© Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists»

User info

Welcome, Guest! Please login or register.

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста М.М. Нарышкина и Е.П. Нарышкиной.

Письма и документы декабриста М.М. Нарышкина и Е.П. Нарышкиной.

Page:   1 2 3  

Posts 11 to 20 of 28

11

№ 9

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

[Лагерь при Невинном Мысе]

21-е мая [1843 г.]

Благодарю Бога, утешившего меня твоим письмом от 10-го мая; ты уверяешь, что здорова, друг мой Лиза, что грудная боль прошла; хочу этому верить и душевно радуюсь, славя моего Спасителя. Благодарю тебя за твое милое письмо, которое так свежо, как роза, сорванная за полчаса назад; и как она, благоухает всею свежестию и ароматом чувства.

Жаль мне только, что ты тревожишься о мне, тогда как я посиживаю еще на берегу Кубани - ожидая движения далее. И ты знаешь, что мы пойдем строить укрепление; - около нас будут только мирные аулы; следовательно, можешь быть спокойною и вполне предаться, во-первых, удовольствию встретить и угостить дорогих гостей - и потом хозяйственным занятиям. Отдаю полную справедливость твоей неистощимой деятельности и знанию дела; одобряю все твои предположения, уверен будучи, что ничего нельзя лучше выдумать.

Жалею, что Высокое не представилось еще тебе во всем своем блеске; но к приезду братьев ты в состоянии будешь принять их под тению наших древних дубов и лип, которые вскоре после того и зацветут. Мне крайне бы хотелось, чтоб и ты, моя дорогая старушка, и они нашли сколь возможно более приятного в нашем приюте. Отчего у тебя мало будет плодов? - Ты мне этого не пояснила. Желательно, чтоб обильная жатва вознаградила этот недостаток.

С помощию Божиею и Его благословением, надеюсь, все пойдет хорошо - лишь бы нам скорее семейно соединиться. Ты мне не сказала, советовалась ли ты с архитектором насчет дома, и можно ли еще на время отложить его перестройку - и жить в нем безопасно. - Пожалуйста, не упускай этого из вида, помни, что ты - мое сокровище, моя радость - позаботься для меня - о себе. Не слишком утомляй себя и берегись в сырую погоду.

В Николин день и я служил после обедни молебен, может быть, в одно с тобою время. Молись, душка, за меня и испроси предстательство Св[ятых] Угодников, коих мы чтим память.

Какая добрая Надежда Николаевна, нониче чрез внука своего Муравьева прислала мне поклон - везде ее живое участие нас отыщет. Напиши ей, друг мой, и поблагодари. - Очень рад, что Роман хорошо себя ведет и усердно служит - а старик повар хорошо тебя кормит. Вы с Анисьюшкой, которой усердно кланяюсь, скоро будете кушать пирог с грибами, а я еще не добрался до форелей. Степан и Тимофей со мной, и я ими доволен - а Андрей за лихорадкой остался в Прочном, но ему лучше. Бедный Фитингоф также не может еще поправиться.

Князь [...] (два слова неразборчивы) бьют тебе челом; между нами появился ученый богемец, с которым я говорю славянско-немецким языком. Все мы горим нетерпением увидеть здешние древности и покушать форели; - через три дня пойдем по Зеленчугу. - Одною мыслью, лишь бы иметь случай чаще к тебе писать - чтоб ты была спокойна.

Целую твои руки, душка Лиза, обнимаю всей душой вместе с Григорием, Надиной и Алексеем. Прошу их покататься на молодых [...] (одно слово неразборчиво) жеребчиках, но с осторожностию. Жаль, что не пролетку купила. Улиньку нежно целую и радуюсь, что ты ею довольна. Простите, друзья, - поручаю вас хранению всеблагого Спасителя и Пресвятой Его Матери. Друг ваш

М. Нарышкин

Кибитка моя разбита возле палатки полкового священника - почтенного старца, с которым я беседую. Благословите меня - а я от души вас благословляю. Отцу Иоанну и Д[митрию] Ивановичу] кланяюсь - и моему Егору. От Загорецкого получил гостинец - славного изюму; он скоро надеется надеть эполеты.

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 2. Л. 5-6 об. Автограф.

12

№ 10

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

[Железноводск]

17-го июля [1843 г.]

Друг мой возлюбленный Лиза, рад, сердечно рад, что могу обрадовать тебя доброю приятностью вестию исполнением желания давнего, приближением к родине, к близким сердцу, к мирному уголку нашему. - Слава Господу Спасителю нашему; живейшая, глубокая признательность за милость Царскую; да вознаградит Его Господь за оказанное нам благодеяние, и да взыщет Его и Августейшее Его семейство, - тою духовною радостию, которую ниспосылает Спаситель душам, благотворящим. Это есть моление души признательной - к которому и ты - верная спутница жизни моей присоединишься от всего сердца! Вознесем хвалу и славу Отцу милосердому, Спасителю и Духу Святому Утешителю - Богу Триединому и Всеблагому! - Слава и благодарение предстательнице нашей - Пресвятой Богородице и Святым Угодникам молящим за нас.

Друг души моей, обнимаю тебя с горячею, живою любовию и всех близких нам; желал бы, чтоб ты прежде получения моего письма была извещена о благоприятной перемене в нашей участи; надеюсь, что из Москвы или Петербурга поспешили тебя обрадовать. Но друзья - братья, которым бы так утешительно было быть первыми радостными вестниками, не в столице в эту минуту - Евдокия также в деревне; может быть нашелся добрый человек и в Туле, где ты почти не имеешь знакомых. - Как бы то ни было - хотел бы, чтоб на крыльях ветра достигла до тебя добрая весть и доставила тебе утешение и успокоение! Воображаю радость и признательность всех наших и доброй моей Маргариты.

