[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTI3LnVzZXJhcGkuY29tL2M4NTgyMzYvdjg1ODIzNjIyNi81YzRkMi9OZHFJNWdhOHZPVS5qcGc[/img2]
Г.И. Кадунов. Портрет Екатерины Ивановны Козицкой. 1850-60. Холст, масло. 63,0 х 52,0 см. Новгородский государственный объединённый музей-заповедник.
Судьба наследников Мясниковых-Твердышевых
Н.М. Кулбахтин, кандидат исторических наук, доцент
В ХVIII в. Урал стал металлургическим центром России. Помимо казны и местных умельцев, рудознатцев и рудопромышленников, в развитии уральской горнозаводской промышленности значительную роль сыграли предприниматели из купцов и дворян. Наиболее преуспевающими на Южном Урале были симбирские купцы Твердышевы и Мясниковы.
Признанный глава горнозаводской компании симбирских купцов И.Б. Твердышев скончался осенью 1773 г. Сердце старого заводчика не выдержало ужасов разрушения заводов восставшими крестьянами. Лидером компании стал Я.Б. Твердышев. Он принимал меры по сохранению заводов от разрушения и сожжения повстанцами. 5 июня 1774 г. он обратился к оренбургскому губернатору И.А. Рейнсдорпу с просьбой прислать на заводы воинские команды.
За 30 с лишним лет проживания в Башкирии Я.Б. Твердышев хорошо узнал коренных жителей края, их боевой дух и непреклонность в освободительной борьбе. «В Башкирь посланы, - писал он, - манифесты со увещеванием, дабы башкирцы отстав от злодейства, пришли с повиновением, и вина их будет отпущена. Но по тому увещеванию не может так быть. Башкирцов инаково к повиновению провести уже не можно, как должно военною рукою поступить».
Поэтому он предлагал использовать заводы как опорные пункты для правительственных войск, куда могли бы бежать от башкир татары, чуваши, русские крестьяне. Опытный заводовладелец собственные интересы сопрягал с выгодами государства. Иначе, продолжал он, «усмирить башкирцов весьма трудно будет не только будущею зимою, но и во многое время».
В обращении к губернатору с предложением ввести в заводы воинские команды Я.Б. Твердышев был не одинок. Тогда же с аналогичной просьбой ввести команду в Авзяно-Петровские заводы обратился Е.Н. Демидов. 14 июня подал доношение И.А. Рейнсдорпу приказчик Кано-Никольского завода Антип Ямщиков с просьбой прислать на завод воинскую команду для защиты от набегов башкир-повстанцев. Оренбургский губернатор хорошо понимал тревогу заводовладельцев, но не располагал нужным количеством войск. Поэтому он обратился к главнокомандующему правительственными войсками по подавлению Крестьянской войны генерал-поручику Ф.Ф. Щербатову.
В ответ на просьбу губернатора Щербатов в письме от 11 июня 1774 г. писал, что он первоочередной задачей считает «идущими сюда легкими войсками очистить» коммуникации по реке Белой и дорогу до Уфы, «возстановить между ими свободное сообщение и охранять тем Ново-Московскую дорогу». Генерал обещал: «…лишь достигнув сего успеха тогда, смотря на обстоятельства, и безопасность знатных мест буду я стараться исполнить сходно с сообщением вашего превосходительства, чтоб расположением военных команд по изъясненным в сообщение вашем заводам охранять их от разорений». Однако Ф.Ф. Щербатов не сумел выполнить данного губернатору обещания.
Когда Я.Б. Твердышев обращался к И.А. Рейнсдорпу с просьбой прислать на его заводы воинские команды, уже были разрушены три завода: Покровский медеплавильный в октябре 1773 г. - башкирами, Белорецкий железоделательный завод в мае 1774 г. - Е.И. Пугачевым и Симский железоделательный завод - Салаватом Юлаевым.
Летом 1774 г. главным войском Е.И. Пугачева и башкирами при отступлении были сожжены и разрушены все медеплавильные заводы компании. Следует подчеркнуть, что сожжение заводов было связано не только с требованием Е.И. Пугачева и действиями башкирских повстанцев. Часто инициаторами в этом деле выступали сами заводские крестьяне. В уничтожении заводов они видели избавление от жестокой крепостнической эксплуатации со стороны заводовладельцев.
