[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTY1LnVzZXJhcGkuY29tL2ltcGcvLTVCbG5ScUFvNkF3aHRvdUJKdkRtOVd4M3JRblZpVTVQVTNXbkEveV8xTk5wc3JlZGsuanBnP3NpemU9MTYwMHgxMDQ2JnF1YWxpdHk9OTUmc2lnbj1iZjRlZjNmY2ZkNTM5MjJkYjIxZmQ4YjVlMDA2ODA1ZCZ0eXBlPWFsYnVt[/img2]
Александр Николаевич Мозгалевский с женой (с 11.07.1863; метрические книги Минусинской Спасской церкви) Анфисой Даниловной, рожд. Самсоновой и детьми. Кто конкретно изображён на фотографии 1880-х, я не определил. У Мозгалевских было 10 детей: Николай (р. 5.05.1864), Василий (р. 29.01.1866), Александр (29.09.1867 - 1909), Владимир (1870-1934), Павел (р. 1872), Валентин (р. 1876), Виктор (1880 - 3.12.1937), Елена, Мария и Милитина (в замужестве Богданова).
Потомки декабриста Мозгалевского
Адольф Вахмистров
Летом 1972 года мы на лодке поднимались по Бий-Хему (Большому Енисею) до водопада. Хотелось собственными глазами увидеть это прославленное место. Наши друзья в Кызыле передали записку Виктору Мозгалевскому, известному в тех местах рыбаку, охотнику, лесорубу и плотогону жителю Тоора-Хема, самок верхнего на всем Енисее поселка. Выше этого места населения по реке нет. Мы хотели подробней расспросить Мозгалевского о пути до водопада: нас ждал почти двухсоткилометровый путь по реке далеко немирной. Между прочим, я обратил внимание на фамилию Виктора: она мне показалась знакомой.
В Тоора-Хеме, у края великолепного паркового леса, среда которого стояли дома, мы увидели обелиск - символ памяти здешних жителей о земляках, павших в Великой Отечественной войне. На щите рядом короткие строчки: фамилии, имена, отчества тех, кто не вернулся. Воротниковых - двое, Жердинских - двое, Сагояковых - двое, Посохиных - трое, Дорофеевых - трое. А вот Мозгалевских - четверо: Михаил, Виктор, Валентин, Владимир. Все они - Валентиновичи, все - братья.
Здесь, возле обелиска, я вспомнил, что многие русские путешественники - исследователи Западной Монголии и Урянхайского края (Тувы), которые посещали Тоджу в начале нашего века, писали о выходце из Минусинска, пионере земледелия в этих местах Мозгалевском Владимире Александровиче. А на обелиске Мозгалевские - Валентиновичи.
- Все они - родные братья моего отца, - объяснил нам Виктор Мозгалевский. - А их отец, мой дед, Валентин Александрович был братом Владимира Александровича.
Тогда я, чтобы проверить свою давнишнюю догадку, спросил Виктора, знает ли он, кто был основателем их рода. - Он несколько смутился и ответил не без колебания:
- Точно не знаю. Говорят, был такой декабрист Мозгалевский, которые умер в Минусинске. Но как узнать, так ли это?
Я решил узнать и начал поиск.
Среди привлеченных по делу декабристов был 24-летний подпоручик Саратовского полка Николай Осипович Мозгалевский. Его арестовали на Украине и привезли в Петербург прямо в Зимний дворец, где декабристов допрашивал сам Николай I. После допроса царь отправил Мозгалевского в Петропавловскую крепость, передав с конвойным офицером распоряжение коменданту крепости Сукину: «Присылаемого Мозгалевского посадить по усмотрению и содержать строго».
За «знание преступных целей общества и распространение среди юнкеров и нижних чинов Саратовского полка злонамеренных умствований, направленных против установленного порядка и государственного устройства», Мозгалевского приговорили к лишению чинов, дворянства и ссылке навечно в Сибирь. Позже Николай I «милостиво» заменил вечную ссылку двадцатилетней.