Спешу рассказать тебе, как я узнал о моем производстве. - Накануне храмового нашего праздника в честь Св. Кирика и Улиты, возвращаясь довольно поздно вечером в домик, где мы с тобой жили три года тому назад; встречаю одного водяного знакомого, который говорит мне, что меня ожидает казак с конвертом; - и точно, вскоре посланный мне вручил премилую записку от к[нягини] Голицыной - жены Владимира Сергеевича6, с которой мы познакомились на водах, и вместе № Инвалида, в котором я прочел о моем производстве со старшинством с 31-го августа прошедшего года7.

Воздав благодарение Господу - первая мысль была о тебе, о твоей радости, о соединении нашем под мирным домашним кровом; - о возлюбленных наших Родителях, о молитве их пред Господом - о незабвенной нашей Матери и ее нежных попечениях о нас, о радости друзей - братьев, сестер и всех, участвующих в нас. Приказ подписан 25-го июня, день рождения Государя Императора - от всего сердца помолись за Него. - Этот день рождения и нашей Наташи, память о ней сливается со всем нашим существованием и с надеждою скорого соединения с тобой - со всеми дорогими нашему сердцу!

Долго не мог я уснуть, одна дума сменяла другую - я был душой с вами, сожалея, что не мог сейчас же поделиться радостными впечатлениями; Николай Александрович оказал мне большое участие. На другой день, 19-го я встал рано и поспешил в Пятигорск в Храм Божий отслушать обедню - возблагодарил Господа, отслужил благодарственный молебен Спасителю, Пресв. Богородице, Св. Митрофанию и Св. Кирику и Улите; поблагодарил добрую княгиню, заказал нужную перемену в костюме - и вечером возвратился утомленный в Железноводск. В Пятигорске виделся с Софьей Николаевной [Бибиковой], которая изъявила мне радостное участие и поручила тебя приветствовать, равно как и к[нязя] Голицына; напиши им несколько строк, которые я передам.

Только что сел к тебе писать, друг мой, опять, как и на прошлой неделе, принесли мне два твоих письма, из которых одно запоздалое от 26-го июня, другое от 6-го июля; и никто еще тебе, моей голубушке, не сообщил о производстве твоего старика; хотя из Москвы могли бы уже это сделать. Да кто из них получает Инвалид! И к тому же все в деревне. От Евдокии письмо от 26-го июня, тоже позднее, из Говорова; не знаю, почему она не получила еще моего письма по возвращении из экспедиции, тогда как ты мне отвечаешь на последнее из Ставрополя. Как она будет довольна, узнав о надежде скорого нашего соединения.

Говорю «скорого» - и, точно, кажется, как бы уже теперь на пути. Но пройдет еще, вероятно, несколько месяцев, прежде, нежели обниму вас. Но Господь милостив. Каждый день будет сближать нас; правда, с каждым днем будет возрастать и наше нетерпение, но положимся на Спасителя и будем ожидать Его благословения на семейную мирную жизнь. - От души я рад, что моей старушке не нужно будет беспокоиться и растряхать свои косточки; - она спокойно будет сидеть у своего камелька и, вместо утомительного путешествия по осеннему пути на Кавказ, займется нашим хозяйством, приготовит теплый уголок для своего муженька и встретит его с приветливой улыбкой, если то угодно будет Господу.

Вот мои намерения: пробыть в Железноводске и Кисловодске весь август для пользования водами и в первых числах сентября отправиться в полк в Владикавказ, который отсюда лишь в 200-х верстах; оттуда извещу тебя о последующем моем назначении. Прошу Господа направить стопы наши по Его благостной воле и благословить наше соединение.

Всей душою я с тобой, друг мой, и как бы желал преклонить тебя к моему сердцу вместе с друзьями - братьями и сестрами, поцеловать Улиньку, Анисьюшку и вместе в Храме Пресвятой Богородицы вознести благодарственную молитву Спасителю нашему. Молю Его, да благословит меня в Кисловодске поговеть и приблизиться к Нему - да в Нем обрящем успокоение и радость - того же и тебе желаю. Евдокия пишет, что говеет и надеялась сподобиться приобщиться Св. Таин.

Письмо мое застанет еще у тебя, вероятно, друга нашего Алексея, который разделит нашу радость; с каким восторгом обниму его и пожму его руку; как я рад, что он с тобой! К Григорию, Ивану и Евдокии буду завтра писать. В воскресение сам отвезу письма на почту, явлюсь, кому следует, и опять к источнику 8-го №, который меня очень укрепляет; простуда моя совершенно прошла. - Теперь надо укрепить нервы, и тогда я опять помолодею. Лишь бы мне чаще от вас получать грамотки; грешно жаловаться; ты меня балуешь, но в Ставрополе несколькими днями я ранее получал твои письма; через два дня будет три месяца, как мы с тобой расстались.

Теперь надеюсь, что с Божиею помощию и хозяйство наше пойдет успешнее, когда ты постоянно будешь в Высоком; управляющий будет заботливее, и надо стараться удержать его до поры до времени; может быть, он поймет то, чего ты требуешь; а когда Бог соединит нас, и я буду твоим ревностным помощником.

