© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» |
You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Записочки и письма декабристов к Я.Д. Казимирскому.
Е.И. Трубецкая - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTYyLnVzZXJhcGkuY29tLzh6UkRDNzBWUW5hZDF3THMzN3FQMzBkaEt5ajR1WXhtQ2ttUWdRLy1FVUtpX1A2bmVzLmpwZw[/img2]
[Петровский Завод, 1838-1839 гг.]
Если вы можете, почтеннейший Яков Дмитриевич, найти свободную минуту чтобы побывать у нас, то много меня этим обяжете. Нужно мне с вами посоветоваться.
К. Трубецкая
ККМ, о/ф 7892/1303 - 72. Подлинник.
Публикуется впервые.
Е.И. Трубецкая - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTYyLnVzZXJhcGkuY29tL1lzN2h5OW82YUVhaWY4ZHF6X01NVkF6OWRINWQ0ZEZtc2ZJdWFRLzBnSW0zZVpVQTVZLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQwLnVzZXJhcGkuY29tL0VZM1hfeDZoMGlGU0doLVBTcUdrem9GM29qRVNSWjRqUkV3UE5RL0YtMDJfUVVFSHJZLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQwLnVzZXJhcGkuY29tLzdfR3FESE9BbDBBeHpNRlp3eTRoaE1vSjRjYVNQYUVQMU1jdUZBL1lFQUpQMlduX29vLmpwZw[/img2]
[Иркутск, 1848 г.]
Вы легко можете вообразить, Яков Дмитриевич, как грустно мне было читать Вашу записку и видеть Александру Семёновну такую страждущую, а Вас в такой горести. Сегодня же выспрошу подробно у Ивана Сергеевича1, что он думает о состоянии Александры Семёновны: от души надеюсь, что он смотрит на всё иначе, чем Вы думаете. По крайней мере, когда он был у нас утром, то не заметили в нём ничего, что могло бы меня заставить думать, чтоб у него было в руках что-либо в счёт опасному положению. Дай Бог, чтоб Александра Семёновна получила скорое облегчение и возможно в марте поправилась. Вы, понимаю, поверите, что мы с мужем моим и детьми от глубины души того желаем. Постараюсь завтра сама побывать у Вас.
Да поможет Вам господь.
К. Трубецкая
ККМ, о/ф 7892/1303 - 70. Подлинник.
Публикуется впервые.
1 Персин Иван Сергеевич (1835-1869) - домашний врач семьи Трубецких, друг многих декабристов. Впоследствии, оставив медицинскую практику, занялся золотопромышленностью.
Е.И. Трубецкая - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIwLnVzZXJhcGkuY29tL3RrWUJUR0d2eEdOSmZidWZueS01OTMyb1dZZmdQNzA4VjdrZ21nL2FOcnFhU0lEYnJNLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTU1LnVzZXJhcGkuY29tL1hoR2pvV2xjVENBMG9BR0RPRHg2S2xuc0tXcXNENFVqUjkxSmRRL19LVjNzTG1jY0JnLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTIzLnVzZXJhcGkuY29tL21rMkJocGdrbGU0akxIYnFRNS1mMVJJOEFlT182MEc3N1luek93L3Zod0VuVVJCRVpZLmpwZw[/img2]
[Иркутск], января 1, 1849 г.
Много благодарю Вас, Яков Дмитриевич, за старания Ваши о С[ергее] П[етровиче] и за хороший успех. Вы множили прошедший год добрым делам: дай Бог и нынешний год провести в добрых же делах. Пётр остаётся1, только желать, чтоб наш приятель сумел воспользоваться тем, что Вы для него сделали. Поздравляем Вас, Алекс[андру] Сем[ёновну]2 и Сашиньку3 с Новым годом и желаем вам от души всего лучшего, не болеть, доброго здоровья,
остаюсь преданная Вам
К. Трубецкая
ККМ, о/ф 7892/1303 - 71. Подлинник.
Публикуется впервые.
1 Речь идёт о декабристе Муханове Петре Александровиче, добившемся в 1848 году поездки на Туркинские минеральные воды, после которой остался в Иркутске.
