и приговорён к пожизненной каторге, в марте 1826 года срок сокращён до 20 лет, в 1835 году - до 13.

Каторгу отбывал в Благодатском руднике, Чите и Петровском Заводе. С 1839 года находился на поселении в Красноярске, где и умер.

Дом В.Л. Давыдова в Красноярске на долгие годы стал культурным центром города. В нём был образован литературный кружок, привлекавший передовую общественность города, домашний класс, в котором Давыдов и его друзья-декабристы М.Ф. Митьков и М.М. Спиридов вели преподавание. Сам В.Л. Давыдов известен как автор нескольких стихотворных импровизаций, проникнутых антисамодержавным духом, из которыми наиболее известными являются "Николосарос", "Однажды серенький паук", "Жил коллежский регистратор" и другие.

3 Речь идёт о Муравьёве Николае Николаевиче (1809-1881), генерал-губернаторе и командующем войсками Восточной Сибири в 1847-1861 годах, графе Амурском с 1858 года.

Известен был некоторым либерализмом в отношении к политическим ссыльным Сибири, в том числе и декабристам. Эта черта в деятельности Муравьёва вызвала благожелательные оценки со стороны П.А. Кропоткина и М.А. Бакунина. В то же время в "Колоколе", издававшемся в Лондоне А.И. Герценом, были помещены письма М.В. Буташевича-Петрашевского и декабриста Д.И. Завалишина, характеризующие Н.Н. Муравьёва как диктатора и самодура.

4 Давыдова (урождённая Потапова) Александра Ивановна (1802-1895) - жена декабриста В.Л. Давыдова, последовавшая за ним в Сибирь в 1828 году. Выехала с семьёй из Красноярска в 1856 году.

5 Митьков Платон Фотиевич - брат декабриста по отцу, майор, служивший в Московском отделении военных кантонистов. В течение всех лет проживания М.Ф. Митькова в Красноярске между братьями поддерживалась переписка. Платон Фотиевич присылал изгнаннику всё необходимое для безбедного существования: одежду, продукты, московские газеты и журналы, книги и медикаменты.

3

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому*

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTI4LnVzZXJhcGkuY29tL2xuWTlITDN6T0hRVG56eDRTdkZoeVlEbWcxNXJWc3VXZDNNWTNRL3N1M0w2bWswSUtrLmpwZw[/img2]

[Красноярск, 1842 - 1843 гг.]

Я имел честь прийти к Вам сегодня утром, полковник, с прошением, но Вас не было. Я осмеливаюсь послать Вам маленькую записку о бедном Петине**1, о котором говорил Вам несколько дней назад. Будьте так добры посмотреть, можете ли Вы что-нибудь для него, он очень несчастен. Я от Вас ничего не требую и не молю, потому что знаю Ваше сердце и убеждён, что Вы с радостью воспользуетесь случаем сделать доброе несчастному без всяких претензий.

Если завтра не будет в городе ни бала, ни официального вечера, сможете Вы доставить нам удовольствие придти к нам?

Верьте огромному уважению и искренней дружбе преданного Вам Давыдова***.

Прошу выразить моё почтение Александре Семёновне****.

* Письмо на французском языке.

** Фамилия написана по-русски.

*** Фамилия написана по-русски.

**** Имя и отчество по-русски.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 56. Подлинник. Полностью публикуется впервые.

1 Петин Василий Николаевич (1800-1852) - декабрист, поручик Черниговского пехотного полка, командир II гренадерской роты. Участник восстания Черниговского полка. Разжалован судом в рядовые и определён в 1827 году в Красноярский гарнизонный батальон. В 1844 году уволен со службы по домашним обстоятельствам. Поселился в Иркутске, а с 1846 года - в деревне Петровка Тамбовской губернии.

4

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTI5LnVzZXJhcGkuY29tL0o3LVJBR0dqS09TbnJ0ejJzOUZKbW9rWlBJdnVKZUJ0d3ZLWmtRL0JNc01PQ1g2aTNJLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcyLnVzZXJhcGkuY29tL1R4cUpKU01nTVZLSHEyTXdiN1FWODVqSTF0RjVDZ1JVemFtT2tnL0lMbXpvb1dRUUpRLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIwLnVzZXJhcGkuY29tL1p5dDBzbi1CUWJBcXU4MkdGSkhaUG53TVZTZkdYSVlOSmFRRHhBL0RiMm1qQ1pXaFh3LmpwZw[/img2]

[Красноярск], 5-го января 1847 г.

Я никогда не смог бы выразить Вам, как мы опечалены и обеспокоены Вашим ужасным положением, достойный и уважаемый друг! Моя жена и я очень хорошо понимаем, что беспокойства, которые приходится испытывать бедной Александре Семёновне, должны были Вас очень терзать, и это может только задержать Ваше полное выздоровление. Я адресую Вам это письмо ещё в Омск, моля, однако, небо, чтобы оно Вас там не застало. Но хорошо ли Вы сделаете, поехав до восстановления Ваших сил? С другой стороны, я боюсь, что беспокойное нетерпение, которое Вас мучает, не помешало бы Вашему полному выздоровлению*.

