[img2]aHR0cHM6Ly9wcC51c2VyYXBpLmNvbS9jODUxNTMyL3Y4NTE1MzI3MjcvMTQ4NDVlL3RmMmNUM1pwamNRLmpwZw[/img2]
Николай Петрович Семёнов (1823-1904), сенатор, поэт, историк, ботаник. Владелец усадьбы «Рязанка» в 1847-1904 гг. Фотография Павловского. СПб. 19 февраля 1884 г.
Страстный ботаник, хороший чиновник и поэт
Деревня Рязанка мало чем отличается от десятков таких же «неперспективных» подруг по несчастью, если бы не спрятавшаяся в обширном парке старинная усадьба, где два века обитал дворянский род Семёновых. Многие его представители оставили заметный след в истории России. Наиболее известным из них стал учёный, путешественник, общественный и государственный деятель Пётр Петрович Семёнов, который в 1906 году в ознаменование юбилея своего знаменитого путешествия получил к родовой фамилии почётную приставку Тян-Шанский.
В тени славы младшего брата оказался Николай Петрович Семёнов, безусловно, яркая и неординарная личность, видный государственный деятель, активный участник отмены крепостного права. Современники знали его ещё и как талантливого историка, признанного поэта-переводчика и учёного-ботаника.
Детство в Рязанке
Николай был первенцем в семье отставного капитана лейб-гвардии Измайловского полка, участника Отечественной войны 1812 года, известного поэта и драматурга начала XIX века Петра Николаевича Семёнова. Его мать, Александра Петровна, происходила из рода липецких дворян Бланк, владевших имениями Елизаветино, Аннино, Петровка (ныне это территория Грязинского района). Её прадед Иван Яковлевич и дед Карл Иванович Бланк были известными московскими архитекторами II половины XVIII века.
Николай родился 22 апреля (по старому стилю) 1823 года в родовом имении Урусово Раненбургского уезда Рязанской губернии (сейчас - Чаплыгинский район Липецкой области). В дружной семье Семёновых, кроме старшего сына, было двое детей - дочь Наталья и сын Пётр. Первенец был любимцем всей семьи, но особенно деда, также Николая Петровича, в честь которого, впрочем, и был назван.
Старый суворовский вояка всячески баловал своего внука. Вот как это в своих мемуарах описывал П.П. Семёнов-Тян-Шанский: «Брат Николенька заставлял дедушку делать всё, что мог только придумать. Так, один раз он потребовал, чтобы тот достал рукою чёрное пятнышко на потолке. Дедушка велел принести большой стол, нагромоздил на него другой меньший, а на этот - ещё стул, взобрался на всё это и достал пятнышко.
В другой раз, когда старички во время Масленицы стали нас угощать у себя блинами, причём бабушка разрезала эти блины, Николенька расплакался и не хотел есть разрезанный блин, отказывался и от целого другого, так что дедушка мог его успокоить только тем, что собственноручно сшил разрезанный блин толстыми нитками».
Однако безмятежное детство для младшего поколения Семёновых длилось недолго. Отец внезапно скончался в 1832 году, когда Николаю было только 9 лет. Дедушку Николая Петровича «разбил паралич», и он под присмотром супруги был перевезён к другому сыну, Н.Н. Семёнову, в Рязань. Вскоре серьёзно заболела и матушка.
Узнав о кончине П.Н. Семёнова, император Николай I, знавший его лично, пожаловал сыновей - Николая и Петра в пажи, что давало впоследствии возможность поступить в такое элитное учебное заведение, как Пажеский корпус, куда принимались только дети генералов. Но Семёновым не суждено было воспользоваться этой привилегией - оказавшиеся в деревне практически без присмотра взрослых, братья пропустили время, назначенное им для поступления.
«Продолжатель дела Пушкина»
В 1836 году «за исходом предельного возраста» для поступления в Пажеский корпус Николенька успешно выдержал экзамены в не менее престижный Царскосельский лицей. Его сокурсниками оказались представители многих знатных российских родов. В том сонме титулов и фамилий Николай не оказался «общим местом». Именно здесь, в стенах, взрастивших гения русской литературы, впервые проявляется поэтический талант Семёнова.