Первые десять лет ссылки Николай Мозгалевский провел в Нарыме, заштатном городе на севере Томской губернии. Безрадостный труд, нужда и ностальгия. Унылое существование скрашивала молодая жена Авдотья, дочь местного мещанина Лариона Агеева. Суровый климат, тяжелая работа стали причиной болезни, обычной для тружеников и бедных - чахотки. После долгих и унизительных хлопот в 1836 году власти - разрешили Мозгалевскому переселиться в Минусинский округ Енисейской губернии, где климат был более благоприятным для смертельно больного декабриста. К тому же, в Минусинске и его округе жили на поселении другие декабристы: братья Н. и А. Крюковы, А. и П. Беляевы, П. Фаленберг, А. Фролов, И. Киреев и А. Тютчев.
На новом месте Мозгалевский пахал землю, сеял и убирал хлеб, косил сено, выращивал арбузы и табак. Таясь от властей, давал частные уроки в Домах богатых людей, а детей бедняков обучал на заимке братьев Беляевых за городом.
Шли годы. Росла семья. Нужда и изнуряющая болезнь подтачивали последние силы ссыльного. По замечанию минусинского краеведа А. Косованова, из всей группы минусинских декабристов Мозгалевский был «самым бедным, самым несчастным и многосемейным». Товарищи по ссылке Н. Крюков, братья Беляевы. И. Киреев старались облегчить его тяжкую участь. Но неотвратимая развязка наступила: в 1844 году Николай Мозгалевский умер, оставив на руках вдовы восемь детей.
Авдотья Ларионовна не пала духом. Деловая и мужественная женщина вступила в борьбу за существование своих детей. Не чуждаясь никакого труда, она выполняла самую тяжелую работу: стирала белье, белила, мыла полы. Кроме того, на помощь осиротевшей семье пришел весь круг декабристов, находившихся в сибирском изгнании, Даше из числа тех, кто уже вернулся на родину. Из своеобразной кассы взаимопомощи, так называемой «Артели», организованной ими еще на каторге, они безвозмездно ссужали вдову деньгами.
В рукописном отделе библиотеки имени В.И. Ленина в Москве сохранились 8 томов писем многих лиц к декабристу И.И. Пущину - одному из руководителей «Артели». Среди этих писем есть и письмо Авдотьи Ларионовны Мозгалевской, в котором она благодарит Пущим за помощь и описывает бедственное положение семьи. Насколько это положение было тяжким мы можем судить только по названию дела, сохранившемуся в Иркутском архиве: «О дозволении вдове государственного преступника Авдотье Мозгалевской отдать детей своих на пропитание в услужение людям, желающим их взять себе».
Декабрист И. Киреев подготовил младшего сына Мозгалевских к сдаче трудных вступительных экзаменов в кадетский корпус, куда его удалось пристроить на казенный счет. Чтобы освободить одного из сыновей от 25-летней солдатчины, мать вынуждена была взять нужные для этого деньги, по выражению А. Косованова, «под залог своих детей»: два ее сына должны были отрабатывать долг в течение нескольких лет, не получая никакой оплаты. Дочь Полиньку взял в свою семью декабрист Н.В. Басаргин. Впоследствии она стала женой Павла Менделеева, родного брата великого русского химика Дмитрия Ивановича Менделеева. Помогали вдове и люди другого круга. Дочь Елена почти постоянно жила в семье Н. Кострова, минусинского окружного начальника, человека с прогрессивными взглядами.
Дети выросли, но несчастья не оставляли вдову. Два сына по разным причинам рано ушли из жизни. Младший, увлеченный возможностью сделать карьеру, порвал все связи с семьей, несмотря на попытки И. И. Пушица образумить его. С матерью в Минусинске остался старший сын - Александр.
