© НИКИТА КИРСАНОВ (ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ДЕКАБРИСТЫ»)

User info

Welcome, Guest! Please login or register.



Письма М.Н. Муравьёва к Н.Н. Муравьёву.

Posts 31 to 36 of 36

31

XXXI.

Москва. 24 февраля 1822 г.

Любезной брат и друг!

Спешу доставить тебе вторую часть твоего путешествия; она вчера только что отпечаталась и я, переплевши ее кое как в бумажку к тебе отправляю, дабы не пропустить почты и доставить тебе скорее удовольствие видеть кончанными твои творенья. Первая часть хотя уже и давно кончат, но так как она печаталась без меня, то и было много ошибок; я несколько листов перепечатал и завтра она также кончиться.

Рисунки и карты также кончаны, но я к тебе их не посылаю, потому что карты еще не присланы из Петербурга, они к после завтрому будут также здесь, и тогда в следующей почте тебе все доставится; ежели не успею переплести, то хотя в бумажке один экземпляр. - Книга твоя, кажется, скоро разойдется, требований на оную очень много. - Я теперь хлопочу, чтобы перевести оную на французской, немецкой и английской языки, я полагаю, что от продажи оных можно будет получить тысяч тридцать, все таки лучше, если сим можно будет для тебя приобрести хотя что-нибудь.

Всего лучше, любезный друг, приезжай сюда, похлопочем вместе, подумаем о втором издании, с новыми пополнениями и замечаниями, которые ты можешь сделать; сие не дорого будет стоить, ибо мы своими медными досками и камнями можем еще экземпляров триста тиснуть, а печать не дорого будет стоить. - Из шести сот экземпляров книги твоей почти 400 помещены, а остальные 200, конечно, в несколько месяцев разойдутся. Не шути сим средством, любезной брат, ты можешь себе сделать состояние, поживем вместе в деревне и похлопочем. -

Письма свои адресуй ко мне в Рославль, я на той неделе, по окончании всего еду туда на житье; приезжай туда ко мне, поживем вместе. -

Пиши ко мне, любезный друг, и извести о себе; не знаю так ли провел твою книгу в порядок, как ты желал, но старался как умел и желал сделать тебе приятное. - В книге, которую тебе посылаю, не успел еще напечатать погрешностей. - В конце той недели твои сочинения поступят в продажу. -

Мы все благодаря бога здоровы, жена тебе очень, очень кланяется и просит также к нам приехать, мы тебе отделаем комнату и заживем лихо; племянники тебе свидетельствуют свое почтение. - Прощай, любезной брат, будь здоров и уверен в дружбе многолюбящего тебя брата

М. Муравьева.

Москва. 24-го февраля 1822 года.

На обороте второго листа адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву. Свиты его императорского величества г-ну полковнику и кавалеру. Грузинской губернии в город Тифлис*. При сем следует посылка.

Примечания:

*На адресе штемпели: "Москва", "Москва 182.. февра. 24" (круглый).

32

XXXII.

Москва. 3 марта 1822 года.

Я к тебе уже два письма писал, любезной брат и друг, и с прошедшею почтой отправил к тебе вторую часть; хотел было с нынешней отправить и первую, но погрешности еще не припечатаны, почему и отложил до будущей, дабы ты уже полную книгу получил. Ты меня обвиняешь в лени, кажется напрасно, когда есть дело, то пишу и стараюсь сделать всегда тебе приятное, надеюсь, что ты в сем не усомнишься.

Ты к матушке пишешь, чтобы мне сказать, что ты желаешь книгу свою поднести батюшке, она уже ему посвящена и матушка препровождает тебе копию с посвящения. - Не знаю отчего разнеслись пустые слухи, что я ее посвятил Голицину, сие так несообразно, что удивляюсь, как мог ты сему поверить. - Я отдал в переплет одну для Ермолова в красной сафьян, 10-ть в кожу для тебя, из коих пять велейновых с золотым обрезом, а десять в бумажку, которые тебе пошлю для подарков; все будет отправлено с [о] следующей почтою. -

Теперь обратимся к семейным делам; на днях приехал сюда Александр из деревни, он лишился* сына Михайлы; ты себе можешь представить в каком горе все семейство и он, особливо Прасковья Михайловна, которая недавно родила дочь Софью. - Я их всякой день посещаю, жалко, очень жалко мальчика, а особенно родителей, которые неутешны. Они вероятно к тебе не пишут потому, что в жалком положении. -

Батюшка кончает свое заведение и уже писал о сем Волконскому. -

Мы собирались было сегодня ехать в деревню, но Колинька занемог и отложили отъезд свой на несколько дней. - Прощай, любезный брат, будь здоров, и помни многолюбящего тебя брата и друга

М. Муравьева.

Примечания:

*Далее зачёркнуто: "старшего".

33

XXXIII.

С. Хорошково. 1822 года, августа 3.

Давно я к тебе не писал, любезный брат Николай, я отдал долг лени, а теперь принимаюсь опять за перо, дабы известить тебя о себе и узнать, где ты и что с тобой; слышу, что тебе дали полк в Калуге, давай бог, наконец кажется опять с тобой мы соединимся и часто будем видеться, ибо до Калуги от нас 180 верст. - Брось дикую сторону и приезжай к нам, где тебя ожидают с большим нетерпением друзья, родина. Приезжай скорее к нам и тем обрадуй душевно любящего тебя брата

М. Муравьева.

На обороте второго листа адрес: Его высокоблагородию милостивому государю Николаю Николаевичу Муравьеву. Грузинской губернии в г. Тифлисе*.

Примечания:

*На адресе штемпели: "Рословль" и "1822 Авг. 4" почтовые пометы.

34

XXXIV.