Улучшения придут в свое время теперь займись нужнейшим, приглядись к тому, что можно усовершенствовать, посоветуйся, где, когда и каким запастись скотом - соразмеряя с средствами прокормления, на зиму пригласить гуртовщиков, если будет готово помещение. А главное, запасись терпением; трудно найти людей совершенно соответствующих нашему желанию - но лишь бы до времени не сделать больших ошибок. Может, Бог благословит порядочным урожаем, соберите вовремя и умейте сберечь. На это станет опытности Дм[итрия] Ивановича. А весною, Бог даст, вместе примемся усердно хозяйничать.

Я благодарю Господа за сохранение тебя в добром здоровии и за дарование тебе духовного мира и утешения. Да благословит Он дело нашего спасения, остальное приложится нам.

Писал к Евдокии: просил ее выслать мне к 1-му августу 1500 р., хотелось бы в Кисловодске под конец курса купить несколько ковров для подарков нашим друзьям, и прошу тебя позволить мне и тебе выбрать что-нибудь; но ты успеешь известить меня, что для тебя будет угоднее, также для Улиньки и Анисьюшки; не отказывайся, - это будет мой подарок, который надеюсь сам вручить на новоселье. Воображаю, как Улинька и добрая Анисья порадуются за меня. От Улиньки я ожидаю успехов во всем и надеюсь, что она докажет мне тем свою любовь.

Тебе усердно кланяется Мих. Алек. Назимов и старый Барон, который поселился насупротив меня и оказал мне искренное участие. Здесь я познакомился с женою г. Ренненкампфа8 - образованною и приятною женщиною, она поручила мне приветствовать тебя и желала бы очень когда-либо с тобою встретиться. Розен, Бибиковы тебя поздравляют, завтра увижу М-те Адлерберг9 в Пятигорске.

Поневоле должен с тобой проститься на неделю - экстра только раз отсюда отходит, надо успеть написать к Евдокии, Ивану и Григорию. Отслужи, друг мой, благодарственный молебен Спасителю, Пресв. Богородице, Св. Митрофанию, Николаю Чудотворцу и Св. Кирику и Улите. - Я желал бы, чтоб мы могли назначить, что возможно, в пользу Сонюшки, о которой до сих пор не имею известия. - Напиши мне, друг мой. Целую твои ручки и ножки, обнимаю тебя нежно вместе со всеми дорогими нашему сердцу; друга Алексея обнимаю, а Улиньку и Анисьюшку и Отца Иоанна приветствую, также и Дмитрия Ивановича. Всем домочадцам кланяюсь - мои тебе свидетельствуют усердное почитание, я ими доволен.

Прости, моя душка Лиза, - благословляю тебя и вместе с тобой славлю Отца и Сына и Святого Духа, Утешителя - и Матерь Божию, Которой предстательству тебя и всех наших поручаю. Верный друг твой

М. Нарышкин

17-го июля

К 20-му поеду в Ессентуки к Мих[аилу] Александровичу - которому нарочно не писал о моем производстве. Дай Бог, скорее и ему.

18-го июля

С тех пор, как держу в руках твое письмо от 8-го июля, возлюбленная Лиза, - радость моя удвоилась. Не в тебе ли мое счастие - первое ли спокойствие, дорогая моему сердцу? - Слава и благодарение Живо-начальной и Всеблагой Троице и Матери Божией - искренное душевное благодарение Царю, и Августейшему Его семейству! - О, как я счастлив был, читая твои строки, как разделял с тобой желание служить в духе и истине Господу, взыскавшему нас Своею благодатию! Как сливается душа моя с твоею в чтении памяти друга - благодетельницы нашей Матери и незабвенных Родителей - в сердечном воспоминании о нашей Наташе! Да успокоит их Спаситель на лике Авраамовом и воздаст им за их горячую, утешительную к нам любовь! А нас руководит к спасению - и не оставит сиротами.

Благодарю тебя за нежную отрадную твою любовь, а брата Алексея - за его ревностную дружбу - преклоняю вас к моему сердцу, благодарю за то, что вознесла благодарение Господу - и поделилась нашею радостию с домочадцами. Да благословит Спаситель наше семейное соединение близ храма Пресвятой Богородицы. Душа моя жаждет увидеть вас и обнять! Пишу Григорию, Ивану, Мар[ии] Никит[ичне], Евдокии, Маргарите и тетушке - все вы в моем сердце. От всего нежного тебе - удели и Алексею - он уверен в любви моей, - ему же поручаю расцеловать тебя за меня - и Улиньку - и в лоб Анисьюшку.

Если добрая Анета10 с тобой, то ее преклоняю к моему сердцу с братом и детками. Буду им писать на будущей почте; теперь крайне утомился. Слава Богу, успокоившему тебя, мою добрую милую старушку. - Егору спасибо за доставленное тебе известие - то-то довольна моя Анисьюшка! Прикажи полечить - Удалой, хотелось бы на него взглянуть. Судя по необходимым расходам, хорошо бы сверх 1500 р. выслать мне, что возможно - но не более 1600 р. Постараюсь сберечь сколь возможно - и продать дом в Прочном, но это не прежде, как в октябре. - Друг мой, не могу довольно порадоваться за тебя - за себя. - Какое утешение для меня будет вас обнять. Целую твои руки, благословляю тебя. Христос с вами.

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 2. Л. 7-12 об. Автограф.