В письме оренбургскому губернатору И.А. Рейнсдорпу от 16 июня 1774 г. генерал-поручик Ф.Ф. Щербатов писал: «Два сообщения вашего превосходительства, из которых при одном приложены были копии с доношением заводчиков Демидова и Твердышева, я имел честь получить. Читая оныя, нашел я их объявлении совсем несогласные с репортами и допросами, чрез которые известен я о созжении их заводов и о всех того произшествия обстоятельствах, и которые подтверждают, что жестокость употребляемая от заводчиков с своими крестьянами возбудила их к ненависти против своих господ.
А сие тем доказывается, что крестьяне нимало не защищали себя от стремления на жительства их злодейского и не прибегнули к воинским командам, ни с объявлением о опасности, ни с прозьбой о защищении, но напротив, о сожжении последнего Твердышева завода сам приказщик в Бугульчанах полковник Хорвату показал, что крестьяне допустили сами башкирцов до зажжения того завода».
После подавления Крестьянской войны Я.Б. Твердышев и И.С. Мясников долго добивались у правительства ссуды для восстановления разрушенных и сожженных заводов. Правительство выделило компании беспроцентную ссуду в сумме 180 тыс. За кратчайший срок, около 2,5 лет, Я.Б. Твердышев сумел восстановить и запустить в эксплуатацию все медеплавильные заводы, за исключением Покровского завода.
*Согласно письменным источникам, общая численность крепостных крестьян компании Твердышевых и Мясниковых в конце XVIII в. составляла 18 166 душ м.п. Однако многие пишут, что каждой дочери И.С. Мясникова досталось по 19 тыс. крестьян. Возможно, авторы учитывают совокупную численность крепостных крестьян обширных поместий заводовладельцев.
Кроме того, Я.Б. Твердышев построил три железоделательных завода: Минский молотовый (1779), Нижне-Симский молотовый (1782) и Миньярский доменно-молотовый (1784). Все эти заводы были построены в даче Симского завода. И.Б. Твердышев умер бездетным. И.С. Мясников был женат на родной сестре Твердышевых Татьяне Борисовне. У них были четыре дочери: Ирина, Дарья, Аграфена, Екатерина (см. родословную Мясниковых).
В 1780 г. И.С. Мясников умер. Его дочери дали Я.Б. Твердышеву доверенность на управление всеми заводами совместного, нераздельного хозяйства компании. Но вскоре они собрались в Москве и потребовали у Я.Б. Твердышева вернуть доверенность. Глава компании отказался вернуть ее, сославшись на то, что она «во многих местах обнародована и ежели то письмо возвратить им, то сделается заводскому течению остановка».
Однако поступок родных племянниц его оскорбил, и он сам стал ходатайствовать о разделе имущества компании, предложив проект раздела. Но дочери И.С. Мясникова не согласились с его проектом. Тогда Я.Б. Твердышев забрал себе единственный Преображенский медеплавильный завод, отказался вести общее хозяйство и вышел из компании. Я.Б. Твердышев долго и почти безвыездно жил в Башкирии. Он установил обширные контакты с местными предпринимателями, женился на дочери оренбургского купца Крашенникова Наталье Кузьминичне.
У них была единственная дочь Татьяна, которая вышла замуж за Г.И. Бибикова. Я.Б. Твердышев завещал Преображенский завод дочери, та переоформила его на имя мужа. Татьяна Борисовна была бездетной, умерла рано. В 1783 г. умер и Я.Б. Твердышев. В том же 1783 г. Г.И. Бибиков продал Преображенский завод Д.К. Крашенникову, именитому гражданину Оренбурга, родному брату Натальи Кузьминичны. В 1789 г. тот продал завод московскому именитому гражданину Петру Михайловичу Гусятникову за 200 тыс. руб.
Для раздела огромного хозяйства компании императрица Екатерина II создала специальную комиссию, в состав которой вошел и известный общественный деятель и историк М.М. Щербатов. Наблюдение за разделом наследства было возложено на сенатора генерал-аншефа князя В.М. Долгорукова. Полный раздел был совершен в 1783 г.