2 Казимирская Александра Семёновна - жена Я.Д. Казимирского.
3 Казимирская Александра Яковлевна - дочь Я.Д. Казимирского.
Е.С. Трубецкая1 - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTMxLnVzZXJhcGkuY29tL2lYdkxjaHdxWUg4ZHlLWlk3N0pOdGNRaHE2UGpYeXppN01vbjZBL3BKZjQ2cWFhV3RRLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcxLnVzZXJhcGkuY29tL3VBejRUT1gwOWRsd0RzeVJQTnBURHlTRlgxWG04NlFaN2JrT0hBL21QX2k5b0NFSmZ3LmpwZw[/img2]
[Иркутск, начало 1850-х гг.]
Папенька благодарит вас, Яков Дмитриевич, за присланное. Жалеет очень, что долго ещё не придётся ему видеть вас и Александру Семёновну. Надеется, что вы ранее будете в состоянии посетить его, нежели он вас.
Л. Трубецкая
ККМ, о/ф 7892/1303 - 73. Подлинник.
Публикуется впервые.
1 Письмо написано Елизаветой Сергеевной Трубецкой, дочерью декабриста.
М.К. Юшневская - А.С. Казимирской
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQwLnVzZXJhcGkuY29tLy04dkgxMDJzX05Lclh6QldtQkg1dFBMWFJaVGVOUWh5U0FUSU9BLzlHUlNlc0x3MWJjLmpwZw[/img2]
[Петровский Завод, 1838 г.]
Не худо если бы Вы взяли к себе свежую булочку, милая Александра Семёновна. - Да полно Вам спать. - Приходите скорее в запуски работать. Я Вас дождаться не могу. Свежий уже чай, а вас всё нет. До свидания.
М. Юшневская
М.К. Юшневская - А.С. Казимирской
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTM5LnVzZXJhcGkuY29tL2ladlh1Y1JzTTRQQm54TndzeUpKTjE0Z2dSWlk3RGlYS2UwSHV3L0R2RGR0YnNnd2VZLmpwZw[/img2]
[Петровский Завод, 1838 г.]
Милая любезнейшая Александра Семёновна. Муж мой был у Гр[игория] Макс[имовича]. Он ему сказал, что у него вечер сегодня и что он ожидает гостей. Пожалуйста запросто приезжайте посидеть вечер со мною. У нас нет никого. Будем сидеть <...> вы свою и я свою <...>. Хорошо?
Так до свидания.
М. Юшневская
А.П. Юшневский - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcyLnVzZXJhcGkuY29tL2ZoOG9xVFF5V1ZnWWMwZ2NEQ1QxNDJfX29idzF0QWxBYUdhTzVnL1VPcUpUM2tLUV9ZLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTYudXNlcmFwaS5jb20vblV6d24zS0Rhdkhzb05YWTd5bUR6SkhOMXNuS0xLM1hZM0ZLeXcvYXBsaF9yXzVKamsuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTc0LnVzZXJhcGkuY29tL1o0ZmRSYm9fZDMtN3FJQmV4UDRILUVWeGhHTHBPRVphRXJuNXZ3LzhyOWtpd2dfcnpVLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQ0LnVzZXJhcGkuY29tLzNSYXlZUXNaSkxrS3BoSncxWmNVZk5uclB3ZDhveWxUX2R6YUdBL1dJN1RmNGdramU0LmpwZw[/img2]
Жилкино, 20 июня 1840 г.
Почтенный Яков Дмитриевич.
Не могу выразить, как я счастлив, что представился случай писать Вам. Мне было бы тяжело на сердце, если бы я не имел возможности высказать Вам моих чувств, произведённых письмом Вашим, которое получил чрез И[вана] С[емёновича]1. Жена моя в отсутствии. Я счастливее её. Как она будет завидовать, что я мог к Вам писать! Однако ж я нашёл случай переслать ей драгоценное Ваше письмо.
Она ещё в марте уехала за Байкал к Туркинским водам испытать это последнее средство от её ревматизма. Супруге Вильгельма Яковлевича2, которая предложила ей ехать вместе, угодно было переехать море3 до его вскрытия; но купание начнут в текущем месяце. До этого они жили в Удинске. Между тем на водах делались некоторые перестройки, лишь недавно оконченные.