Александр Николаевич Мозгалевский, как и отец, некоторое время жил крестьянским трудом. Затем он служил у частных предпринимателей и, наконец, поступил в Акциз соляным контролером на том самом Кордоне на берегу Енисея, вблизи которого в наши дни строится крупнейшая в мире Саяно-Шушенская ГЭС. По свидетельству здравствующих ныне его потомков, в семье Александра Николаевича, в которой было десять детей, свято чтили память русского патриота декабриста Николая Мозгалевского, любили Авдотью Ларионовну, мужественную русскую женщину-сибирячку, бесстрашно разделившую трагическую судьбу лишенного всех прав ссыльного «государственного преступника».
Вдова декабриста скончалась в 1888 году в Красноярске. Здесь же умер и его старший сын Александр Николаевич в 1899 году. Его жена, Анфиса Даниловна, прожила более ста лет - до конца тридцатых годов нашего века. До самой смерти она была хранительницей доброй памяти о декабристе, его жене и их друзьях-декабристах. В 1925 году она присутствовала в Красноярске на торжественном заседании, посвященном столетнему юбилею со дня восстания декабристов, сидела в президиуме и даже выступала с воспоминаниями о минусинских декабристах, так как лично знала и помнила некоторых из них. Она указала А. Косованову место на городском кладбище Минусинска, где был похоронен отец ее мужа, декабрист Николай Осипович Мозгалевский.
В конце прошлого века два сына Александра Николаевича Мозгалевского, Владимир и Валентин, поселились в Тодже, самом отсталом районе феодальной Тувы. В ту пору в Тодже не были известны даже те примитивные, по существу первобытные, приемы земледелия, которые практиковались в Центральной и Западной Туве. Внуки декабриста стали сами пахать землю. Они были первыми проводниками передовой русской культуры и системы хозяйствования среди коренного населения Тоджи, задавленного феодальным гнетом своих правителей.
В юности Владимир Александрович работал в минусинской аптеке. Приобретенные медицинские знания он использовал для лечения местных жителей. В стране, в которой все болезни «лечили» шаманы и буддийские ламы, даже эти, более чем скромные, познания имели большое значение. Братья привезли в Тоджу значительную библиотеку, несколько музыкальных инструментов, устроили возле дома метеорологическую станцию.
Прогрессивная деятельность внуков декабриста вызвала яростную ненависть местного правителя феодала Томута. Сторонник присоединения Тоджи к Монголии Томута ненавидел все русское, прогрессивное. Но продажный, как все тувинские феодалы, он не трогал русских торговцев, от которых получал взятки, обрушив свою ненависть на братьев Мозгалевскнх. В 1907 году он, стремясь вытеснить их из Тоджи, приставил к заимке Мозгалевских караул и два месяца не позволял им покидать ее, а тувинцам вступать с ними в контакт.
В годы гражданской войны он с помощью монгольских солдат вынудил Владимира Александровича покинуть Тоджу, а его брата Валентина Александровича, тоорахемского учителя, и еще несколько человек русских людей с помощью тех же монголов подверг порке кнутами. Покинув Туву, Владимир Александрович до смерти в 1934 году работал в советском хозяйстве Восточно-Сибирского края.
Валентин Александрович остался в Туве навсегда. Он принимал активное участие в социалистическом строительстве Танну-Тувинской Народной Республики. Был участником V съезда русского населения Тувы в июне 1918 года. Этот съезд - важная веха в истории Тувы. Он проходил одновременно со съездом представителей тувинского народа. На совместном заседании обоих съездов был принят исторический договор, в котором впервые в истории Тувы было признано законным стремление тувинского народа к государственной самостоятельности.
Съезды заложили основы прочной дружбы и братского союза русского и тувинского народов, которая обеспечила, как показали дальнейшие, события, победу тувинского народа над собственными феодалами, китайскими и монгольскими захватчиками и милитаристами. Однажды участники съезда сфотографировались. Сейчас эта фотография - экспонат краеведческого музея в Кызыле. Среди делегатов съезда на фотографии можно видеть и внука декабриста Валентина Александровича Мозгалевского.