Каждой дочери И.С. Мясникова достались по одному медеплавильному и железоделательному заводам. Ирине Ивановне Бекетовой достались Богоявленский, Верхне-и Нижне-Симские заводы, Дарье Ивановне Пашковой - Воскресенский и Белорецкий, Аграфене Ивановне Дурасовой - Верхоторский и Юрюзань-Ивановский, Екатерине Ивановне Козицкой - Архангельский, Катав-Ивановский и Усть-Катавский заводы.
Справедливости ради нужно признать, что комиссия к разделу огромного наследства компании подошла не формально, а со знанием горнозаводского дела. Екатерина Ивановна и Ирина Ивановна получили самые мощные Катав-Ивановский и Усть-Катавский, Верхне-и Нижне-Симские доменные и молотовые заводы. Таким образом, единый производственный цикл «кустов» был сохранен. А несправедливость раздела железоделательных заводов была компенсирована тем, что им были переданы более слабые Архангельский и Богоявленский медеплавильные заводы. Кроме того, наследницы получили огромные земельные владения и по 19 тыс. душ крепостных крестьян. И.Б. Твердышев и И.С. Мясников успели получить дворянское звание.
7 мая 1758 г. указом Правительствующего Сената они были освобождены от подушного оклада и жалованы чином «медных и железных заводов директор». А в сентябре 1758 г. «за тщательное ими оных заводов произведение и принесение казенной и правительственной прибыли» были пожалованы коллежскими асессорами, т.е. получили потомственный дворянский титул. Тем не менее, для столичного светского общества дочери-наследницы И.С. Мясникова являлись представителями незнатного рода. Однако громадное состояние, доставшееся им после смерти отца, сделало их самыми богатыми невестами России того времени и позволило сделать приличные партии и приумножить богатство многих знатнейших русских фамилий.
Интереснейшая проблема судьбы наследников знаменитых заводовладельцев Твердышевых-Мясниковых практически очень мало изучена. Лишь в краеведческой работе Гудковых она нашла освещение. Изучение источников и дореволюционной литературы позволяют ознакомиться с интересными и яркими событиями из жизни дочерей И.С. Мясникова и их наследников, их родственными связями с другими дворянскими фамилиями и известными представителями российского общества XVIII-ХIX вв.
Старшая дочь И.С. Мясникова Ирина Ивановна была замужем за полковником Петром Афанасьевичем Бекетовым. Ей достались Богоявленский медеплавильный, Верхне-Симский комбинированный и Нижне-Симский молотовый заводы. У И.И. и П.А. Бекетовых была единственная дочь Екатерина, которая вышла замуж за С.С. Кушникова. Сергей Александрович Кушников, свекор Екатерины Петровны, был женат на родной сестре историка М.Н. Карамзина. У Е.П. и С.С. Кушниковых были 2 дочери: Софья и Елизавета.
Софья Сергеевна была замужем за Дмитрием Гавриловичем Бибиковым (1792-1870), дослужившимся до генерала от инфантерии, члена Государственного Совета и сенатора. Елизавета Сергеевна вышла замуж за генерал-майора Николая Мартыновича Сипягина. На территории фамильных владений этой линии Мясниковых в годы советской власти был создан колхоз «Октябрь» Кармаскалинского района. Деревня Русский Сасыкуль была центральной усадьбой колхоза «Спутник» Гафурийского района, Большой Куганак - центром Куганакского сельсовета Стерлитамакского района, село Покровка - центральной усадьбой колхоза имени Свердлова того же района. Вторая дочь И.С. Мясникова
Дарья вышла замуж за офицера линейной службы Александра Ильича Пашкова, очень богатого человека. У него было большое имение в Тамбовской губернии, знаменитый «Дом Пашковых» в Москве. Но Дарья Иванова была еще богаче. Она унаследовала от отца Воскресенский медеплавильный и Белорецкий доменно-молотовый заводы, огромные земельные владения, лесные дачи и около 19 тыс. душ крепостных крестьян.