Не нахожу слов благодарить Вас за Вашу память и внимание. И чем же мы всё это заслужили? Что же остаётся нам ожидать более от наших родных? Вам известно, что они нас балуют. Благодарю Вас от души за ноты. Я уже их играю; они именно такие, как я люблю, и приятны и довольно трудны.
Благодарю Вас, милостивая государыня, добрейшая Александра Семёновна, за прекрасный ридикюль для моей жены. В каком будет она горе, когда узнает, что был отсюда случай писать Вам! Если доживём, то я надеюсь иметь, хоть не скоро - ещё вернейший, как Вы ниже увидите. Теперь же позвольте описать Вам вкратце, что с нами во всё это время произошло.
Вместо селения Кузьмихи ген[ерал]-губ[ернатор]4 дозволил нам жить до весны в с. Куде - в 21 вер[сте] от города по Якутскому тракту. Тут хотя мы имели изрядную квартиру за 300 руб., но житьё было разорительное. Всё без исключения, нередко даже печёный ржаной хлеб, надобно было выписать из города и всякий раз за наём телеги платить 2 р. 50 к. Жители села - чуть не нищие. Нам внушили мысль проситься в самый Иркутск. По письму моей жены ген[ерал]-губ[ернатор] представил об этом гр[афу] Алек[сандру] Хр[истофоровичу]5; между тем, говоря между нами, дозволил нам жить в городе, где мы за те же 300 р. имели отдельный дом со всеми удобствами.
Это было в январе, а в марте получен ответ, что граф не может представительствовать о нашем перемещении из Кузьмихи. С тем вместе получен был отказ на просьбу Арт[амона] Зах[аровича]6 о переводе его в Малую Разводную с замечанием, что ген[ерал]-губ[ернатору] не следовало брать на себя дозволение жить ему между тем в городе. Это сделало такой переполох, что нам велено было немедленно выехать из города. Мы с бедною моею женою среди жестокой стужи, по колено в снегу обошли всю Кузьмиху и не нашли ни одной свободной избы, не говоря уже удобной.
Наконец, убедившись, что нам деваться некуда, снисходительное начальство дозволило нам жить до сентября в деревне Жилкиной, за рекой же по московскому тракту, на 7-й версте от города внедалеке от монастыря. Тут мы наняли избу за 350 рублей. Цена неимоверная, но делать было нечего. Благодарны и за то, что доброе начальство взяло это на свою ответственность.
18-го марта я один сюда переехал, а жена отправилась в то же почти время за море, написав уже прямо от себя к гр[афу] А[лександру] Х[ристофоровичу], прося исходатайствовать ей выс[очайшее] дозволение жить в городе во уважение её болезненного состояния, требующего постоянных врачебных пособий, и невозможности построить себе жилище, так как доходы наши на одно пропитание не достаточны. Если же она будет так несчастлива, что в этой милости будет ей отказано, тогда чтобы предоставлено было ген[ерал]-губ[ернатору] назначить нам ближайшую деревню не за рекой, где она могла бы нанять готовое помещение.
Между тем я живу здесь одинёхонек на берегу Ангары, от которой отделяет меня только дорога и перилы. Жена может возвратиться не прежде августа. Оно и кстати. Получив какое-нибудь разрешение, которого вскоре ожидаю, я буду иметь время приготовить ей на зиму какой-нибудь приют. Там уж по дороге сыграли они и свадьбу.
Ал[ександр] Ил[ьич] Арсеньев женился на старшей дочери Вильгельма Яковлевича, Людмиле7. Венчание было в Петровском Заводе. Иван Семёнович8 оставался в Иркутске почти до конца генваря, как из опасения после вод пуститься в путь при такой стуже, так и по недостатку денег. Мы были с ним неразлучны; он от нас и поехал, заняв здесь денег. Он был так слаб, что мы боялись за него. Однако ж доехал благополучно. Из Кургана мы имели уже от него письмо, очень короткое, из которого видно лишь только, что он ещё не нашёл себе квартиры.