Вот это-то меня и мучает; не знаешь, что желать, что советовать! Усердно молим мы Бога всем семейством, чтобы помог Вам и порадовал нас, Ваших искреннейших и преданнейших друзей.

Мы начали праздники и скучно и грустно; мне жаль было своей Саши1, у которой нет ни подруг теперь, ни малейшего развлечения. Вдруг 28 числа без зову, семейство Зубаревых2, (Vous savez par Besobr[asoff]3 que Dm. El. a voulu absolument se remettre bien avec moi et a fait tous les premiers pas pour cela)** за ними Василевские4, Ledentu5 с женою, Лессинг6 с женою, Каверины7 нагрянули к нам, а за ними Бурнашев8, Кандауров9, Шумахер10 и английский турист, преинтересный оригинал11. Алексей Павлович привёл музыку (Musiciens juifs ambulants)***, и танцы продолжались до третьего часа; а я между тем успел приготовить изрядный ужин и Саша моя повеселилась. Потом танцевали у Кавериных; накануне Нового года у Зубаревых; - но мне от этого не веселее, как Вы и сами догадываетесь.

Сплетней у нас бездна, дуются друг на друга за процесс, проигранный Голубковым и комп[анией]12: ругают друг друга, подкапываются друг под друга и проч[ее], - из этого Вы видите, что дружелюбие не оживляет нашего красноярского общества. Что всего смешнее, Малев[инский]13, Дренев[ич]14, Бенар[даки]15 перестали ко мне ездить за Безобразова и мир с Зубаревым. Умора! Один Дм[итрий] Фёд[орович]16 не изменился ко мне... Не знаю, что будет вперёд. Ришье17 приехал сюда на несколько дней, - зачем? В точности не знаю, может быть, так, от скуки и для собирания кое-каких должков. Малев[инский], Дреневич уехали: Красноярск наш всё пустеет, но для меня он сделался совершенно пуст с того дня, как Вы его оставили.

Дети у нас хворали; теперь, слава Богу, все мы здоровы. Снег, наконец, покрыл наши улицы и даже площадь; сообщение сделалось удобнее, но к кому ездить? Я забыл Вам сказать, что Дм[итрий] Елис[еевич] поселился в доме, который Вы занимали с семейством. Зачем Вы, добрый незабвенный друг наш, не занимаете ещё его! Обнимаю Вас с чувством беспредельной и неизменной дружбы; да услышит Бог молитвы наши о Вас и любимых Вами! Жена моя от глубины сердца посылает Вам истинно дружеский привет, деточки усердно Вам кланяются.

Всем сердцем Вам преданный

В. Давыдов.

Мих[аил] Матв[еевич]18 и Михаил Фотич19 свидетельствуют Вам почтение, помнят Ваше благорасположение к ним с сердечной благодарностью и просят Вас не забывать их.

* Абзац - по-французски.

** Вы знаете через Безобр[азова], что Дм[итрий] Ел[исеевич] хотел во что бы то ни стало примириться со мной и предпринял первые шаги к этому.

*** Странствующие евреи-музыканты.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 50. Подлинник. Полностью публикуется впервые.

1 Давыдова Александра Васильевна (1831-1917/1918) - дочь Давыдовых, родившаяся в Петровском Заводе.

2 Зубарев Дмитрий Елисеевич - чиновник Алтайского горного правления, приехавший в Красноярск в 1844 году на службу по золотым приискам.

3 Безобразов Михаил Александрович - статский советник, старший чиновник II отдела канцелярии, командированный в Енисейское губернское правление; владелец паев на золотых приисках. Был в дружеских отношениях с декабристами.

4 Васильевский Рафаил Васильевич - красноярский купец.

5 - Ледантю Евгений Петрович - штабс-капитан строительного отряда путей сообщения, брат К.П. Ивашевой - жены декабриста В.П. Ивашева.

6 Лессинг Фёдор Карлович (? - 1862) - управляющий делами Алтайско-Саянского золотопромышленного товарищества, врач. В Красноярске прожил 15 лет. Помимо занятий врачебной деятельностью, разрабатывал золотой прииск, переданный позднее компании золотопромышленников Рязанова. Вместе с декабристами братьями Беляевыми проводил барометрические измерения Саянских гор, вёл метеорологические наблюдения. Был в дружеских отношениях с Давыдовым.

7 Каверин Алексей Павлович - жандармский штабс-офицер, командированный в Енисейскую губернию для сопровождения партий рабочих на золотые прииски.

8 Бурнашев Николай Фёдорович - подпоручик, член строительной комиссии при Енисейском губернском правлении.

9 Кандауров Михаил Игнатьевич - судейский чиновник в Красноярске.