У Д.И. и А.И. Пашковых были три сына: Иван, Василий и Алексей. О старших сыновьях Пашковых современники оставили хорошие отзывы, признавали их «честными и добрыми людьми», чего не заслуживал их младший сын Алексей. После смерти отца он подкупил его управителя и забрал себе все столовое серебро, стоившее больших денег.
По наследству ему достались имение в Тамбовской губернии и «Дом Пашковых» в Москве. У него было много детей. Но старший сын Федор умер в молодые годы, еще двое детей - в младенчестве. Наследницами Алексея Александровича остались две дочери: Елизавета и Дарья. Младшую Дарью он выдал за сына соседнего помещика Николая Петровича Полтавцева.
У Д.А. и Н.П. Полтавцевых были две дочери: Елизавета и Екатерина. Дарью Алексеевну в Москве в светском обществе приняли очень холодно, и она уехала в Петербург, где удачно выдала свою дочь Елизавету за Николая Баранова. Елизавета Николаевна устроила замужество сестры Екатерины Николаевны за двоюродного брата своего мужа - графа Александра Владимировича Адлерберга, одного из близких к Александру II придворных людей.
Старший сын Дарьи Ивановны и Александра Ильича Пашковых Иван Александрович унаследовал Белорецкий завод. Он был женат на Авдотье Николаевне Левашовой. У них было три сына: Андрей, Николай, Сергей и две дочери: Дарья и Александра. Дарья Ивановна умерла в 1803 или 1804 г., к этому времени успела построить и запустить Тирлянский молотовый завод, который переделывал белорецкий чугун в железо.
Иван Александрович умер в 1834 г., после чего Белорецкий и Тирлянский заводы стали объектом ожесточенной и многолетней борьбы его сыновей Андрея, Николая, Сергея и дочери Александры. Второй сын Д.И. и А.И. Пашковых Василий Александрович унаследовал Воскресенский завод. Он был женат на графине Екатерине Александровне Толстой. Они имели трех сыновей: Михаила, Александра и Ивана. Василий Александрович умер в 1834 г. В следующем 1835 г. умерла его жена. Иван Васильевич (1805-1859) умер бездетным. Воскресенский завод унаследовал их старший сын Михаил Васильевич.
М.В. Пашков, генерал-лейтенант, был незаурядной личностью, занимал высокие государственные посты управляющего департаментом внешней торговли, инспектора пограничной стражи; входил в состав Петербургского комитета для разработки проекта освобождения горнозаводских крестьян Оренбургской губернии. Свое положение он укрепил браком с Марией Трофимовной Барановой (1807-1887).
Через брата своей жены Эдуарда Трофимовича Баранова и двоюродного брата Александра Адлерберга вошел в окружение императора Александра II. М.В. Пашков жестоко эксплуатировал заводских крестьян, что явилось объектом острой критики А.И. Герцена на страницах журнала «Колокол». Даже Оренбургский и Самарский генерал-губернатор А.А. Катенин, встревоженный положением на заводах М.В. Пашкова, вынужден был обратиться к министру внутренних дел С.С. Ланскому с «Жалобой на генерал-майора М.В. Пашкова».
У М.В. Пашкова были сын Николай и 6 дочерей, которые унаследовали и совместно владели Воскресенским и Преображенским заводами. Через своих дочерей М.В. Пашков значительно расширил династические связи с крупными дворянскими фамилиями. Старшая дочь Александра была замужем за действительным тайным советником В.В. Апраксиным, Мария - за князем В.Д. Голицыным, Ольга - за Н.Н. Бутурлиным. М.В. Пашков умер в 1863 г. в Париже.
В 1846 г. М.В. Пашков приобрел Преображенский медеплавильный завод. В 1870 г. Воскресенский и Преображенский заводы его наследники продали английской компании «Прогден, Леббок и Ко» за 850 тыс. руб. серебром, которая через год, в 1871 г., перепродала другой английской компании «Русская медь», которая внесла нововведения: на заводах установили сильные паровые машины, шахтные печи переделали на конические, ввели мокрый способ извлечения меди из галечных рудников, на Каргалинских рудниках установили насосы и осуществляли механический подъем воды, проложили рельсовые пути для откатки. В результате значительно выросла производительность заводов, достигнув 15 и более тыс. пудов в год, а в отдельные годы до 20 тыс. пудов.