13

Комментарии:

1. А.Ф. Бриген из Кургана писал 7 сентября И.И. Пущину: «Все наши кавказские, благодаря Бога, здоровы. Нарышкины в Тамани, где берут морские ванны» (Бриген А.Ф. Указ. соч. С. 161).

2. История покупки Е.П. Нарышкиной села Высокого такова. И.Д. Якушкин писал 28 августа 1841 г. из Ялуторовска И.И. Пущину: «В прошедшем месяце Елизавета Петровна была проездом в Москве и имела намерение купить подмосковную. Она гостила, кажется, у сестрицы вашей - Екатерины Ивановны Малиновской и торговала там какое-то имение, но покупка которого не состоялась, вероятно, к вам об этом писали.

В самое это время Михаил Михайлович отправился в экспедицию, не известив жену свою об опасности, которой он подвергается» (Декабристы. Новые материалы. Под ред. М.К. Азадовского. М., 1955. С. 277). Действительно, И.И. Пущин уже знал о стремлении купить имение из письма от своей сестры Марии Ивановны Малиновской от 26 июня 1841 г.: «Лизавета Петровна, которая много запоздала по болезни, осмотрела здесь два имения, одним совершенно пленилась» (Там же. С. 312).

5 декабря 1841 г. Н.И. Лорер писал из Керчи к А.Ф. Бригену: «Начну, во-первых, с наших товарищей. Все они, благодаря Бога, здоровы; я их всех видел в проезд мой из минеральных вод Пятигорска; был в Прочном Окопе, виделся когда туда ехал, с Елизаветой Петровною, но на обратном пути - она ещё не возвращалась из деревни старухи графини. Michel наш здоров и бодр и не унывает, что ещё не офицер, а юнкер; при мне он отправился в экспедицию с генералом Зассом; я его проводил за Кубань [...].

Недавно я писал к Michel и поздравлял его с именинами 8 ноября, но не получил ещё ответа. Помнить, друг мой, восьмого ноября в Кургане, когда мы собиралися к его хорошему обеду, где тихо в кругу своих мы празднуем этого милого человека именины. Ты надеваешь свой чёрный праздничный сюртук; наш длинный методист Розен валит на своих длинных дрожках. Как все тогда было хорошо, дружно, и всё это, мой друг, судьба одной рукой разметала нас по всему белому свету. Иных давно уже нет в живых, другие далеко! Грустно вспоминать» (Лорер Н.И. Указ. соч. С. 351-354).

В своих «Записках» Н.И Лорер добавляет: «Нарышкины обзавелись своим домиком, и я застал друзей моих здоровыми и счастливыми. Елизавета Петровна грустит иногда о том, что часто должна разлучаться с мужем, который не пропускает ни одной экспедиции и был на восточном берегу и с Зассом в горах. В одной экспедиции он чуть не утонул в Кубани, переправляясь верхом. Лошадь его, сбитая быстрыми волнами, едва-едва успела его вынести на берег. В деле Засс был ранен пулею в нескольких шагах от Нарышкина, - само собою разумеется, что подобные опасности, которыми бывает окружён всякий на Кавказе, не могли внушить спокойствия любящей его жене...» (Лорер Н. И. Указ. соч. С. 257-258).

В августе 1847 г. Е.П. Нарышкина писала в Опекунский совет: «При покупке села Высокого с деревнями, в сентябре 1841-го года, рассчитываясь с г-жою Чебышевою, мы приняли на себя долг Опекунского Совета в 32602 ру[бля] ассигн[ациями]. Тогда г-жа Чебышева внесла для приведения в порядок остающийся на имении долг, а Оп[екунский] Совет 3165 ру[блей] серебром, через к[нязя] П.А. Голицына, а именно 22-го сентября 1841-го года.

В конце 1841-го года мы отпустили на волю две ревизские души, числившиеся крестьянами деревни Горелок (Алешин тож).

(2 ду[ши] выкуплены): Степан Никитич и сын его Алексей Степанов. Они и внесли за себя выкуп в Опекунский Совет, как показано в вашей записке.

В 1842-ом году из деревни ж Горелок, выбыл на волю (1 ду[ша]) крестьянин Осип Иванов, он не отчислен еще был, по-видимому, в Совете.

В 1845-ом году из Горелок выбыл на волю дворовый человек (1 ду[ша]) Тимофей Алексеев, за него выкупу по закону, как за дворового, не полагается.

В июле 1847-го года выбыли на волю две крестьянские души из Горелок же (2 ду[ши]) выкуплены): Леон Романов и сын его Михаила Леонов, за них я отправила выкупу 50 руб[лей] серебром, в Опекунский Совет 23-го августа 1847-го года.

Покорнейше прошу, чтоб этот выкуп был аккуратно записан в книге Совета.

Мы купили в с. Высоком с деревнями 261 ревизскую душу, и так и платим за них подушные и все казённые повинности.

Выбыло на волю с 1841-го года 6 ревизских душ, следовательно, закладывать нам предстоит теперь 255 душ» (ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5833. Ед. хр. 2. Л. 1-1 об. Автограф).

3. Имеется в виду граф Алексей Петрович Коновницын, поскольку «Вениамин» - Benjamin в переводе с французского означает «любимое дитя, любимец, матушкин сынок».

4. Николаю Васильевичу Басаргину, декабристу, прибывшему в Курган 15 марта 1842 г.

5. В первой публикации этого письма (Литературный вестник, т. II, книжка VI, СПб., 1901. С. 139-140) ошибочно отнесли его к 1844 г. Ответное письмо см.: Бриген А.Ф. Указ соч. С. 167-169.