Арт[амон] Зах[арович] по ходатайству своей жены переведён, наконец, в Малую Разводную, где поселён Якубович9. Сперва он купил себе там избу, теперь принялся строить дом. Сосинович10 ещё в ноябре умер скоропостижно в Иркутске. Андреевич11 скончался в апреле в Удинске, в той самой городской больнице, в которой с приезда был помещён. В обоих этих случаях судьба распорядилась с большею основательностью, нежели как с нею часто случается. Бестужевы, получив дозволение приезжать в Удинск и ездить по уезду, кажется, стали довольны своим поселением, ибо теперь имеют способы заняться каким-нибудь промыслом.
Собственные наши дела почти в том же положении; тот же скудный доход; но в нынешнем году Понятовский12 выслал его раньше, чем мы когда-либо получали. Пишет, что являлись покупщики имению на таких условиях, с которыми можно купить Шереметьевское имение, чтобы до окончательной уплаты долгов в 25-летний банк, где наше имение заложено в 1824, весь капитал, следующий за имение, оставался в руках покупщика за условленные проценты!
Вижу, что Вы недовольны казанским обществом; я совсем не знаю Казани, но Вятка показалась мне деревнею в сравнении с другими нашими городами. Впрочем, не от красоты строений, а от круга людей зависят приятности жизни.
Сейчас дано мне знать, что по письму моей жены ген[ерал]-губ[ернатор] получил запрос от гр[афа] А[лександра] Х[ристофоровича] о том, где признаёт он удобным нас поместить. Стало быть, нет ещё конца нашей неизвестности. В переписке пройдёт три месяца.
Вот я возвратился из города. Ответ графу отправлен в таком смысле, что ген[ерал]-губ[ернатор] не находит затруднения поместить нас в Иркутске. Однако же, на случай, если бы в этом отказали, е[го] пр[евосходительство] сообразно моему желанию указал деревню Могилёву, составляющую как бы предместье города на противоположном берегу Ангары. Я выбрал из всего худого лучшее, имея в виду близость врачебного пособия, столь часто необходимого для жены.
Во время известных вам припадков ипохондрии, чтобы не сказать помешательства, когда г[осподи]н Брон[евский]13 принимал меры противу мнимых опасностей, он сделал в П[етербург] представление, вследствие которого предписано, чтобы при назначении мест под поселение выключаем был именно Иркутск.
По этой причине ген[ерал]-губ[ернатор] не мог представить меня безусловно в город. Надеюсь, как я сказал, иметь случай уведомить Вас о себе. Александр Ильич намерен ехать с серебрянкой14. Пока Вы будете служить по пути, ведущему на Макарьевскую ярмарку, можно будет писать чрез здешних купцов, туда отправляющихся, которых большая часть знакома Ивану Сергеевичу15.
Сейчас получил ещё письмо от Ив[ана] Сем[ёновича]. Видно, там только хорошо, где нас нет. За плохую квартиру платит он в Кургане 10 р[ублей] в месяц, без дров, человеку - 10 р[ублей], кроме харчей. О хвалёной дешевизне умалчивает, а жалуется, что трудно найти услугу, от того, что край наполнен негодяями, которых, по его мнению, там больше, чем здесь.
И.А. Бушман16 вследствие неприятной размолвки с гр[ажданским] губ[ернатором], оставил своё место и, кажется, будет военным чиновником особых поручений при ген[ерал]-губ[ернаторе].
Редкая возможность писать вам, добрейшие Яков Дмитриевич и Александра Семёновна, причиною, что мне тяжело оставить перо и я как будто снова навеки вас провожаю. В письме, которое Ив[ан] Сер[геевич] получил от вас в Иркутске, не забыты и мы. Благодарю вас за себя и за жену мою. Вы знаете, как мы дорожим Вашим воспоминанием. Когда представится случай, не откажите уведомить нас, если Вы получите другое место.
Искренно преданный
Алексей Юшневский
ККМ, о/ф 7892/1303 - 74. Подлинник. Публикуется впервые.
1 Повало-Швейковский И.С.