10 Шумахер Пётр Васильевич (1817-1891) - поэт-сатирик. До переезда в Красноярск, где он служил управляющим приисками у золотопромышленника Базилевского, служил в Москве и Петербурге в Военном ведомстве и Министерстве финансов. В 1860-е годы состоял чиновником особых поручений при генерал-губернаторе Восточной Сибири Н.Н. Муравьёве.

Принимал активное участие в местной общественной и литературной жизни. Его сатирические стихи, ходившие в рукописях, высмеивающие золотопромышленников, пороки местного общества, были известны среди жителей Красноярска. Особенно широкую известность получило его стихотворение про куцую "свободу", дарованную царём крестьянам, - "Тятька, эвон что народу собралось у кабака!". В 1902 году в Москве вышел его сборник под названием "Стихи и песни". Автор нескольких статей об истории освоения Амура: "К истории приобретения Амура", "Первые русские поселения на сибирском Востоке".

Участник литературных бесед у В.Л. Давыдова.

11 Англичанин Гиль, совершавший поездку по Сибири в 1847-1848 годах.

12 В 1840 году золотопромышленник Платон Васильевич Голубков заявил прииск по реке Актолик, получивший название Платоновского. Купец и золотопромышленник Иван Григорьевич Рязанов пытался доказать, что об этом прииске его служащие заявили ещё в 1839 году. Возникла тяжба, тянувшаяся несколько лет. В итоге ходатайство Рязанова было отклонено.

13 Малевинский Николай Иванович - управляющий откупом у золотопромышленника Базилевского в Канском округе Енисейской губернии. Позднее, владелец нескольких приисков в губернии - Отрадного, Ольгинского и др.

14 Правильно: Дриневич - откупщик и золотопромышленник.

15 Бенардаки Дмитрий Егорович (? - 1870) - сибирский золотопромышленник, владелец золотых приисков в Енисейской губернии и глава компании "Бенардаки и Ко"; с 1855 года ему принадлежал винный откуп в Восточной Сибири.

16 Ездаков Дмитрий Фёдорович - отставной титулярный советник, комиссионер по откупам и золотопромышленник, компаньон И.Г. Рязанова. Был в дружеских отношениях с декабристами, живущими в Красноярске, особенно с В.Л. Давыдовым.

17 Ришье (? - 1854) - француз, постоянно живший в Иркутске, где и умер. Инженер и предприниматель.

18 Спиридов Михаил Матвеевич (1796-1854) - декабрист, майор Пензенского пехотного полка, участник Отечественной войны 1812 года. Член Общества соединённых славян. Приговорён к смертной казни, замененной 20 годами каторги. С 1839 года находился на поселении в Красноярске. Чтобы иметь средства к существованию, занимался сельским хозяйством на хуторе Дрокино, возле Красноярска. Там и умер.

19 Митьков Михаил Фотиевич (1791-1849) - декабрист, полковник лейб-гвардии Финляндского полка. Участник Отечественной войны 1812 года. Член Северного общества с 1821 года. Осуждён по II разряду и приговорён к каторжным работам на 20 лет. В августе 1826 года срок сокращён до 15 лет. В 1826 году отправлен в Свеаборгскую крепость, оттуда в Свартгольмскую, в 1828 году в Кексгольмскую, откуда поступил в Читинский острог. В 1830 году прибыл в Петровский Завод. В 1832 году срок каторги сокращён до 10 лет. С 1835 года находился на поселении в Иркутской губернии, с 1836 года - в Красноярске, где и умер.

В течение десяти лет поселения в Красноярске вёл метеорологические наблюдения, которые после его смерти вошли в "Свод наблюдений, произведённых в Главной физической и подчинённых ей обсерваториях за 1864 год" и климатологический атлас, составленный директором Главной физической обсерватории Вильдом и вышедший в 1881 году. Наблюдения декабриста были разосланы всем метеорологическим и астрофизическим обсерваториям, анализировались выдающимся русским климатологом А.И. Воейковым, став, таким образом, достоянием мировой геофизики.

5

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому*

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTEwLnVzZXJhcGkuY29tLzFnZGF3elY0NUlITEo3dGlpWjV5Y3E5UkhMdzFwTEZYYmw0Q0h3L1RJS2NTdlVfRXdBLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTkudXNlcmFwaS5jb20vYlFxVG8wSHhPZFpUUHpOTWU0Tk9fbUp0dlpBRllXNWkyVFRJRXcvVUtjVWF1M2U5dm8uanBn[/img2]

[Красноярск], 14 марта 1847 г.

Вот Вы, наконец, и приехали в Казань, дорогой, достойный и уважаемый друг! Как мы были счастливы узнать, что Ваша очаровательная малютка1 была в полном и добром здравии! Я надеюсь, что Александра Семёновна оправилась уже от своего нездоровья так же, как и Ваша свояченица, мы просим об этом небо искренно и от всего сердца. Вы очень хорошо сделали, написав мне из Казани, так как я уже очень беспокоился, не получая известий от Вас. Какое путешествие, Великий Боже! И как оно должно было Вам наскучить и Вас утомить, особенно Ваших дам. Что Вас ждёт в Петербурге и сколько времени Вы останетесь там? Будет ли у вас повод похвалиться этой маленькой поездкой? Я горю желанием узнать всё, что Вас касается.