6. «Высочайшие приказы. Его Императорское Величество, в присутствии Своём в С.-Петербурге, соизволил отдать следующие приказы: [...] Июня 25-го дня 1843 года. Производятся: За отличие в делах против горцев. По пехоте. [...] Навагинского пехотного полка подпрапорщик Нарышкин и унтер-офицер Загорецкий в прапорщики, - оба со старшинством с 31-го августа 1842 года» («Русский инвалид». № 141. 20 июня 1843 г. С. 561).

7. Голицын Владимир Сергеевич, - князь, генерал, участник Отечественной войны 1812 г. В 1839-1842 гг. командовал кавалерией на левом фланге Кавказской линии в отряде П.Х. Граббе.

8. Ренненкампф Карл Фридрих - помощник начальника Императорской военной академии.

9. Адлерберг Александр Владимирович - граф, в 1841 г. командирован на Кавказ, где принял участие в Дагестанской экспедиции, затем остался в Чеченском отряде П.Х. Граббе.

10. Нарышкина Анна Николаевна (рожд. Сутгоф) - сестра декабриста А.Н. Сутгофа, жена Кирилла Михайловича Нарышкина - старшего брата декабриста.

14

№ 11

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

Владикавказ

11-го августа [1843 г.]

Дорогая моя Лиза, вот уже третий день, как я здесь; в понедельник написал тебе два слова, с тем чтоб поспешить успокоить тебя, известив, что я благополучно совершил этот переезд, который издали почитается не совершенно безопасным, но сравнительно с другими нашими путешествиями по Кавказу - заслуживает предпочтение. И здесь, и в другом месте кой-когда можно повстречаться с горцами; но, конечно, им здесь труднее скрываться; - частые заселения, посты, пикеты и разъезды, ручаются почти за невозможность подобных покушений.

Итак, прошу и вперед не опасаться за меня - тем более, что ночью не позволяют здесь странствовать. Нониче началась служба в здешней церкви, которая от меня очень не далека, и мы начали говеть - да благословит Господь желание наше приблизиться к Нему; - и тебе, другу моему, желаю сего счастья - и прошу помолиться за меня.

Молитва нас соединяет; - и здесь в храме, в котором - может, молился наш друг Петр1, - где совершилось над ним и молебствие о успокоении души его - я от глубины души помолился за него - за незабвенных наших Родителей - за тебя, мою возлюбленную, и братьев наших. Накануне я посетил его гробницу и не могу тебе выразить состояния души моей. С трепетом я приближался к ней - отыскивая между другими, увидел - пал пред нею, и душа моя была с ним... - и холм, который принял его, казался мне родным - с него виден храм Божий и большая часть города - вокруг несколько могил; неподалеку два дерева.

Близ этих вековых жилищ - возвышается вал, домик; - прежде кладбище было вне города - теперь оно уже в городской огороже, - но, кажется, на самом холме не будет охотников строиться и оспаривать место у пяти или шести гробниц. Впрочем, я поговорю с г. комендантом, если возможно откупить это место - то сделаю; - или надстрою что-нибудь над памятником, чтоб сохранить его неприкосновенным. - Старик священник нониче служил обедню, но я еще с ним не познакомился - увижу за вечернею и поговорю; попрошу его на днях отслужить панихиду над его прахом и 2-го сентября не миную.

Нониче посылал я на почту узнать, нет ли писем на мое имя - и получил отрицательный ответ; я так и ожидал, что ваши письмы еще раз получены будут без меня в Пятигорске, где мне обещали немедля сюда переслать. Михайло Петрович2, с участием встретил меня - и просил передать тебе его усердный привет и поздравление. В сравнении с жизнию на водах - я здесь гораздо уединеннее - от чего я не прочь, лишь недостает прекрасной музыки, которою несколько дней наслаждался в Железноводске - благодаря доброй M-me Ренненкампф. Я сохраняю о них приятное воспоминание. Они меня очень ласкали и баловали, как старого ветерана, давно отчужденного от большого света.

Жаль, что до сих пор я не мог полюбоваться горами - погода сумрачная; дождь идет беспрестанно - я уже нажил насморк и нетерпеливо выжидаю более ясных дней.

Что-то ты, моя голубушка, поделываешь? - С тобой ли еще друг наш Алексей, и долго ли у тебя погостит? - Желал бы, чтоб подолее - время бы текло для тебя незаметнее и приятнее. Я не смею еще рассчитывать и определять минуту нашего свидания, но прошу Господа ускорить оную! Успешнее ли твои хозяйственные занятия при новом управителе? Какой недостаток у нас в России в этом классе людей.

Когда будем вместе, скорее поручить присмотр за работами дельному старосте при личном наблюдении: успели ли убрать хлеб, и каков вообще урожай! Да порадует тебя Господь, мою милую хозяюшку; благодари Анисьюшку за все сладости, которые она мне приготовляет. Лишь бы Бог соединил, конечно, заживем под старость не горько. Улиньку целую и прошу получше и поболее мне писать, с каждым разом журнал становится тощее, - а время, кажется, довольно.

Прости, друг мой Лиза, обнимаю тебя, Алексея и Улю; передай мой дружеский привет Евдокии и всем нашим, Варваре Кошелевой. Целую твои руки и благословляю тебя. Я просил Евдокию из Пятигорска снабдить меня сапогами - и выслать к 1 сентя[бря] 900 р. - Душка Лиза, люблю тебя всей душой и поручаю хранению Спасителя и Пресв. Богородицы.