2 Весной 1840 года М.К. Юшневская ездила на Туркинские минеральные воды, сопровождая жену иркутского генерал-губернатора В.Я. Руперта - Руперт Елену Фёдоровну.
3 Байкал.
4 Руперт В.Я.
5 Бенкендорфу А.Х.
6 В ноябре 1839 года А.З. Муравьёв прибыл на лечение в Иркутск, где находился до марта 1840 года.
7 Арсеньев Александр Ильич - управляющий Петровским Заводом. В 1840 году женился на дочери генерал-губернатора Восточной Сибири В.Я. Руперта - Людмиле.
8 Повало-Швейковский И.С.
9 Декабрист А.И. Якубович находился на поселении в деревне Малой Разводной Иркутской губернии с 1839 года.
10 Сосинович Иосиф Францевич (?-1839) - поляк, осуждённый за участие в польском восстании 1831 года.
11 Андреевич Яков Максимович (1801-1840) - декабрист, подпоручик, член Общества соединённых славян. Осуждён к 20-летней каторге, которую отбывал в Чите и Петровском Заводе. В 1835 году срок сокращён до 13 лет. С 1839 года на поселении в Верхнеудинске Иркутской губернии, где и умер.
12 Понятовский - родственник М.К. Юшневской, управляющий её имением Макеевка.
13 Броневский Семён Богданович (1786-1858) - генерал-лейтенант, с 1835-го по 1837 год генерал-губернатор и командующий войсками Восточной Сибири.
14 «Серебрянка» - народное название каравана с серебром, добываемым в рудниках и заводах Нерчинского и Алтайского горных округов, принадлежавших Кабинету. В середине XIX века этим же путём шла казённая часть сибирского золота.
15 Персину И.С.
16 Бушман И.А. - правовед. Других сведений не найдено.
М.К. и А.П. Юшневские - А.С и Я.Д. Казимирским
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQwLnVzZXJhcGkuY29tL2JfeENkWVV1NGZUQ0lzTlJaeUd6bVVFbHdGakY3VUxEai16cWx3L2FTOUx6WFE2cVVzLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTkudXNlcmFwaS5jb20vTVVXVTBLRUJuUHhyQzVLekpNdmxnV25QV3FST09CS2RHbUpvaUEvc2Z0LWRkclBuRGMuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQyLnVzZXJhcGkuY29tL290eF9fd3Rvd0RZalNkX0hPTWkyZW11N1lhSGttcHZrWlBrdXFnL0tkTVB5akF6LXJrLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTU0LnVzZXJhcGkuY29tL2g5aGhjLVRPUDUxTFQyaWYzeDlRSmRJc25mUjFLQkViYk1TQXVnL2xIUGhmTnMzQ3RJLmpwZw[/img2]
М[алая] Разводная, 10-го сентября 1842
Как порадовали вы меня письмом вашим, добрые, милые Александра Семёновна и Яков Дмитриевич. Итак, подвигаетесь вы к нам ближе1; радуюсь, может, судьба устроит, что мы ещё увидимся и поживём вместе. Какая бы для меня с мужем была радость! Дай Бог ещё доказать друг другу лично, сколько любим и помним вас, и с каким удовольствием вспоминаем прошедшую Петровскую жизнь нашу. Право, не всегда можно жить так спокойно и в своё удовольствие, там не требовалось никакого наблюдения, наружных приличий, делалось по сердцу всё без принуждения. Ах, как бы хотелось пожить ещё вместе с вами, добрые наши друзья!
Узнаю Ив[ана] Сем[ёновича] по вашему описанию, вот вам, и раньше часу не мог к вам прийти. Я получила письмо от него, в котором описывает медленно его счастье увидеться с вами. Как долго не верил, что вы приехали, как допрашивал, правда ли, что вы в Кургане, час и прошёл невидимо. Какие же вы добрые, что заехали к старику, право, это не каждый сделает. Как же вас не любить и не ценить!
Не скупитесь, пожалуйста, писать к нам, старичкам, мы всегда с нетерпением будем поджидать от вас весточки и сами будем писать. Вы, конечно, увидитесь лично с г[осподино]м Голенковским2, он может сказать вам о нашем житье в Малой Разводной. Я довольна нашим местом, одно только, что здесь в деревне жить дороже, чем в городе. Муж мой очень желал и просился в самый город, да не пустили; как-то всему Броневский виноват, что в Иркутск не пускают нашу братию жить.