Поверьте мне, у Вас нет сердца более преданного, чем моё, и навсегда. Я не знаю, застанет ли Вас это письмо в Петербурге или Вы его прочтёте только по возвращении Вашем в Казань. Оно Вам докажет, как всегда, что писать Вам и разговаривать с Вами для меня сердечная радость, впрочем, я надеюсь, что Вы не сомневаетесь в моей неизменной дружбе и преданности Вам**.

Я поздравлял Александру Семёновну со днём её ангела, - Вас поздравляю с двумя дорогими именинницами и с днём рождения ангельчика Вашего. Дай Бог им здоровья, счастья и всевозможных благ! Нового у нас ничего нет***, а от Вас мы новостей ожидаем: если это письмо застанет Вас в П[етер]бурге, похлопочите, добрый мой Яков Дмитриевич, обо мне у моих.

Мих[аил] Фотич и Мих[аил] Матв[еевич] свидетельствуют Вам своё почтение - я Вас от всего сердца и как истинный и преданный друг обнимаю. Будьте благополучны.

Уважающий и любящий Вас всем сердцем

В. Давыдов

* Письмо на французском языке.

** Далее по-русски.

*** Кроме того, что я сообщал Александре Семёновне. (Приписка по-русски в конце письма).

ККМ, о/ф 7892/1303 - 51. Подлинник. Публикуется впервые.

1 Казимирская Александра Яковлевна - дочь Я.Д. Казимирского, родившаяся в 1843 году.

6

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIwLnVzZXJhcGkuY29tL0FBOWdKQXpwOU56UjJXU21wY3pFcndjY1hLeWZWNlF2T2JOd0dBL0ZZVUYwd19iWFVNLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTE1LnVzZXJhcGkuY29tL1A5aEduNFA2SmR1Mmc3M21LbWhvTmtHVDJIbUxmVXRuX0Nwdm1nL3ZnT01GdG9UcG40LmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTkudXNlcmFwaS5jb20vSE5yYVI0VldScWlZTDZob0hhZnhZR0VFTjRfLVYzX3VlRFdHRmcvLVFYM2NLbjBCTzQuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTU2LnVzZXJhcGkuY29tL1FmQWxVQl9ZT3d3M0ZzYlliNkFyT25NR0JwNUtoUHNsRzBMMm1BL25oUGJhYUo0QldFLmpwZw[/img2]

[Красноярск], 14 ноября 1847 г.

Грусть и тоска - вот что осталось мне, добрый, незабвенный мой Яков Дмитриевич, после отъезда Вашего. Короткое пребывание Ваше с нами и драгоценная Ваша дружба избаловали меня. Ничего теперь не может расшевелить старика, преданного и неизменного друга Вашего; я совсем осиротел. Два раза выезжал я на вечер, чтобы доставить Саше моей удовольствие потанцевать у Клейменовых1 и Ledentu, и мне ещё грустнее было в эти два вечера; я вспомнил, как мы ездили с Вами en famille*. Неужели не возвратится никогда это счастливое время? Неужели не увижу ещё Вас? Не хочу верить этому; это слишком тяжело будет моему сердцу.

Мы, по желанию Вашему, отслужили молебен и от всей души молили Бога о Вас, Александре Семёновне и милой Сашурочке вашей. Да услышит он, милосердный, молитвы наши! Дай Бог, чтоб Вы доехали и скоро и благополучно и застали своих в совершенном здоровьи; я надеюсь, что Вы не замедлите уведомить нас обо всём вскоре по приезде Вашем. Мы, благодаря Бога, довольно здоровы; вчера только начались холода у нас: сегодня 24 град[уса] мороза и Енисей, наконец, стал; но снегу нет, и мы ездим на колёсах. Безобразов, кажется, выедет дней через пять или семь. Он попрежнему бывает у нас, но чаще обедает у Д[митрия] Е[лисеевича]. Хоть он танцевал напропалую у Кл[ейменовых] и Led[entu], но очень невесел**.

Он танцевал из любезности, особенно для нас, но известие о неожиданном появлении холеры в Петербурге, кажется, сильно поразило его. Вы догадываетесь, что мы тоже очень обеспокоены, молите Бога за нас, дорогой и достойный друг, так же, как и мы молимся за Вас и за всех тех, кто Вам дорог.

Не могу сообщить Вам ничего интересного о нашем добром городе, все там в том же состоянии, в каком Вы его оставили. Вы знаете, что разнообразие не является сильным местом Красноярска. Конечно, в городе достаточно сплетен, но они не доходят до меня и не могут Вас интересовать больше, чем нас***.