Однако интенсивная работа заводов привела к истощению Каргалинских рудников. В 1884 г. Преображенский завод был закрыт. Производство меди резко сократилось. В таких условиях английская компания вынуждена была продать заводы с аукциона. В 1891 г. заводы выкупил Василий Александрович Пашков, родной племянник М.В. Пашкова. Новый заводовладелец решил изменить профиль Воскресенского завода.
В 1893 г. он начал строить на заводе доменную печь, которую запустили в 1867 г. Таким образом, завод стал чугуноплавильным и до 1902 г. из бурого железняка производил чугун. Богоявленский завод, купленный А.В. Пашковым в 1834 г., принадлежал его наследникам до национализации в 1917 г. До конца XIX в. завод работал на обедненных медистых песчаных рудах Стерлитамакского уезда.
В 1887 г. завод прекратил производство меди и в 1893 г. был переоборудован в стекловаренный. Стекольный завод выпускал оконное, листовое, бемское и русское стекло. Главное управление завода находилось в Санкт-Петербурге, склады - в городах Уфе, Стерлитамаке, Самаре, Казани, Оренбурге, Томске, Нижнем Новгороде, что говорит о широких масштабах производства и реализации продукции завода.
Население Богоявленского завода принимало активное участие в революционных событиях 1917 г. На заводе 24 апреля 1917 г. был создан Совет рабочих депутатов, который весной того года отобрал заводские земли и разделил между крестьянами, а на заводе установил рабочий контроль. В годы Гражданской войны завод стал одним из опорных пунктов знаменитой армии В.К. Блюхера.
Средний сын Василия Александровича и Екатерины Александровны Пашковых Александр имел сына Василия, дочерей Екатерину и Ольгу. Екатерина Александровна была замужем за Александром Егоровичем Тимашевым, Ольга - за Мусиным-Пушкиным. Василий Александрович унаследовал от родителей Богоявленский завод. К нему же перешел от бездетного дяди Ивана Васильевича Верхоторский завод. В 1891 г. у детей М.В. Пашкова он выкупил Воскресенский завод.
В.А. Пашков в истории известен как основатель религиозной секты «пашковцев». Его сын, имя которого пока не удалось установить, был женат на женщине из семьи известного генерала Н.Н. Муравьева-Карского. В начале XX в. она владела Воскресенским заводом, жила в Лондоне. У нее было два сына, которые являлись студентами Кембриджского университета.
Третья дочь И.С. Мясникова - Аграфена Ивановна - была замужем за бригадиром Алексеем Николаевичем Дурасовым. Ей достались по наследству Верхоторский медеплавильный и Юрюзань-Ивановский доменномолотовый заводы. А.Н. Дурасов был баснословно богат. Он имел знаменитое имение Никольское в Симбирской провинции и богатейшее подмосковное имение Люблино, ничем не уступавшее Кускову графов Шереметевых. А.И. Дурасова умерла в 1803 г. Верхоторский завод по наследству перешел ее сыну Николаю Алексеевичу.
Н.А. Дурасов был заядлым игроком в карты и проигрывал огромные суммы, закладывал имение Никольское и другие имения. Его родная тетка Дарья Иванова Пашкова, опасаясь, что он может проиграть и заводы, в 1804 г. выкупила Верхоторский завод со всеми принадлежащими деревнями и земельными владениями. Таким образом, Верхоторский завод всего 20 лет находился во владении Дурасовых.
После смерти А.И. Дурасовой он перешел Пашковым. О судьбе наследников И.С. Мясникова по данной линии авторы этих строк другими источниками пока не располагают. Самый яркий след в истории страны оставила младшая дочь И.С. Мясникова Екатерина Ивановна. Ее старшие сестры втайне принадлежали к старообрядчеству. А она приняла православие и прожила долгую и интересную жизнь.
Братья Орловы, занимавшие господствующее положение в окружении Екатерины II, устроили женитьбу статс-секретаря императрицы Григория Васильевича Козицкого (1724-1775) на богатой невесте Екатерине Ивановне. Таким образом, она вошла в придворный круг императрицы. Г.В. Козицкий происходил из старинного, но обедневшего рода волынской шляхты. Он пользовался покровительством братьев Орловых, которые приблизили его к Екатерине и предоставили должность статс-секретаря императрицы.