Впрочем, нам не дурно и в Малой Разводной. У нас есть уже здесь собственный домик, довольно удобный - больше бывшего нашего в Петров[ском] Заводе. Одним словом, с этой стороны мы лучше устроились, чем ожидали, спасибо случаю, мы купили в городе дом у одного доброго человека, который уплату ожидает до сих пор. Перенесли в нашу деревню, так и построились; у нас уже окончены и другие строения, необходимые по дому. Правда, стоит немало, но надеюсь, скоро выпутаемся из долгов, благодаря трудам и заботам моего доброго мужа.
Как бы я вам показывала мои строения, удобства, если бы вы были здесь, сама всё хлопотала, даже сама сено заготовляла, всё лето хлопотала, как бы я похвастала вам своими успехами по дому. Неинтересная, правда, вещь, но из участия и дружбы к нам, вам бы не скучно было путешествовать со мною по моему маленькому владению, тем более, что у нас вид чудесный, и на берегу Ангары живём, плывут суда мимо окон, лодки гуляющих, мелькают разноцветные зонтики гуляющих на острову. Зимою у нас мимо же окон по реке большая дорога зимняя. Милости просим к нам, как бы я вам обрадовалась; есть у нас фортепьяно, поиграли бы на них, как бывало Яков Дмитриевич подсядет в Петров[ском] Заводе. А скрипку и гитару всё бы вам достали.
У нас в городе много знакомых, я мало выезжаю из дому и по старости моих лет мне прощают. Муж мой занят всегда, ему некогда ездить и любит он дома сидеть. Знакомую вашу м[ада]м Билибин[у]3 много раз встречала, но ни она у меня, ни я у неё не была, вспоминали вас каждый раз с нею. Она жаловалась, что вы ей ни разу не писали. Другие знакомые нас навещают. Спасибо, не считаются визитами со мною - старушкой. Многие даже сами пожаловали, не ожидая моего первого визита, у нас же нет ещё экипажа, лошадей; слава Богу, что пристанище устроили. А там вперёд будет, что Бог велит.
Прощайте, добрейшие мои друзья, Александра Семёновна и Яков Дмитриевич. Надо передать мужу перо, он очень обрадован был вашим письмом и хочет поговорить сам с вами. Обнимаю Вас от души, добрая Александра Семёновна, пожмите руку за меня Якову Дмитриевичу. Не забывайте искренно вас любящую и преданную
М. Юшневскую
Я догадываюсь, почему Вы начинаете носить капоты, а платье до будущего года оставляете, милая Александра Семёновна. Поберегите здоровье своё, не простужайтесь, не очень уставайте на увеселениях Ваших. Обнимите за меня Алек[сандру] Ив[ановну]4. Вы, верно, с нею видаетесь часто, поцелуйте её деток. У нас всё по-старому. Все Вас помнят, любят, Артам[он] Зах[арович] сам к Вам пишет, он наш близкий сосед, почти на одном дворе живём. С этой почтою напишу медленному старику и доктору курганскому5. Как страшно, что он лечит.
Малая Разводная, 10-е октября 1842 г.
Давно уже не имел я такого удовольствия, какое доставило мне доброе Ваше письмо, почтенный Яков Дмитриевич. Приятно жить в памяти людей, которых любим и уважаем. Радуюсь, что имею случай скоро отвечать и благодарить Вас и милостивую государыню Александру Семёновну за ваше внимание и приязнь... Но вот вошёл ко мне и вручитель этого письма Евгений Осипович Голенковский, чиновник Гос[ударственного] контроля. Прошу принять его в Вашу благосклонность. Узнавши его, Вы сами увидите в нём человека, приносящего честь новому поколению, которое после нас созрело. Вслед за ним приехал и Н[иколай] А[лександрович] Бестужев, которого письмо здесь прилагаю.