Буду с нетерпением ожидать первого письма Вашего, а покаместь обнимаю Вас как истинного, глубокоуважаемого друга, как родного, как брата, и от всего сердца целую ручки у Александры Семёновны. Жена моя посылает Вам сердечный, дружеский поклон и от души целует Александру Семёновну и Сашурочку, которую и за меня прошу поцеловать. Все дети мои Вам кланяются и все жалеют, что Вас уже нет с нами. Прощайте, почтенный, достойный друг мой. Да хранит вас всех господь Бог!

Преданный Вам душою

В. Давыдов

P. S. Дней пять после отъезда Вашего я получил от М.М. Спиридова записку, в которой он просил уведомить его, когда Вы едете!!! Вообразите, что я его не видал с тех пор, как он при Вас уехал в своё глухое Дрокино2. Мих[аил] Фот[ич] опять страдал 4 дня3. Он свидетельствует Вам своё почтение. Сделайте милость, поклонитесь от нас всем подряд.

* Семьёй.

** Далее по-французски.

*** Далее по-русски.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 53. Подлинник. Публикуется впервые.

1 Клейменов Василий Васильевич - подполковник корпуса горных инженеров; в 1846 году приехал в Красноярск в качестве горного ревизора Енисейских золотых приисков.

2 Дрокино - небольшой хутор в 12 верстах от Красноярска, где М.М. Спиридовым было устроено образцовое хозяйство. Увеличив свой надел путём аренды до 40 десятин (сеял пшеницу, выращивал овощи, табак), поставлял сельскохозяйственные продукты енисейским золотопромышленникам.

3 Митьков М.Ф. в указываемый период был болен туберкулёзом.

7

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTY3LnVzZXJhcGkuY29tL3JaTWljMzdBQjNmTG5FclVTRExLTk1DZjdGOWJFQkhpQlZrRXl3L0xBY29Qc3JIQzZBLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIudXNlcmFwaS5jb20vUF9IZTVmVTVLMmtwSUNxRFh4aEFuejQ5SVRzWjE1VVZEekNoWncvV3ZHVmlrYlhnTXcuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTUudXNlcmFwaS5jb20vODVualc0cnM1NTFNOXQ3OUNqV2tXRUZIc3kxeHZFb3ZlTjNiOHcvUDdqZnFtbF9RVkkuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQ2LnVzZXJhcGkuY29tLzVPOFIzOFI4M1ZydTV3c0xfbGpHV2E2WGRQUnQwREVLbzdERXVBL2x0c25vMTJLZ01jLmpwZw[/img2]

[Красноярск], 29 ноября 1847 г.

Благодарю Бога, добрый, достойнейший друг мой Яков Дмитриевич, что Вам лучше. Благодарю и Вас, что вздумали Вы написать к нам. Мы уже знали, что Вы занемогли в Томске, и Вы можете представить себе, в каком мы были беспокойстве: что бы ещё было с нами, если бы Вы не написали? Но я не одобряю Вас, что Вы спешите оставить Томск; надобно бы совсем оправиться, прежде чем пускаться в столь дальний путь и в такое время года; но Бог услышит молитвы истинных преданнейших друзей Ваших, и я твёрдо надеюсь, что Вы приедете благополучно и найдёте близких сердцу Вашему в добром здоровьи.

Мне не нравится одно в письме Вашем: Вы всё ещё очень расстроены морально; оно мне понятно, но не должно унывать и оставлять надежду на милосердие Божие. Он один - истинная подпора нам в этой жизни и никогда не оставляет уповающих на него. И мы теперь в горе: Алёша1 наш очень нездоров; грудь у бедненького заложило, кашляет и почти грудь не берёт. Жена замучилась, ночи не спит и беспокоится, и тоскует. Соня2 и Верочка3 тоже сильно кашляют. Почти во всех семействах жалуются на ту же болезнь детей. Писем давно не имел я из Москвы; из Петербурга от дочерей получил, а от сыновей ни слова по сю пору!4 Не знаю, что и думать. Спасибо ещё Агнессе Петровне5, что написала к мужу своему, что они здоровы: она их видела. Мих[аила] Александровича6 Вы видели; стало быть, знаете, что Дм[итрию] Елис[еевичу] вздумалось сблизиться со мною и что он первый приехал ко мне обедать. Tout cela nemenera a rien et nous n'en serons pas plus lies, comme vous le devinez bien*.

Здесь все в ожидании ген[ерал]-губер[натора]:7 кто ждёт со страхом, кто - но это меньшее число - с надеждой. Решение дела Голубкова и Резанова8 возродило негодование целого города; так как я совсем не знаю, кто прав, кто виноват, то по мне совершенно всё равно - и всё это до меня не касается.

С отъезда Вашего я М.М. Спиридова не видал: что делает он в Дрокине? Не ведаю. Бедный Мих[аил] Фотич был очень нездоров; теперь поправился - как он поправляется: т. е. остался при обыкновенных своих страданиях и сделался ещё слабее. Я почти никого не вижу, кроме Ал[ексея] П[авловича] и Ездакова9, да изредка Ledentu бывает у меня и обыкновенные воскресные и праздничные визиты.