21 ноября 1823. с. Лозины.

Очень давно я к тебе не писал, любезной брат и друг, виноват, но делать нечего. Теперь пишу и прошу только тебя не сердиться. -

Мы все, благодаря бога, здоровы и в уединенной деревне, курим вино и землю пашем, вот наши занятья; нынче первой год, что улаживаются хорошо наши дела, что то бог даст. -

Ты получил полк и теперь, конечно, не захочешь расстаться с тамошней страною, но, право, пора с нами повидаться. -

Матушка пишет ко мне, что ты не получил следуемых книг по подписке, я сделал все, что то мог, я теперь прошу тебя, потерпи еще немного и пришли сюда ко мне записку сколько их кому следует, я непременно тебе их выхлопочу; -по причине моего отсутствия я не мог их тебе доставить и записки не имею, а постараюсь письмом их вытребовать. -Пришли мне сию записку сюда. - Прощай, любезной брат, будь здоров и уверен в дружбе

Михайла Муравьева.

35

XXXV.

[Лозинцы. 29 декабря 1825 г.]

Ты решился ко мне не писать, любезный брат и друг, но я тебя от всего сердца не престаю любить, уверен, что и ты тоже; мы все здоровы, живем в деревне, и очень бы обрадовались тебе, естьли бы посетил нас в Рословльском нашем уединении. - Прощай, и будь уверен в дружбе многолюбящего тебя брата

М. Муравьева.

36

XXXVI.

Петербург. 18 генваря 1827 года1

Ты удивишься, любезный брат, узнавши, что мы в Петербурге, но сие не надолго, приехали по делам и скоро думаем опять возвратиться в деревню. - Как-то ты здоров? и что делаешь? Война хотя тебя и сильно заняла, однакож надеюсь, что о себе нам скажешь. - Когда то мы, любезной брат, с тобою опять увидимся, неужели ты навсегда расстался c[o] своим Отечеством и не побываешь на своей родине; я сего никак думать не смею, и надеюсь, что после войны ты, конечно, побываешь здесь. -

Отец наш, любезной брат, во многом теперь сильно переменился, и нет в том сомнения, что удовольствие свидания для него теперь гораздо приятнее; я сие сам на опыте испытал, и, конечно, ежели бы не дела, то гораздо бы чаще его навещали; он во многом совершенно изменился, и находит теперь и надобность и приятность в беседе людей близких; я очень жалею, что не могу быть ближе к нему по своим обстоятельствам.

О брате тебе дядюшка уже подробно писал, государь столько был милосерд, что переменил место его ссылки; жена и дочь с ним и они, слава богу, здоровы2. - От всего сердца тебя, любезной брат и друг, обнимаю, желаю тебе во всем благополучия и не забывать многолюбящего и душою тебе преданного брата

М. Муравьева.

Примечания:

1 Письмо М.Н. Муравьёва является припиской к письму дяди Н.М. Мордвинова, в котором была сообщена причина приезда М.Н. Муравьёва в Петербург (очевидно это был первый приезд после освобождения из-под следствия) и дальнейшая судьба А.Н. Муравьёва: "... дней уже 20-ть, что брат твой Миша, с Пелагеей Васильевной, и с старшим сыном (Николаем. - И.К.) приехали сюда для откупов, и пристали у меня ..."

М.Н. Муравьев был арестован 12 января 1826 г. в Москве в доме тёщи Н.Н. Шереметевой, отправлен в Петербург и содержался там под арестом в военном госпитале. Во время следствия ему удалось доказать свою малую причастность к движению в целом и ранний уход из Союза Благоденствия. 2 июня 1826 г. он был освобождён с аттестатом, а 8 июля вновь определён на службу с зачислением в армию, но продолжал оставаться в своём имении. 15 апреля 1827 г. он был причислен к Министерству Внутренних Дел и начал свою карьеру крупного реакционного деятеля России.

2 О судьбе А.Н. Муравьёва Н.М. Мордвинов в упомянутом письме писал: "Брат твой Александр помещён на жительство из Якутъцка в Верхний Удинск, где климат гораздо лучше и места живописнее". А.Н. Муравьёв был арестован в Москве 11 января 1826 г. и доставлен в Петербург на Главную гауптвахту 13 января, а 14 января 1826 г. переведён в Петропавловскую крепость с приказанием "присылаемого Муравьёва, отставного полковника, посадить по усмотрению, содержать хорошо".

Он был осуждён по VI разряду "к временной ссылке в каторжную работу на шесть лет, а потом на поселение", но по конфирмации 10 июля 1826 г. сослан в Сибирь без лишения чинов и дворянства. 26 июля его отправили в Якутск. Фельдъегерь, сопровождавший его, должен был наблюдать, чтобы "государственный преступник" ехал только в телеге, а не в собственном экипаже.

Прасковья Михайловна Муравьёва с дочерью могла также под присмотром ехать, но не вместе с мужем, а лишь следовать за ним. Таковы были условия отъезда в ссылку, специально оговорённые в официальных документах. По пути в Якутск в декабре 1826 г. его догнал перевод из Якутска в Верхнеудинск. Этот перевод был получен благодаря хлопотам его тёщи Елизаветы Сергеевны Шаховской перед в. кн. Михаилом Павловичем.

Известно, что М.Н. Муравьёв после освобождения из-под следствия отрёкся от товарищей по декабристскому движению и родственников-декабристов. Из писем А.Н. Муравьёва видно, что в течение всего периода ссылки М.Н. Муравьёв не писал даже брату, который в период следствия всячески старался доказать его малую причастность к движению. Возможно, что письмо от 18 января 1827 г. было единственным, в котором М.Н. Муравьёв открыто интересовался судьбой брата.