По лицейской традиции на каждом курсе предполагался «продолжатель дела Пушкина». На XII курсе это почётное звание сразу и безоговорочно закрепилось за Николаем Семёновым, о чём в своих мемуарах позже вспоминал Михаил Ефграфович Салтыков-Щедрин. Его поэтические произведения были известны и за пределами лицея. Несколько ранних лицейских стихотворений Семёнова даже были опубликованы в петербургском журнале «Маяк».
В 1843 году Николай Петрович распрощался с лицеем и был определён на службу в Министерство юстиции в должности старшего помощника секретаря. Свою рутинную и не очень-то любимую работу он выполняет добросовестно, подшивая в обширные папки различные «входящие бумаги» и составляя никому не нужные отчёты. Но при этом молодой Семёнов мечтает о карьере учёного. Он со своим другом Николаем Данилевским начинает посещать лекции в Петербургском университете и уже задумывается о том, чтобы окончательно оставить службу. Неожиданно для Николая Семёнова открывается перспектива карьерного роста, и от этой возможности он не смог отказаться.
В сентябре 1846 года Николай Петрович Семёнов переводится в Ярославль на должность заместителя председателя палаты уголовного суда, а через полгода назначается на должность губернского прокурора. Иван Сергеевич Аксаков, познакомившийся с Н.П. Семёновым в Ярославле в 1849 году, так характеризовал его в письмах к родным: «25 лет, лицеист, довольный жизнью, сам собой, провинцией, обществом, страстный ботаник, хороший чиновник».
В провинции литературные опыты Николая Петровича продолжились. В 1849 году впервые увидел свет «Ярославский литературный сборник», в котором молодой ярославский прокурор опубликовал стихотворения «Воспоминания», «Муза» и «Художник перед оконченной картиной».
Вскоре последовал его перевод на должность виленского губернского прокурора. Сохранилось предание, что в одной из тюрем, за соблюдением законности в которых он был обязан следить, Н.П. Семёнов встретился с польским повстанцем, приговорённым к казни. На стандартный вопрос о просьбах и пожеланиях тот ответил, что хотел бы получить лишь томик стихов Мицкевича. Удивлённый благородным мужеством узника, Семёнов сам заинтересовался творчеством великого польского поэта и вскоре занялся переводами стихов Адама Мицкевича на русский язык.
Впоследствии Николай Петрович писал об этом так: «Увлечённый его поэтическим гением, его несравненным искусством описывать природу, его неподражаемыми переходами от внешнего мира к внутреннему созерцанию, я, для поверки того, насколько сам проникал в душу поэта, стал переводить его «Крымские сонеты», по содержанию нам близкие, потому что они представляют описание нашей роскошной южной природы». Губернский прокурор не остался безучастным и к судьбе польского юноши, он добился пересмотра его дела, и вскоре тот был выпущен на свободу…
Долго лежавшие «под спудом» переводы произведений Адама Мицкевича, выполненные Николаем Петровичем во время службы в Вильно, были доработаны и опубликованы лишь в 1869 году в журнале «Заря». Положительные отзывы в русской и, что немаловажно, польской прессе вдохновили переводчика на дальнейшую работу.
Много способствовал успешным трудам над переводами друг Н.П. Семёнова известный филолог профессор К.А. Коссович. Итогом многолетней работы автора стал сборник «Из Мицкевича», вышедший в свет отдельным изданием в 1885 году. Он состоял из трёх частей - поэмы, разные стихотворения, «Крымские сонеты». В 1886 году труд Н.П. Семёнова был удостоен Императорской Академией наук Пушкинской премии - высшей литературной награды того времени.
Творец и летописец крестьянской реформы
Служба в провинции для Семёнова закончилась 6 мая 1853 года, он был назначен чиновником в Правительствующий Сенат. В феврале 1859 года как опытный юрист Николай Петрович был откомандирован в состав Редакционных комиссий, которые работали над проектом отмены крепостного права. Им был подготовлен ряд крупных докладов, послуживших материалом для «Положения о крестьянах»: «О местных должностных лицах», «О сельской расправе или управе и крестьянском суде», «О сельских сходах, составе их, предмете ведомства и порядке решения на них дел», «Об общем составе сельского управления»...