Поминутно вспоминаем мы Ваше пребывание здесь и, признаюсь без стыда, частенько слёзы навёртываются на глаза мои: где мне найти такого друга, как Вы? Что Вы с нами сделали? Зачем приезжали? Зачем полюбили нас? Неужели тем и кончится дружба наша и никогда не увижу я Вас и не удастся более пожить с Вами? Эта мысль наводит на меня такую грусть, что пересказать Вам не могу. Читаю и перечитываю письмо Ваше и не знаю, как благодарить Вас за чувства, которыми исполнено оно. Спасибо Вам, незабвенный, многоуважаемый друг мой: если ничем другим, то беспредельною, глубокою привязанностью, любовью и уважением к Вам я несколько достоин чувств этих. Дети мои о Вас всякий день вспоминают, а мы с женою не один раз в день говорим о Вас. Она от всего сердца Вам и Александре Семёновне кланяется и крепко целует Сашурочку милую. Я Вас обнимаю как друга, как родного, как брата. Будьте здоровы все, благополучны. Я о вас усердно молю Бога.

Пишите. Вы знаете,

дороги ли мне письма Ваши.

Навсегда Вам душевно преданный

В. Давыдов

P. S. Когда Максимович10 выехал из Томска? Его приезд в Москву и Петербург очень интересует меня.

* Всё это не приведёт ни к чему, и мы не станем более близкими, как Вы хорошо догадываетесь.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 54. Подлинник. Полностью публикуется впервые.

1 Давыдов Алексей Васильевич (1847-1909) - единственный из сыновей Давыдовых, не отданный в кадетский корпус после принятия декабристом предложения правительства о помещении родившихся в Сибири детей в казённые учебные заведения. В 1862 году поступил в Лицей.

2 Давыдова Софья Васильевна, родилась в 1840 году.

3 Давыдова Вера Васильевна (1843-1925?). Была очень способна в рисовании и музыке.

4 У Давыдовых в России осталось шестеро детей.

5 Засульская Агнесса Петровна - жена красноярского исправника Т.А. Засульского.

6 Безобразов М.А. См. прим. 3 к письму от 5 янв. 1847 г.

7 Речь идёт о Муравьёве Николае Николаевиче (1809-1881), генерал-губернаторе и командующем войсками Восточной Сибири в 1847-1861 годах, графе Амурском с 1858 года.

8 См. прим. 12 к письму от 5 янв. 1847 г.

9 См. прим. 16 к письму от 5 янв. 1847 г.

10 Максимович - генерал-майор, командир одного из полков, квартировавшего под Красноярском.

8

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTY1LnVzZXJhcGkuY29tL1B6dzJ5TnJlc1pocVljcFBmaC0ydktaSWl4R3ZQLU5zN3Z6a2F3L0swMEh3aEdPUVlBLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTEwLnVzZXJhcGkuY29tLzEtSkpMX29rck9LczQzMmUxeVlCbGhnNV9adXN3NUVwanZKUWFnL1ZOaFB1YzZ2c3NRLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcyLnVzZXJhcGkuY29tL0p5WWY5dlQyVEk3NTJfMUoyUkdzNFVWQmpONXZDT1kzNTY5QnlnL1NvemF3cmE0aHRJLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTM3LnVzZXJhcGkuY29tL29Ia0tNcnI1NXgweDNyNExmc2N2Um1zbmVYWDA5ZmVXSmpNQ1h3LzVnd1kwWXlIMk5JLmpwZw[/img2]

[Красноярск], 18 декабря 1847 г.

Дорогой и уважаемый друг! Я с живым нетерпением ожидал Ваше второе письмо из Томска, так как некто, прибывший оттуда, сообщил мне, что Вы не оставили этот город в день, назначенный для Вашего отъезда. К несчастью, это письмо далеко от того, чтобы меня успокоить на Ваш счёт, хотя Вы меня заверяете в Вашем решении выехать 4-го числа этого месяца. Вы не поправитесь окончательно, сделать тысячу вёрст в это время года плохое средство для того, чтобы совершенно поправиться. Счастье, что Штубендорф1 будет с Вами; это столь же ловкий, сколько и хороший человек, я надеюсь, что он хорошо будет ухаживать за Вами в дороге и Вы благополучно доберётесь.

Я горячо молю Бога и вся моя семья молится со мной о том, чтобы Вы поскорее прибыли в Казань и в добром здоровье. Я уверен, что в лоне Вашей семьи Вы окончательно поправитесь и что скоро не останется ни малейшего следа от Вашей болезни. Ваши беспокойства и Ваши опасения за существа столь любимые являются причиной Ваших страданий гораздо больше, чем простуда и расстройство желудка; одним словом Ваша болезнь была скорее душевной, чем телесной. Добрая Александра Семёновна и Ваша дорогая Сашурочка Вас скоро поправят*.