М. Нарышкин

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 2. Л. 21-22 об. Автограф.

15

№ 12

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

Владикавказ

23-го августа [1843 г.

Друг мой возлюбленный Лиза, на прошлой неделе, в тот самый день, как отправил к тебе последнее письмо мое, получил я миллион писем; три от тебя, из коих самое свежее от 13-го августа, от Евдокии и Петра, Григория, Ивана и от Ник[олая] Лopepa - за два дня до его свадьбы; теперь он уже женатый человек, в восхищении от своей Надины3 и чрезвычайно обрадован моим производством. Все добрые люди зовут меня к себе на перепутье, когда Бог даст отправиться восвояси. Хотелось бы обнять их, взглянуть на их житье-бытье; - но сердце призывает скорее к родной и родным.

Иван сообщает мне о своем горе, а бедная сестра и не пишет, будучи очень огорчена; он просил непременно у них побывать; и мне совестно будет не исполнить его желания и не завернуть к нему - тогда как он нарочно на мой счет приезжал в Прочный. Если Бог благословит, постараюсь сделать так, чтоб заехать к нему дня на два, и потом повернуть на Воронеж, где имею непременное желание поклониться мощам Св. Митрофания!

Может быть, друг мой - и тебе возможно будет выехать к предполагаемому времени в Воронеж, если путь будет добрый; - вместе испросим благословение Св. Угодника на новую семейную жизнь и вместе приедем в Высокое, в мирный приют нашего отдохновения. - О, как бы желал скорее преклонить тебя к моему сердцу! Но все это - еще предположения, которые, да совершит Господь, если Ему благоугодно.

Надо прежде знать, к какому времени получу увольнение, теперь на расчет полагаться нельзя. В начале будущего месяца подам прошение; уверяют меня, что в генваре может выйти в Инвалиде - но надо еще получить отсюда отправление. - Да поможет нам Господь! К 15-му сентября думаю быть в Ставрополе и в Прочном; постараюсь с Тимофеем еще вовремя, до совершенно дурной дороги, отправить лишние вещи и рояль.

Радуюсь, душка моя, что твои хозяйственные занятия пошли успешнее. - Дай Бог, чтоб старичок подержался, - и вы бы успели убраться с хлебом и посевом. Об сбыте хлеба - конечно, выгоднее было бы продавать в Москве - но только в известную пору, когда зимние подводы не понизили еще цен; и предварительно узнав о ценах. Отправлять же можно будет на своих частию, а частию по наемной цене крестьянами, зачитая, что будет следовать за провоз в счет их долга: им все равно так или иначе уплачивать, лишь бы им предоставлено было избирать способ платежа для них - выгоднейший. -

Особливо, не надо отправлять в распутицу; утомленную лошадь крестьянскую трудно скоро поправить. Они будут после отзываться, что вынуждены были ехать в худую пору и проч. - Самое же лучшее потреблять на корм скота, которым по возможности запасаться. Подумай о разведении свинок, если не сейчас английских, то пока и русских, когда позволяет помещение.

Я все эти дни изыскиваю средство упрочить могилу нашего брата - для того нужно будет вывести каменную стенку в шесть или восемь сажень длины и в две вышины, чтоб удержать напор земли, подкопанного холма; на этой неделе будут возить камень, потом начнется работа. Погода прояснилась и, надеюсь, не будет препятствовать; место постараюсь откупить и потом посадить несколько дерев. Нониче - память по батюшке и Матери нашей - сей час отправляюсь в церковь служить панихиду по отшедшим друзьям нашим.

Прости, друг мой сердечный Лиза, от души тебя обнимаю и благословляю. Как больно и грустно, что Улинька тебя огорчает и не ценит наших попечений, клонящихся к ее благу. Грешно ей пред Богом, если не постарается исправиться и отказаться от своей лени; мне также ничего не пишет - где же ее обещания - и любовь? Одобряю твои намерения насчет детей Теофилов.

Может быть, на этой неделе ты получишь одно мое письмо: завтра предполагаю ехать взглянуть на Дариал, три станции отсюда по большой дороге; еду не один, опасности никакой нет - дамы тут ездят беспрестанно. Будь спокойна и благонадеждна - мысль о тебе первенствует над всем житейским. Целую твои руки и обнимаю тебя нежно. - Добрую Анисьюшку приветствую дружески, Отцу Иоанну, управляющему и домочадцам кланяюсь. Уповаю, что Господь сподобил тебя приблизиться к Нему - в субботу и воскресенье был я у обедни. Христос с вами. - Душка моя - да поможет тебе во всем Господь Спаситель наш и Пресвятая Богородица, Коей тебя поручаю. - Верный твой друг

М. Нарышкин

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 2. Л. 13-14 об. Автограф.

16

№ 13

М.М. Нарышкин - П.П. Нестерову

Владикавказ

12-го сентября 1843 г.

Владикавказскому коменданту,

господину полковнику и кавалеру Нестерову

Навагинского пехотного полка,

прапорщика Нарышкина

Рапорт!

Так как по новому проекту об усилении оборонительного состояния Владикавказских форштатов никем не занятое место около Назрановских ворот было прежде крепостным кладбищем, на коем покоится прах моего умершего родственника поручика Коновницына, ныне взошло вовнутрь оборонительных линий, и надгробный памятник занимает двенадцать квадратных саженей, то для избежания некоторых недоразумений имею честь покорнейше просить ваше высокоблагородие дозволить считать упомянутое число сей земли участком, принадлежащим Спасо-Преображенской церкви, на который предмет при сем имею честь представить пятьдесят рублей в церковную сумму, почтительнейше прошу о последующем не оставить почтить меня предписанием.