Широко образованный, Г.В. Козицкий играл значительную роль в развитии русского просветительств а в середине XVIII в. и оказывал влияние на формирование просвещенной монархии. Особенно значительны его заслуги в составлении знаменитых «Наказов» Екатерины II Уложенной комиссии, в переводе древнеримских и французских авторов на русский язык. Но 10 июля 1773 г. он был уволен с должности статс-секретаря. Козицкий впал в меланхолию, 21 декабря 1775 г. нанес себе 32 ножевые раны и от них умер 26 декабря.
Трагическая смерть мужа не сломила Екатерину Ивановну. Умная и энергичная, с твердым и решительным характером, не владея иностранными языками, Екатерина Ивановна сумела занять высокое положение в столичном обществе, держала себя с большим достоинством в самых чопорных кругах франкоязычного великосветского общества столицы России, вела смелые беседы с иностранными дипломатами при помощи своих внучек. Жила открыто, много принимала гостей как в Петербурге, так и в Москве. В Москве у нее был большой и прекрасный дом на Тверской, на углу Козицкого переулка. Она пережила своего мужа более чем на полстолетие и скончалась в возрасте 87 лет, 6 мая 1833 г. Погребена на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.
У Е.И. и Г.В. Козицких были две дочери: Александра (1772-1850) и Анна (1773-1846). Младшую дочь Анну Екатерина Ивановна выдала замуж за овдовевшего князя Александра Михайловича Белосельского (1752-1809), который был из древнего рода ростовских князей, чьи владения находились в районе Белого озера в Вологодской области. Впервые их предки упоминаются в самом начале XIII в. Они были рюриковичами, родословную линию вели от Ярослава Мудрого. Один из белозерских князей Глеб Василькович (1237-1278) был женат на внучке Батыя, получившей после крещения имя Федоры.
Князь А.М. Белосельский получил прекрасное образование, слыл в светском обществе северной столицы человеком с «блистательном умом, обширными познаниями и любовью к искусствам», меценатом среди художников и литераторов, был поэтом, вел переписку с философами и учеными Европы, переводил на французский язык Державина, Ломоносова и других русских поэтов. Князь смолоду избрал дипломатическую карьеру, был посланником в Дрездене, затем в Турине.
В 1799 г., как старший в роде князей Белосельских, был пожалован Павлом I прибавкой к фамилии титула «Белозерский», его потомки стали именоваться «Белосельскими-Белозерскими». У А.М. и А.Г. Белосельских-Белозерских были дети: сын Эспер (1802-1846), дочери Екатерина и Елизавета. Эсперу Александровичу после смерти Анны Григорьевны достались по наследству Катав-Ивановский и Усть-Катавский заводы, которые были закрыты в 1908 г.
Э.А. Белосельский-Белозерский был женат на падчерице шефа жандармов графа А.Х. Бенкендорфа Елене Павловне Бибиковой. У них родились два сына - Николай, Константин и две дочери - Елизавета и Ольга. Елизавета была замужем за князем Петром Никитичем Трубецким (1826-1880), Ольга - за Нарышкиным. У Константина Эсперовича был сын Сергей.
Старшая дочь Белосельских-Белозерских Екатерина вышла замуж за генерал-адъютанта, генерала от инфантерии Ивана Онуфриевича Сухозанета (1788-1860), который происходил из польских дворян, поступивших на русскую службу. Он вел успешную службу в инженерных войсках русской армии, участвовал в Отечественной войне 1812 г. и русских походах 1813-1814 гг., командовал артиллерийской бригадой и дослужился до генерал-майора.
В 1819 г. был назначен начальником артиллерии гвардейского корпуса. 14 декабря 1825 г. корпус под его командованием перешел на сторону Николая I и подавил восстание декабристов. На следующий же день он был пожалован в генерал-адъютанты и назначен директором военной академии, которой управлял более 20 лет, доведя ее до полного развала, был освобожден от должности в 1854 г. Умер в 1861 г. от нервного удара, не выдержав отмены крепостного права. Жестокость обращения И.О. Сухозанета с заводскими крестьянами многократно подвергалась критике на страницах журнала «Колокол». Минский завод перестал действовать в 1879 г. Юрюзанский завод по наследству перешел его сыну Александру.