Валентин Александрович имел четырнадцать детей. Из них девять сыновей и три дочери стали взрослыми. Один сын умер до Великой Отечественной войны, а восемь остальных, когда наступил для нашей Родины грозный час, ушли добровольцами на фронт. Имена четырех из них - на обелиске в Тоора-Хеме. На обелиске их имена стоят рядом. Погибли же они в разных местах: Михаил - защищая Смоленск, Виктор - встав насмерть у Сталинграда, Владимир сложил голову под Оршей, Валентин - тоже где-то в Белоруссии.
Пятый сын, Алексей, скончался в 1948 году в Семипалатинске от ран, полученных в финской и Отечественной войнах. Шестой - Борис - умер в 1972 году в Новосибирске. Два сына здравствуют поныне. Константин Валентинович живет в Кызыле. Он пенсионер, но до сих пор продолжает работать. Александр Валентинович, инвалид Отечественной войны. живет и работает в Кемеровской области. Оба они - кавалеры орденов и медалей, полученных за воинскую доблесть.
В одном из залов краеведческого музея в Кызыле есть еще одна фотография, связанная с родом декабриста Мозгалевского. На ней - участники конференции членов Тувинского Революционного Союза Молодежи в 1926 году. Среди делегатов конференции - Михаил Владимирович Мозгалевский, сын Владимира Александровича.
Он принадлежал к легендарному поколению комсомольцев начала 20-31 годов. Активист, боец отряда частей особого назначения, он некоторое время работал в Минусинском горкоме комсомола. Затем его выдвинули на комсомольскую работу в Новосибирск. А когда молодой Танну-Тувинской Народной Республике потребовалась помощь в организации работы Тувинского Революционного Союза Молодежи, Михаил был в числе тех, кого направили в Туву. Он родился в Туве, вырос среди тувинцев. хорошо знал их обычаи и язык. В стране, в которой еще не существовала письменность, это имело первостепенное значение.
В 1927 году Михаил стал красноармейцем. Случилось так, что служить ему довелось вместе с тремя братьями. В одном с ним 87-м Забайкальском кавалерийском полку служили Александр Владимировичи Петр Валентинович, а в соседнем 86-м полку - Павел Павлович Мозгалевский, еще один правнук декабриста. Александр, Петр и Павел, отслужив срок, демобилизовались. Михаил остался в армии навсегда. Перед расставанием он подарил Петру фотографию, надписав на обороте:
«Детские годы проводили вместе с тобой, жили дружно. И в Армии Красной снова сошлись. Когда разъедемся, вспоминай 87-й Забайкальский кавполк и 9-ю ДВК бригаду, славные лагеря и жизнь в них.
В предстоящую войну, возможно, вновь будем вместе в лихой коннице нашей родной Красной Армии».
Надпись датирована 20 марта 1929 года, и в том же году Михаил встретился с войной - начались бои с белокитайцами на КВЖД. Петру воевать не довелось, он умер до войны. Павел, специалист-гидротехник, все военные годы, по просьбе правительства Монгольской Народной Республики, работал в Комитете наук (теперь Академия наук) МНР. 0 судьбе Александра Владимировича Мозгалевского известно только, что он воевал в составе 946 артполка и был ранен в 1942 году под Боровичами.
В 1930 году Михаил Владимирович Мозгалевский стал коммунистом. Он успешно оканчивает Владивостокское военное училище и служит, отдавая всего себя делу обороны социалистического Отечества. Еще за бои на КВЖД молодой командир получил особый нагрудный знак с изображением на фоне дальневосточной сопки железной дороги и пограничника у пограничного столба. В 1936 году его грудь украшает высшая награда страны - орден Ленина. В юбилейном для Красной Армии 1938 году ему вручают медаль «ХХ лет РККА». Он становится начальником военной школы. В газете «Красная Звезда» от 3 июня 1939 года появляется фотография с надписью: «Капитан-орденоносец М. Мозгалевский - начальник одной из передовых школ младшего командного состава Забайкальского военного округа».