ОПИ ГИМ. Ф. 397. Оп. 1. Д. 25. Л. 39-39 об. Писарская рукопись.

17

№ 14

П.П. Нестеров - М.М. Нарышкину

№ 332-й Владикавказ

[13] сентября 1843 г.

(Датируется по тексту документа.)

Навагинского пехотного полка

господину прапорщику Нарышкину:

Вследствие рапорта вашего благородия от 12-го сего сентября за № 10-м даю знать, что просимый в оном участок земли 12 квадратных саженей на бывшем прежде крепостном кладбище вблизи Назрановских ворот и ныне взошедшим во внутрь оборонительных линий, на котором воздвигнут надгробный памятник поручика Коновницына, мною дозволен считаться при крепостной Спасо-Преображенской церкви, а пожертвованную вами сумму, при отзыве своем от 13-го сего сентября за № 333 препроводил для зачисления в приход церковных сумм.

Владикавказский комендант полковник

Нестеров

ОПИ ГИМ. Ф. 397. Оп. 1. Д. 25. Л. 41. Писарская рукопись.

18

№ 15

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

Ставрополь

14-го окт[ября 1843 г.]

Друг мой Лиза - ты удивишься, получа еще письмо из Ставрополя - но я здесь остался по причине продажи дома и лошадей. На дом покупатель нашелся, и, кажется, часа через два я с ним кончу дело. Никто более не дает, как 1200 р., потому что затрудняются перевозкой, которая обойдется дорого; в станице же нет покупщиков. За лошадей дают очень мало, еще придерживаюсь. Признаюсь, что буду доволен, когда сбуду, надоели мне очень эти торги.

Нанял я извощиков по 4 р. 75 к. с пуда и с ними поеду в Прочный для погрузки вещей. Так как пора поздняя, это лучше, нежели на своих, которых, если и дешево, то продам здесь; лошади старые и потому трудно продать.

Вот, мой друг, скоро и шесть месяцев, как мы расстались; прошение мое вскоре будет в Тифлисе - где, надеюсь, не задержат. Прошу Господа даровать мне утешение обнять тебя в генваре - всею мыслию, всей душой стремлюсь к тебе и молю Спасителя и Пресвятую Богородицу сохранить тебя, моего друга, и во время твоего одиночества укрепить и утешить.

Прости - обнимаю и благословляю тебя, целую твои руки и Улиньку - Анисье и отцу Иоанну усердно кланяюсь.

М. Нарышкин

Я все гостил у Александра Густафьевича [Игельстрома] и обязан его любезности приятными минутами. Он тебе усердно кланяется. Много мы с ним беседовали о Туле - и о провинциальной жизни. - Мне жаль, Хараска, где ты.

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 2. Л. 15-16. Автограф.

19

№ 16

М.М. Нарышкин - барону И.А. Фитингофу

(Сверху надпись: «Ком[ан]диру Куб. полка № 10939. Пол[учен] 7 ноября в обшей № 4150».)

Ноября 6-го числа 1843 г.

Командиру Кубанского Казачьего полка

господину подполковнику и кавалеру барону Фитингофу,

Навагинского пехотного полка

прапорщика Нарышкина

Рапорт

В 1838-м году, жена моя, Елисавета Петровна Нарышкина, купила у г-на есаула Макея Дмитриевича Нефедьева собственный его дом, состоящий в Прочноокопской станице, за тысячу пятьсот рублей ассигнациями, уплатив сполна вышеозначенную цену г-ну Нефедьеву, в удостоверение чего имеется расписка есаула Нефедьева за собственноручною его подписью4. - Отъезжая отсюда, жена моя поручила мне продать дом, который я и продал г-ну инженерному полковнику Лихачеву на своз в Ставрополь; почему покорнейше прошу Ваше Высокоблагородие разрешить приступить к сломке оного дома.

Прапорщик Нарышкин

О допущении к сломке упомянутого в этом рапорте дома с сим вместе предписано от меня командующему Прочно-окопскою станицею хорунжему Ермакову.

О чем его благородие господина прапорщика Нарышкина уведомить честь имею

Командир Кубанского Казачьего полка подполковник барон Фитингоф.

№ 4395. «8» ноября 1843-го. Ст. Прочно-окопская.

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5826. Ед. хр. 4в. Л. 1-1 об. Автограф.

20

№ 17

М.М. Нарышкин - Е.П. Нарышкиной

Прочный Окоп

21-го ноября [1843 г.]

Друг мой, родная моя Лиза, как много утешения и сердечного удовольствия доставило мне твое письмо от 8-го и 9-го ноября, которое я получил здесь в Прочном восьмым днем. Читая твои строки, я благословлял Бога за тебя, за нежную твою любовь, за счастие, которым наделил меня Господь так обильно в тебе! Благодарю тебя за все - и за малейшие подробности, каждая из них дорога моему сердцу - потому что в каждой проявляется твоя любовь, составляющая отраду моей жизни. - Преклоняю тебя к сердцу, полному живейшей признательности и горячего сочувствия. Благодарю Улиньку за ее подарок, я нуждался в изъявлении ее привязанности, хотя и не сомневался в ней; большое спасибо и другу нашему Анисьюшке за все хлопоты, а еще более, за сердечное участие.