Младшая дочь Белосельских-Белозерских Елизавета была замужем за князем А.И. Чернышевым, военным министром времен императора Николая I. Старшая дочь Екатерины Ивановны и Григория Васильевича Козицких Александра (1772-1850) долго не могла выбрать себе жениха. В возрасте 26 лет полюбила французского эмигранта Ивана Степановича (Жана Француа) Лаваля (1761-1846). Мать была против их брака. Тогда Александра Григорьевна написала всеподданнейшую просьбу.
Царь потребовал от Екатерины Ивановны объяснение причин для отказа брака. Екатерина Ивановна ответила, что Лаваль «не нашей веры, неизвестно откуда взялся и имеет небольшой чин». Павел I наложил резолюцию: «Он христианин, я его знаю, для Козицкой чин весьма достаточный, а потому обвенчать». Лаваль и Александра Григорьевна немедленно были обвенчаны в приходской церкви. Александра Григорьевна получила большое приданое.
Перед смертью Е.И. Козицкая «очень одарила Лавалей ввиду того, что они менее богаты, чем княгиня Белосельская». Лавалям принадлежали также большие имения в Пензенской, Саратовской и Петербургской губерниях, Глазовские золотые прииски. А.Г. Лаваль унаследовала от своей матери природный ум, здравый смысл, твердый характер и прекрасное воспитание.
В противоположность младшей сестре Анне, которая «всегда имела вид горничной», Александра Лаваль «не переставала держать дом широко». Сразу же после замужества она приобрела один из известных особняков в Петербурге и поручила его перестройку выдающемуся французскому архитектору Тому де Томону. Ей принадлежала часть Аптекарского острова в Петербурге, где она тому же архитектору поручила построить дачу с оранжереями и разбить парк площадью 52,5 тыс. сажен.
За 221 тыс. руб. А.Г. Лаваль приобрела в Таврической губернии поместье Саблы в 5 тыс. десятин и суконную фабрику. Лавали получали более 200 тыс. руб. ежегодного дохода от имений, дали французскому королю Людовику XVIII ссуду в 300 тыс. руб., за что в 1814 г. получили графский титул. В доме А.Г. Лаваль на Английской набережной собирались представители высшего общества: поэты, писатели, любители и знатоки искусств.
Здесь велись литературные беседы, читали свои произведения А.П. Вяземский, А.И. Тургенев, А.И. Крылов, Н.И. Гнедич, А.Н. Плещеев, И.И. Козлов, И.И. Дмитриев, А.Н. Оленин, Ф.П. Толстой, З.А. Волконская и др. Частым гостем в доме Лавалей был А.С. Пушкин. Хозяйка была приятельницей известной госпожи Сталь Анны Луизы де Жермен. Графиня А.Г. Лаваль умерла 17 ноября 1850 г., погребена на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.
У А.Г. и И.С. Лавалей был сын Владимир и четыре дочери. Владимир, корнет конной гвардии, родился в 1804 г., в 1825 г. покончил жизнь самоубийством. Шеф жандармов Бенкендорф в донесении императору Александру I писал, что причиной самоубийства корнета Лаваля явилось его «вольнодумство». Старшая дочь Лавалей Екатерина (1800-1854) в 1825 г. вышла замуж за полковника князя С.П. Трубецкого (1790-1860), декабриста, руководителя Северного общества. Верховный уголовный суд причислил Трубецкого к преступникам «первого разряда» и приговорил к смертной казни, замененной государем пожизненной каторгой.
Екатерина Ивановна последовала за мужем в ссылку на другой же день после его отправки: «...она первая проложила путь далекий, неизвестный, сопряженный с такими трудностями, пред которыми остановилась бы женщина с меньшей любовью». Она прожила в Сибири 27 лет, неотступно следуя за мужем на каторгу и облегчая страдания его и его друзей.