О себе скажу Вам, что мы, наконец, почти обстроились. Зато дела наши от этого опять на долгое время расстроились, ибо постройка поглотила два годовых наших дохода, т. е. слишком 7 т[ысяч] и вовлекла нас в большие долги, из которых стараюсь выпутаться собственными трудами и надеюсь успеть в этом, если позволит здоровье, которое, к счастью, мне не изменяет.
Несмотря на порядочное расстояние, которое нас разделяет, возможность чаще получать об Вас известие сокращает его, и мне кажется, как будто бы я могу Вас видеть. В одно почти время с Вашим письмом получили мы и от И[вана] Сем[ёновича]. Он с восторгом описывает Ваше посещение. Читавши его, я искренне разделял чувства, которые Вы ему внушили. Он приглашает нас в Курган, предлагая свой дом; но наша постройка пригвоздила нас к здешней почве и между тем в нашей убогой деревушке такое строение имеет цену только для нас; для других же оно не более, как топливо.
Жена предупредила меня, высказавши Вам, что касается до нашего житья; мне осталось повторить мою благодарность Вам и милостивой государыне Александре Семёновне за доброе Ваше расположение и память и уверить в чувства душевного уважения и привязанности.
Искренне Вам преданный
А. Юшневский
ККМ, о/ф 7892/1303 - 75. Подлинник. Публикуется впервые.
1 С 1843 года Я.Д. Казимирский приступил к обязанностям наблюдателя за золотыми приисками в Енисейской губернии.
2 Голенковский Евгений Осипович - чиновник государственного контроля.
3 Билибина - знакомая Юшневских. Приехала из Томска в Иркутск в поисках работы в качестве воспитательницы.
4 Давыдова А.И.
5 Повало-Швейковский И.С., занимался в Кургане врачебной деятельностью.
С.Г. Волконский - Я.Д. Казимирскому
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcudXNlcmFwaS5jb20vbTdicVNKT0NPck5vMFdMZkRxWjBIMklIcXNQdzViUDZnRkZ1Y1EvbmVsWi1HUjFMV0kuanBn[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTM4LnVzZXJhcGkuY29tL0luMzR0Qk5DYW5MSWNMNnRLb0lRR1Z4LXpmcVpBbmpnYjktcFp3LzlWOHhCU2NoLUl3LmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTcxLnVzZXJhcGkuY29tL19ncHFNVGVZMy1kNWxLRGlhSW45cFRJTTc2ZFhLTjF6Vkp4VFl3L283QnBJYmdfWDFJLmpwZw[/img2]
[Иркутск]1, 11 января 1850 г.
Яков Дмитриевич, чтоб Вы не забыли преданного Вам нижеподписавшегося и отдали ему должную честь по его огородным занятиям, посылаю Вам два мешочка картофелей, один крупного выбора, другой чередовой. Я слышал, что Вы нуждаетесь в оном, и выдал счётом.
Если он будет по Вашему вкусу, то могу быть Вашим поставщиком.
Каково здоровье супруги Вашей; я же сижу дома. Хандра и нездоровье.
Истинно и много Вас уважающий
Сергей Волконский
ККМ, о/ф 7893/1303 - 14. Подлинник.
Публикуется впервые.
1 В 1846 году С.Г. Волконский переселился в Иркутск, продолжая немалую часть времени проводить в Урике.
[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQ3LnVzZXJhcGkuY29tL2dqYmZfcWhwNzhrcEliX2NBLVA1eGRiSlQ2YktXNzZZZ0p4ZldRL2dORlBIWW14bDVvLmpwZw[/img2] [img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTQ4LnVzZXJhcGkuY29tL0F0ekx4TlNvc1U0OXVVSXg1eTlkYnFjT25NeE82STQ0T2paMVFBL2wxWGxxbU02TjFvLmpwZw[/img2]
Записка С.Г. Волконского о посылке Я.Д. Казимирскому журнала «Инвалид» для прочтения. Иркутск. 1850. Чернила, рукопись, бумага. 21,6 х 13 см.
ККМ, о/ф 7893/1303 - 15. Подлинник.
Публикуется впервые.
You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Записочки и письма декабристов к Я.Д. Казимирскому.