В последнем предвоенном году Михаил Владимирович Мозгалевский становится слушателем Академии имени М.В. Фрунзе. Но окончить военную академию правнуку декабриста не довелось: наступил 1941 год. Коммунист Мозгалевский ушел на фронт командиром того самого 87-го кавалерийского полка, в котором начинал службу рядовым. К сожалению, неизвестно как разворачивались военные события в жизни Мозгалевского. Известно только, что они связаны с обороной Москвы и что жить ему оставалось мало.
В вещах, оставшихся после смерти матери Михаила Владимировича, Марины Терентьевны, умершей в 1970 с голу в Симферополе, недавно была найдена почтовая карточка, написанная его рукой. На карточке почтовый штемпель города Можайска Московской области с ясно читаемым оттиском даты отправления: 8.8.41. Вместо обратного адреса написано: «Гор. Можайск, проездом». Карточка адресована в Красноярск на улицу Марковского, 24, его матери. В той записке, может быть, последней в его жизни, Михаил Владимирович просил писать жене и детям и сообщал их адрес: Ивановская область, Сарневский сельсовет, дер. Высоково.
Последнее свидетельство о правнуке декабриста получено из Главного управления кадров Министерства Обороны СССР - через 33 года после его гибели. В нем сказано:
«...майор Мозгалевский Михаил Владимирович, бывший командир 87 кавалерийского полка 55 кавалерийской дивизии... исключен из списков Вооруженных Сил как пропавший без вести 4.10.1941 г. Других сведений о его судьбе не имеется».
Михаил Мозгалевский погиб в дни страшного напряжения, когда решалась судьба Москвы. Бронированные полчища врага рвались к сердцу нашей Родины, а на их пути насмерть встали солдаты сорок первого... Правнук декабриста был одним из тех солдат, которые в самом начале войны своей смертью приблизили нашу великую Победу.
Старший сын Александра Николаевича, внук декабриста, Василий Александрович Мозгалевский жил в Красноярске. В годы строительства Трансси6ирской железнодорожной магистрали он работал на строительстве моста через Енисей. Старые енисейские речники должны помнить его сына - Николая Васильевича, пароходного капитана, плававшего по Енисею в 20-З0-х годах.
Дочь Василия Александровича, Валентина Васильевна, работала в Красноярском краеведческом музее. В течение многих лет она считала своей обязанностью ухаживать за могилой декабриста Василия Львовича Давыдова на Красноярском городском кладбище. Мужем Валентины Васильевны был ветеран енисейского флота, знаменитый капитан-орденоносец Евгений Васильевич Крылов. В памяти тех, чья жизнь связана с Енисеем, безусловно остался образ молодой женщины пароходного штурмана, Валентины Евгеньевны Крыловой (по мужу Дубровина), праправнучки декабриста, жизнь которой преждевременно оборвалась из-за нелепого несчастного случая.
Вполне естественно, что не все потомки декабриста Николая Мозгалевского - Мозгалевские. Дочь Александра Николаевича, Милитина Александровна, носила по мужу фамилию Богдановой. Ее дочь, правнучка декабриста, Мария Михайловна Богданова, в наши дни живет в Москве. Эта восьмидесятилетняя женщина сохранила удивительную живость характера, работоспособность, отличную память и общительность. Она - живая летопись рода декабриста Мозгалевского. Она - педагог, но главное увлечение, проходящее через всю ее немалую жизнь, - декабристы.