Е.И. Трубецкая немного не дожила до освобождения мужа и умерла 14 октября 1854 г. в возрасте 52 лет. В Сибири родились дети: сын Иван (умер в 1874 г.), дочери Александра (замужем за сенатором Н.Р. Ребиндером), Зинаида (за Н.Д. Свербеевым), Елизавета (за П.В. Давыдовым). Князь С.П. Трубецкой в 1856 г. был прощен. Вначале жил в Киеве, затем в Москве, где и умер 22 ноября 1860 г.
Вторая дочь Зинаида в 1823 г. была выдана замуж за австрийского посланника в Петербурге графа Людвига Лебцельтерна (1776-1854). Вскоре они уехали в Австрию. О дальнейшей судьбе этой правнучки заводовладельца И.С. Мясникова авторам пока не удалось найти материалы. Известно лишь, что Зинаида Ивановна умерла в 1873 г.
Третья дочь Софья (1809-1871) в 1833 г. вышла замуж за дипломата, камергера и обер-церемониймейстера николаевского двора графа Александра Михайловича Борха (1804-1867). Софья Ивановна была фрейлиной. Семье Борхов после смерти Александры Григорьевны достался московский дом со всеми коллекциями древнегреческих ваз, египетской и античной скульптуры, античным мраморным полом. Все это Борхи продали Эрмитажу.
Дом Лавалей славился богатейшим собранием картин. Картины сестры поделили между собой: 19 картин С.И. Борх отправила в Иркутск Е.И. Трубецкой, З.И. Лебцельтерн и А.И. Коссаковская свою часть картин вывезли с собой за границу. Также была поделена между сестрами ценнейшая библиотека.
Борхи быстро обеднели. Они несколько раз обращались к Александру II с просьбой выдать ссуду под залог дома. Однако и ссуды им не помогли. К концу жизни Софьи Ивановны ее долг достиг 1 млн руб., для погашения которого ей пришлось продать московский дом за 280 тыс. руб. Софья Ивановна была знакома с А.С. Пушкиным по дому родителей в Москве и петербургскому светскому обществу, дружила также с семьей Геккернов. По словам современников, она «сыграла какую-то роль в дуэли Пушкина».
Младшая дочь Лавалей Александра (1811-1886) с 1829 г. была замужем за действительным тайным советником, графом С.О. Коссаковским (1795-1872), который достиг высоких чинов, стал сенатором, членом Государственного Совета, был писателем, художником, но, по выражению Пушкина, был «очень глуп». С 1832 г. являлся посланником России при мадридском дворе, затем председателем герольдии Царства Польского. У Коссаковских был сын Станислав-Казимир, известный польский герольдик.
Александра Ивановна часто встречалась с Пушкиным в доме родителей и в светском обществе. Они терпеть не могли друг друга. Пушкин высказывал ей язвительные замечания, на что Александра отвечала откровенной ненавистью поэту. После смерти матери Архангельский медеплавильный завод по наследству перешел Александре Ивановне, а в 1886 г. - сыну Станиславу-Казимиру Станиславовичу Коссаковскому. Последний быстро обанкротился. Производительность завода падала, и в 1891 г. он прекратил свое существование. С.С. Коссаковский продал заводскую дачу удельному ведомству.
Графиня А.И. Коссаковская была образованной женщиной, вела переписку с французским поэтом Альфредом де Виньи и снабжала последнего материалами для поэмы «Ванга - русская повесть» о женах декабристов. Она с семьей выехала из России и долгую жизнь прожила в Польше.
Таким образом, симбирские купцы Мясниковы через дочерей, внучек и правнучек заводовладельца Ивана Семеновича породнились с обширным кругом дворянских фамилий Бекетовых, Пашковых, Дурасовых, Козицких, Кушниковых, Бибиковых, Дмитриевых, Сипягиных, Толстых, Барановых, Адлербергов, Апраксиных, Голицыных, Бутурлиных, Сушковых, Растопчиных, Белосельских-Белозерских, Чернышевых, Трубецких, Нарышкиных, Давыдовых, Левашовых, Карамзиных, Барков и др.
Среди них были графы, князья, крупные государственные деятели, поэты, писатели, художники.