Н.П. Семёнов был одним из авторов проекта о мировых посредниках и уездных мировых присутствиях и многом другом. Однако, как писал впоследствии его брат П.П. Семёнов-Тян-Шанский, он «не мог сделаться достаточно полезным для Комиссий редактором их коллективных работ: для этого ему недоставало той объективности, того забвения своего «я». В этой роли он скоро разошёлся со своими коллегами. Слишком большая субъективность и своеобразность его всегда оригинальных, но несколько односторонних взглядов не позволяла ему подчиниться выработанному после нескольких страстных прений мнению большинства коллег».
Николай Петрович сосредоточил свою деятельность в общих собраниях Комиссий, где вносил в обсуждение дела свои основательные юридические познания и знание быта русского народа. Но, безусловно, самым полезным и основным трудом его было то, что он, присутствуя практически на всех заседаниях общего собрания, по поручению председателя Комиссий Я.И. Ростовцева, кропотливо записывал всё, что на них делалось и говорилось. Деятельность Редакционных комиссий была прекращена 10 октября 1860 года.
Для Н.П. Семёнова работа в этом направлении не прерывалась и в дальнейшем. Ещё 9 октября предписанием министра юстиции он был откомандирован «состоять при заведовавшем делами Главного комитета по крестьянскому делу тайном советнике Буткове для необходимости объяснений и содействия по наблюдению за исполнением последним работ в канцелярии Редакционных комиссий». Он вместе с братом П.П. Семёновым «сопровождал» прохождение в высших инстанциях выработанного в Комиссиях проекта Положения об отмене крепостного права вплоть до обнародования Манифеста 19 февраля 1861 года.
Практически сразу же по закрытии Редакционных комиссий Николай Петрович берётся за литературную обработку собранного им материала, и уже в 1862 году в № 8 «Русского вестника» появляется его первая статья «Освобождение крестьян в России и Пруссии». Несколько публикаций было посвящено первому руководителю Комиссий Я.И. Ростовцеву. За этим последовал ряд отдельных статей автора, опубликованных в «Русском архиве» и «Русском вестнике» в 1860-80-е годы. Их публикация была частью грандиозной работы, предпринятой Н.П. Семёновым с начала 80-х годов XIX века.
В 1883 году он был назначен присутствовать в I общем собрании Сената, что давало ему значительно больше свободного времени, которое он всецело посвятил подготовке к изданию многотомного труда по истории отмены крепостного права. «Я считаю его столь важным, что отречение от всего мира я считал бы не чрезмерным, чтобы только довести этот труд до благополучного окончания», замечает Н.П. Семёнов в одном из своих писем А.А. Фету.
Неожиданно для Николая Петровича в январе 1885 года его переводят в 3 Департамент Сената, где служебная нагрузка была значительно выше. Обеспокоенный этим, он пишет: «Мой труд… приходилось бы бросить. Можете представить, как я был взволнован. До сих пор хлопочу, и всё не устраивается мне перемещение по-прежнему в общее собрание».
Хлопоты сенатора увенчались успехом лишь в марте 1885 года, и Николай Петрович, по собственному его выражению, «…жал свою работу не развлекаясь, по неизвестности, что будет». Одновременно с журнальными публикациями шла работа над изданием труда в полном объёме. Все статьи впоследствии вошли в фундаментальное историческое исследование «Освобождение крестьян в царствование императора Александра II». Трёхтомный труд в четырёх книгах общим объёмом около 4000 страниц выходил с 1889 по 1892 год.
В рецензии на исследование Н.П. Семёнова профессор киевского университета Святого Владимира А.В. Романович-Славатинский подчёркивает: «Редко когда историческое событие находило такого талантливого и трудолюбивого хроникёра, который бы так тщательно заносил в свою летопись каждую черту, каждый момент события, о котором он повествует. Подобные труды, конечно, имеют неоцененное историческое значение». Этот труд был отмечен тремя академическими премиями, как лучшее историческое исследование - двумя премиями митрополита Макария и премией симбирского дворянства. Что, кстати, позволило автору не заботиться о поисках средств для дальнейшего издания своего грандиозного труда.