Как женя моя и я счастливы будем, когда получим от Вас радостное письмо из Казани! Как мы будем благодарить Бога! Нет дня, чтобы мы о Вас не вспоминали, не говорили и не жалели. Верите ли, что Красноярск мне кажется совсем другим с тех пор, как Вы нас оставили. Какая-то пустыня и какая ещё! В физическом и моральном смысле. Но зачем мне говорить о моей беспредельной дружбе к Вам? Я знаю, я вижу, что Вы в ней совершенно уверены, и за это благодарю Вас всем сердцем. Вы говорите о поездке Вашей на воды, а я думаю, надеюсь, что она не нужна Вам будет: Казань и семейство всё поправят. Из Омска верно, Вы ещё напишете к нам; дай Бог, чтобы Ваше письмо нас порадовало! Нового здесь ничего нет; по крайней мере, я ничего не знаю достойного Вашего внимания.

А вот, вспомнил! Ришье будет сюда к празднику для собирания долгов, которых не соберёт. Юлия Фёдоровна2 ждёт к себе сестру с отцом. У неё 17 учениц, собирается дом купить в Иркутске: видно, дела идут хорошо. Бенардаки уехал в Иркутск; Дмитр[ий] Фёдор[ович] здесь, Малевинский ещё не уехал: с отъезда Вашего он у меня ни ногой, чем я виноват, что они дело проиграли? Чудак! Погода у нас нестерпимая; почти всякий день идёт снег, а в городе его нет; всякий день ужасные ветры или, лучше сказать, ураганы всё сносят и всё это при порядочных морозах. Латкины3 едут на этой неделе.

Прощайте до будущего письма, глубокоуважаемый, добрейший Яков Дмитриевич; обнимаю Вас как брата родного; жена кланяется Вам от всего сердца, и почтеннейшей Александре Семёновне, у которой прошу Вас поцеловать за меня обе ручки, и не один раз; а милую, бесценную Сашечку за жену, за меня, за всех деточек покройте поцелуями с головы до ног. Да хранит и милует вас всех господь Бог!

Неизменный, преданный

и благодарный Вам друг

В. Давыдов

Мих[аил] Матвеевич просит меня передать Вам его глубокое сердечное почтение.

* Абзац в подлиннике по-французски.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 52. Подлинник. Публикуется впервые.

1 Штубендорф Юлий Иванович (1811-1878) - чиновник особых поручений при генерал-губернаторе Западной Сибири П.Д. Горчакове.

2 Ришье Юлия Фёдоровна - пианистка. До конца 1850-х годов содержала в Иркутске пансион для девочек, где обучение велось на французском языке. Находилась в дружеских отношениях с М.Н. Волконской.

3 Латкин Николай Васильевич (1833-1904) - енисейский золотопромышленник и купец II гильдии; общественный деятель, учёный. Много занимался вопросами изучения производительных сил края и промышленного освоения северной части Приенисейского края. Автор краеведческих работ: "Очерк северной и южной системы золотых промыслов Енисейского округа" (СПб., 1869), "Красноярский округ Енисейской губернии" (СПб., 1892), очерка "Енисейская губерния" в "Энциклопедическом словаре" Брокгауза и Эфрона (т. XI - А, СПб., 1894).

Известен как автор сатирического стихотворения "Ответ читателя" на "Панораму" М.А. Бутакова, пытавшегося в своей поэзии отобразить ограниченность местного "высшего общества" Красноярска.

Был дружен с семьёй В.Л. Давыдова.

9

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTYyLnVzZXJhcGkuY29tL0Qtc3Y4UjAyTWRzeHFPbVlFQlNYSS1oM19BbVIzT3I1dTIyYWVBL1hDU1M1ZElhRFN3LmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcxLnVzZXJhcGkuY29tL3ExUWp2c0ZudnBIc0NnSl9pTkF3NVNkejkxUTVjdVNTQzN5NmRRL1JxMzJPWTF5TGlzLmpwZw[/img2]

[Красноярск], 22 декабря 1847 г.

Вот уже шестое письмо пишу я к Вам по отъезде Вашем, достойнейший и добрейший друг мой, Яков Дмитриевич, а, вероятно, Вы только одно получили через Безобразова, потому что все прочие адресовал я в Казань. Я было обрадовался выезду Вашему из Томска, думая, что Вы довольно оправились, чтобы доехать благополучно до Омска и, немного отдохнув там, продолжать путь Ваш. Теперь же узнал от Алекс[ея] Павл[овича], что Вам опять нехорошо и что Вы принуждены остановиться в Омске. Видно, мало ещё нам горестей было с женою! Надобны ещё новые. Не могу описать Вам сердечных беспокойств наших на Ваш счёт, незабвенный друг мой. Не только беспрестанно говорим мы о Вас всякий день, но и ночью Вас во сне я вижу, и мысль, что Вы страдаете, что не могу я ходить за Вами, не могу доказать беспредельной преданности моей и дружбы к Вам, терзает меня несказанно. Да услышит Бог молитвы наши о Вас и соединит Вас скорее совершенно здоровым с семейством Вашим! Все мои деточки от мала до велика молят тоже Бога о Вас; он, милосердный, услышит молитвы наши.