Очень доволен я был, узнав, что ты получила мое письмо в день, который мы почти всегда проводили вместе; и признателен Василию Голицыну за его посещение; прежде ты была или со мною - или под крылышком незабвенной нашей Матери и благодетельницы; с ним могла поговорить о своих и имела приятное развлечение в твоем одиночестве. Слава Богу! - много утешения даровано нам в привязанности близких наших, и я мыслию стремлюсь ежедневно на встречу всем дружеским приветам, ожидающим меня в кругу добрых родных.

После почти двадцатилетнего нашего отсутствия от домашнего крова, великая благодать Господня; найти еще столь многих сохранивших нам и приязнь, и участие! Очень натурально, что мысль моя в эту минуту останавливается на Варваре Кошелевой; скажи, отчего ни ты, ни Евдокия ничего не упоминаете о ней; неужели ей не случалось во все время твоего пребывания в Высоком проехать из деревни в Москву, завернуть к тебе - или отозваться хотя несколькими строками; - здорова ли она и где обретается, разве опять вспорхнула и улетела в чужие края?

Итак, у вас уже настал зимний путь, лоснящаяся и блестящая дорожка, по которой мое воображение уже давно парит; и ты собираешься посетить добрую нашу Евдокию. Благодарю тебя, друг мой милый, за это изъявление привязанности нашей к друзьям, Богом нам данным, и уверен, что ты удовлетворишь потребности твоего сердца, найдешь истинное удовольствие и приятное развлечение в этой поездке; но одного опасаюсь, чтоб не расстроилось твое здоровие, чтоб, ты не слишком утомилась; силы наши уже не прежние, шуба твоя, если не переделана, подбита ветром, и не знаю, есть ли у тебя возок или хорошая кибитка, в которой тебе было бы тепло и покойно.

Напрасно ты об этом меня не уведомила. - То, что ты мне сообщаешь, любезный друг, о псковском имении, очень меня порадовало; особенно в отношении крестьян, их довольства и промышленной предприимчивости, о которой я не раз слыхал и от моего Андрея Егорыча; с приятною и довольною улыбкою слушал он про своих земляков и очень рад был полученному письму из дому. Спасибо доброму Григорию за его обозрение; и редкое посещение такого отдаленного уголка может принести пользу, что уже и оправдывается управлением Лина. Если Господь поможет нам образовать хотя несколько надежных помощников по управлению, то труд вполовину облегчается.

Что касается до продажи леса, ты справедливо заключаешь, что надо начать с Ручьевского - но не весь вдруг продавать, чтоб не ошибиться безвозвратно. Побывав на месте, можно будет действовать с большею уверенностию. По всему видно, что там выгодно бы устроить пильную мельницу и сбывать лес досками и брусьями, что очень может облегчить перевозку и даже сплавку; но для этого потребуется капитал и надзор; время покажет, что возможно будет сделать, пока же можно продать часть, а именно ту, которая может пропасть от ветхости. В Высоком же всегда можно успеть сделать нужную порубку; все, что встречаю в журналах касающееся до лесоводства, не пропускаю, и, Бог даст, вместе хорошенько обсудим дело.

На нынешней почте я пишу к Ивану, а тебя, дружок, попрошу написать к братьям в Петербург, чтоб они меня известили о моем прошении, написав мне прямо в Ставрополь; надеюсь, что оно теперь уже там и по всем вероятностям может выйти в декабре; в таком случае, если Господь совершит наше желание, в первых числах генваря могло бы дойти сюда известие. - А там не смею еще и рассчитывать, что Бог даст; будем молить Его, да благословит Он наше соединение и жизнь семейную, Ему благоугодную. От всей души вместе с тобою, верною моею сопутницею, возношу эту молитву к Спасителю и Пресвятой Его Матери. Троица Живоначальная, да помилует нас.

Поздравляю тебя с нашим храмовым праздником, прибегнем под кров благодатной Владычицы и Матери нашей и возложим наше упование на Ее предстательство. Всею мыслию - всей душой я с тобой и с близкими нашему сердцу. Мысль о вас волнует меня ожиданием, нетерпением, но вместе с тем и составляет мою отраду, сокращает долгие часы одиночества. Помолись за меня у образа Пр. Богородицы, отслужи молебен - и будь здорова, спокойна духом и во всем направляйся Духом Святым Утешителем! Как-то кончилось дело о белозерцах - дай Бог, в правде и мире!

Не знаю, упоминал ли я тебе, что первое известие о производстве Назимова дошло к нему чрез мое письмо, которое он получил в день своего Ангела, перед тем, чтоб идти к обедни. Ты поверишь, как я был рад быть первым для него вестником этой радости. Он целует твои руки и уверен в твоем участии.

Не хочется с тобой расставаться, - но надо написать несколько строк Евдокии. Не знаю, застанут ли тебя у нее - но желал бы везде с тобой быть всюду, следить за тобой душою. Обнимаю тебя, Лиза, друг мой, целую твои руки и благословляю тебя; Улиньку в обе щечки целую - Анисьюшке, отцу Иоанну и всем домочадцам кланяюсь. Христос с вами и Пресвятая Его Матерь!

Друг твой М. Нарышкин

ОР РГБ. Ф. 133. Оп. 1. Картон 5808. Ед. хр. 1. Л. 29-32 об. Автограф.

Page:   1 2 3  

You are here » © Nikita A. Kirsanov 📜 «The Decembrists» » Из эпистолярного наследия декабристов. » Письма и документы декабриста М.М. Нарышкина и Е.П. Нарышкиной.