С интересом следивший за работой историка император Александр III поручает ему составление записки по крестьянскому вопросу. К этому заданию Николай Петрович подошёл со свойственной ему тщательностью. Подготовка статьи заняла несколько месяцев кропотливого труда, в котором ему активно помогал брат Пётр Петрович Семёнов.
Суть этой работы, которая была напечатана под названием «Освобождение крестьян. Выводы и заключение», сводилась к необходимости сохранения общинного крестьянского землепользования. Во многом именно аргументы, высказанные Н.П. Семёновым, послужили толчком к созданию и утверждению 14 декабря 1893 года Александром III закона «О неотчуждаемости крестьянской надельной земли», который неизбежно отменял 165 ст. Положения 19 февраля 1861 года об укреплении земельных участков в собственность крестьян. Этой своей работой сенатор приобрёл себе массу противников и недоброжелателей в либеральной среде.
Учёный-естествоиспытатель
Среди своих многочисленных занятий Николай Петрович Семёнов находил ещё время и возможность заниматься изучением флоры Рязанской, Московской, Виленской и Ярославской губерний. Ботаника была его увлечением, зародившимся ещё в детские годы в дедовской усадьбе, во время семейных путешествий по окрестным рощам и лесам в живописной долине речки Рановы. Интересно, что даже переписка Н.П. Семёнова изобилует ботаническими терминами. Так, в письме художнице Александре Шнейдер он замечает, что на выставке картин его взгляд остановился «на неправильно названной тигровой лилии», и поясняет – «это есть Lilium Thunbergianum, тогда как тигровая есть Lilium tigrinum».
Где бы Николай Петрович ни находился, в служебной командировке, на отдыхе, он неустанно собирал образцы для своего гербария, который впоследствии вошёл в число источников для составления профессором В.Я. Цингером «Сборника сведений о флоре средней России». Всё, что вызывало искренний интерес Николая Петровича, он старался довести до логического завершения.
В 1876 году в своей речи, произнесённой в Императорском Российском обществе садоводства, действительным членом которого он являлся (кроме этого он был ещё и действительным членом Русского географического общества), Н.П. Семёнов поднял вопрос о необходимости создать русскую ботаническую номенклатуру, установив родовые и видовые названия растений на русском языке. За исполнение замысла он берётся сам, и уже через два года в свет вышел труд «Русская номенклатура наиболее известных в нашей флоре и культуре и некоторых общеупотребительных растений».
Его любимым детищем был парк в Рязанке, где Николай Петрович, продолжая работы, начатые его матерью, высаживал десятки новых для центра России пород деревьев. Только хвойных здесь в конце XIX века произрастало более 40 видов! Среди них такие необычные для юга Рязанской губернии, как гинкго двухлопастная, тис обыкновенный, тсуга канадская, пихта Нордмана, кипарисовик нутканский, биота восточная, ели белая и чёрная, сосна Банкса. Дендрологический парк Семёнова, или «сад», как его называл сам хозяин, имел общероссийскую известность.
Уход
Николай Петрович скончался в своей усадьбе в деревне Рязанка Раненбургского уезда Рязанской губернии в ночь с 10 на 11 октября 1904 г. Извещая своего отца Петра Петровича о кончине его брата, Ольга Семёнова писала: «…во все окна на него смотрит его сад, потихоньку роняющий свои последние листья и засыпающий на зиму. Такая счастливая и мирная смерть в любимой им обстановке, что прощаясь с ним, я могла только сказать - милый дядя, а слово бедный совершенно к нему не подходит. Вообще - это самая светлая смерть, которую я когда-либо видела…».
Н.П. Семёнов был похоронен в родовой усыпальнице у Никольской церкви села Урусово рядом со своими родителями и любимой дочерью Маргаритой, скончавшейся в 1891 году.