Признаюсь, тяжело, тяжело моему сердцу; я люблю Вас как брата родного, уважаю всей душою, знаю, что имею в Вас друга, каких мало на свете; каково же мне теперь? Но имею духу ни о чём не говорить Вам теперь, кроме о Вас самих и чувствах к Вам моих; прошу у Бога, чтобы утешил нас добрым о Вас известием: тогда разговорюсь с Вами. Жена моя жмёт Вам руку от всего сердца, дети мои усердно кланяются; я Вас обнимаю как брата. Да хранит Вас господь Бог!

Неизменный и преданный друг Ваш

В. Давыдов

ККМ, о/ф 7892/1303 - 55. Подлинник. Публикуется впервые.

10

В.Л. Давыдов - Я.Д. Казимирскому

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTc2LnVzZXJhcGkuY29tL2dxVkIxdW4zdlUydFJyTWl2ZkhPbm9JUTczSjY0OUM2a2VTdllBLzNXUGNfUUZHejFFLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIudXNlcmFwaS5jb20vUWdPaEU1cU0xWUNTMmZUbjFOS3hKaEhhQTgyaTV2T3N5eEdYWUEvSHFuNm9lOFhsVWMuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQudXNlcmFwaS5jb20vcHpDUGhSYTl2RTc1YXRGbUdhRURjNF9OTXd5UzJ4a0p6ZmZEc2cvZ0JwbmhDbUpOZVEuanBn[/img2]

[Красноярск], 3 января 1848 г.

Жду не дождусь письма от Вас из Казани. Так хочется мне скорее узнать о путешествии Вашем и благополучном прибытии на место! В.А. Попов1 говорил, что Вы пробыли в Екатеринбурге три дня и были здоровы; дай Бог! К великому прискорбию нашему, добрейший Яков Дмитриевич, узнали мы из письма Надежды2 к своему брату, что Александра Семёновна была очень нездорова и только к праздникам стала поправляться. И так вы оба страдали за тысячи вёрст друг от друга! Вы не можете вообразить, как это известие расстроило нас с женою и как мы молим Бога, чтоб Вы застали Александру Семёновну совершенно оправившуюся. Надеюсь, что Бог услышит наши молитвы. Сегодня её рождение, поздравляю Вас и прошу от меня поздравить новорожденную и несколько раз поцеловать за меня обе ручки.

Не нужно мне говорить Вам о желаниях моих счастья, здоровья, всего лучшего в мире Александре Семёновне - Вы в них уверены. У нас тоже зима тяжёлая: тьма больных в городе; много умирает от горячек, очень злокачественных, и взрослых и детей. Мы, по милости Божьей, держимся до сих пор; деточки здоровы. Алёша с 4-мя зубами, он - наслаждение наше - так мил становится!*

Дела Гординского3 идут всё хуже и хуже. Послали 35 000 ассигнациями для расчётов, тогда как надо было 75 000, чтобы заплатить только служащим, и несколько миллионов, чтобы послать часть в Россию. Более того, кроме этого имеется долгов на 260 тысяч рублей ассигнациями, и его вызывают в Россию.

Написали ли Вы Воронину4 о сумме, которую Вам должен Гординский? Я кончаю на сегодня, обнимаю Вас от всего сердца, тысячу поцелуев дорогой Сашурочке. Да исполнятся все мои пожелания Вам.

Ваш навсегда верный и преданный друг.

В. Давыдов**

Поздравляю Вас, добрая, милая Александра Семёновна, с днём Вашего рождения. Дай Бог, чтобы всё то, что я вам от глубины сердца желаю, исполнилось совершенно. Счастлива я, что узнала о болезни Вашей вместе с Вашим выздоровлением, а то бы беспокойству моему не было границ. И теперь я жду с нетерпением подтверждения о том, что Вы совсем поправились, и не буду совершенно спокойна, пока не получу. Обнимаю Вас от всей души. Прошу расцеловать милую Сашечку и не забывать меня, а мы о Вас всякий день говорим и грустим, что мы так далеко от Вас. Якову Дмитриевичу мой усердный поклон.

Душевно Вам преданная

А. Давыдова

* Далее в подлиннике по-французски.

** Далее в подлиннике приписка А.И. Давыдовой по-русски.

ККМ, о/ф 7892/1303 - 57. Подлинник. Публикуется впервые.

1 Попов Владимир Александрович - инспектор Енисейской врачебной управы. Часто бывал в доме Давыдовых.

2 Надежда - установить это лицо не удалось.

3 Гординский Георгий Петрович - отставной капитан, золотопромышленник. Вероятно, речь идёт о его банкротстве.

4 Вероятно, Воронин Степан Дмитриевич - надворный советник, живший в Красноярске и занимавшийся золотопромышленностью.


You are here » © НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ») » Из эпистолярного наследия декабристов. » Записочки и письма декабристов к Я.Д. Казимирскому.