Корни этого увлечения лежат в ее детстве и юности, которые прошли в атмосфере не только уважения, но и преклонения перед памятью первых русских революционеров. Из уст трех дочерей Николая Мозгалевского и своей бабушки Анфисы Даниловны она слышала рассказы о прадеде и о других декабристах: И. Кирееве, Н. Крюкове, П. Фаленберге, которых они хорошо помнили.
Немалую роль в этом сыграл и друг ее семьи Тимофей Николаевич Сойлотов, родной сын Н. Крюкова, поборник женского образования, активный помощник Н.М. Мартьянова в его работе по организации Минусинского музея. Она училась на знаменитых Бестужевских курсах в Петрограде, затем окончила историко-филологический факультет Томского университета. В 1920-1922 годах Мария Михайловна - военнослужащая, преподаватель истории, русского языка и литературы в 5-й Томской военно-инженерной школе комсостава Красной Армии.
Интерес к декабристам, возникший в юности, расширила и укрепила встреча с известными декабристоведами М.К. Азадовским и Н. Бакаем. Под их руководством она принимала участие в разработке некоторых вопросов декабристоведения, прежде всего о пребывании декабристов в Сибири. В результате многолетних поисков в архивах она написала книгу о малоизвестном декабристе-крестьянине П.Ф. Дунцове-Выгодовском, личности исключительной среди декабристов. Ее статьи появлялись в отдельных сборниках, посвященных декабристам, в «Ученых Записках Якутского филиала Академии Наук СССР», в альманахах «Новая Сибирь», «Абакан», «Енисей».
Преклонный возраст и болезнь лишили ее возможности вести научную работу, связанную с поисками в архивах, но не лишили желания активно участвовать в жизни. Она ведет постоянную многолетнюю переписку с музеями, с научными работниками, преподавателями-историками Москвы, Киева, Казани, Минусинска, консультирует кружки юных - историков-декабристоведов, держит постоянную связь с многими краеведами. Всякий интерес к декабристам находит у нее живой отклик, совет, помощь. Глубокое знание материала и архивов делают ее помощь особенно действенной.
Более полувека жизни отдал железным дорогам страны Николай Александрович Мозгалевский. После окончания в 1902 году железнодорожного училища в Красноярске он работал в службе пути станции Иланск. В 1905 году на этой станции отряд палача Меллера-Закомельского учинил кровавую расправу над рабочими. Молодой техник был избит озверевшими солдатами и, вероятно, был бы убит, как многие другие, если бы ему не удалось в последний момент спрятаться в какой-то трубе.
В 1911 году Николай Александрович оканчивает в Мосте курсы изыскателей, успешно сдает спецэкзамен и с тех пор до кончины в 1955 году он - участвует в изысканиях и строительстве многих железных дорог страны, в том числе, уже в советское время такой, как магистраль Петропавловск - Акмолинск - Караганда. В 1937-1941 годах он - старший инженер изыскательной партии Амурской экспедиции «Бамтранспроекта», в составе которой ведет изыскание восточной части грандиозной трассы, широко известной теперь под именем БАМ.
Невозможно рассказать о всех потомках декабриста - их много. Среди них научные работники различных областей знаний, удостоенные ученых степеней и звания лауреата Государственной премии, инженеры и техники, служащие, рабочие. Юрий Петрович Мозгалевский, сын Петра Валентиновича, - крупный специалист в области точной механики, много лет работал на Первом Государственном часовом заводе. В настоящее время он директор Московского экспериментального ювелирного завода.
Расправляясь с декабристами, царь Николай I намерен был сломить их дух, лишить всякого влияния на настоящее и тем более на будущее. Больше того, ему хотелось уничтожить их физически, уничтожить самое память о них. Гнусный замысел не удался. Память о декабристах живет. Сами декабристы в момент восстания были «далеки от народа». Но лучшие представители их потомков слились с народом, стали его составной частью. Условия социалистической действительности нашего государства превратили потомков декабристов в активных борцов и строителей.
