52. М.Я. и М.И. Пущиным

20 января 1866. С.-П[етер]бург

Вот уже скоро месяц, что я здесь, а ехал сюда на одну неделю с тем, чтобы вернувшись в Псков, устроить там финансовые дела свои и поспешить сначала в Москву и Белово, а потом к вам, сердечные родные друзья. Исполнение предположения моего замедлилось на первых же порах. Простуда, которую я не долечил в Пскове, развилась здесь в натуральную лихорадку на третий день по прибытии моём сюда: головная боль, слабость, отвращение к пище и табаку, сильный кашель, ну того и смотри, что совсем свалит с ног. Тут мне пришло на мысль обратиться к вашему медику Мейеру1; стал меня пользовать хининою, и, благодаря богу, я теперь оправился и послезавтра думаю вернуться.

То, за чем я ехал сюда, успел устроить. Заказал надгробный памятник над моею святой могилкой, снял портреты с карточки моего ангела и несколько самих карточек по объективу, который нашёл в целости у фотографа. Памятник будет готов к исходу марта. Он состоит из белого мрамора, длиною 2 арш[ина] 3 вершка, шириною 1 аршин, высотою 1 ар[шин] 1 вершок; сверху горельефный крест, с боков горельефные надписи: с одной стороны спасителя Марфе над гробом Лазаря2, с другой: «Помяни, господь, душу здесь лежащей рабы твоей Варвары», с третьей - «Варвара Яковлевна Назимова, рождённая Подкользина, скончалась 11 сентября 1865 года 46 лет». Вокруг памятника железная решётка, по четырём углам чугунные витые колонки и сверху железный зонтик, увенчанный вызолоченным крестом. Гранитная окладина под памятником уже сделана при мне в ноябре.

Во всём этом очень помогли мне Владимир Игнатьевич и Михайло Андреевич - эти славные, милые люди. Портреты с карточки тоже удались: один будет вам. Ретушировка их - художественная. Свой экземпляр я велел при себе легко отделать красками - акварелью, и вышло очень удачно, я следил за каждым штрихом, сегодня повезу его показать Вере Ивановне. Вот мои утешения и в чём состоит моё житие здесь. Службою церковной я здесь тоже насладился между прочим в Греческой церкви, где напев совершенно особый в минорном тоне, сочинённый или положенный на ноты Ломакиным3 и выполненный в совершенстве любителями его школы.

Вчера обедал с преос[вященным] Тихоном у Катерины Ив[ановны]4 и третьего дня был у него в Невском. Там я встретился у него с Батюшковым5, который очень огорчён статьёй «Моск[овских] ведом[остей]» о своём училище и собирается писать насчёт её письмо Каткову6. В Рождественской епархии дела идут худо. В Рождественской татары возвратились в магометанство. Грустно мне это: деятельных мер с нашей стороны - никаких почти. Высшая дух[овная] иерархия или равнодушна или отписывается формальными бумагами - ради соблюдения приличия. Правительство не прилагает сердца к делу веры. В здешней роскоши, где миллионы идут на предметы прихоти, не знают или не заботятся о нуждах, нередко вопиющих в провинциях. Здесь бросают к ногам актрис груды букетов, стоящих тысячи - в провинции  миллионы едят древесную кору за недостатком хлеба. Это ужасно, гнетёт душу, доводит до отчаяния.

По моей бывшей должности я знаю, как скоро и удовлетворительно отвечают на самые настоятельные нужды земства?!

Наталья Евс[тратьевна] при мне опять было захворала, но после причастия с[вятых] таин чувствует себя лучше, я нашёл её на вид ещё довольно сильною, но с болезненными страданиями. Капочка и Оленька видно, как всю душу кладут, чтобы успокоить больную мать, как безотрадна и скорбна их жизнь. Владимир удивительный сын и брат. Деточки Мих[аила] Анд[реевича] мне очень понравились. Отец и мать ведут их как нельзя лучше. Утешительно видеть эти заботы и усилия с такими маленькими средствами.

Вчера я узнал, что дочь Софьи В. Марковой выходит замуж за одного моего доброго знакомого, псков[ского] помещика и члена уезд[ной] зем[ской] управы Павла Александр[овича] Плена. Не знаю, успею ли быть у ней, чтобы поздравить.

Брат, узнав, что пишу письмо, поручил приветствовать вас обоих. Я переехал от Демура к нему, так что и он уже с месяц, как никуда не выходит от затвердевшего на глазу ячменя. Его тоже пользует наш милый Мейер.

Пора кончать, надо ехать в город кончать разные родственные и свои дела, чтобы скорее иметь возможность вернуться в Псков.

Простите, добрейшие друзья мои! Обнимаю вас обоих. Да, Катерина Ивановна хоть не совсем ещё здорова, но выходит. Надежда Ив[ановна] тоже бродит потихоньку, все прочие здоровы, Варвару Ив[ановну]  ожидают в субботу из Пскова. Может быть, я дождусь её здесь.

Душевно любящий вас и преданный вам М. Назимов.

ИРЛИ, ф. 6729, XXXIVб, ед. хр. 40, л. 2.

1 Карл Карлович Мейер, коллежский советник, доктор медицины.

2 Марфа и Лазарь - евангельские персонажи.

3 Гавриил Иоакимович Ломакин (1812-1885), преподаватель пения в Петербургской певческой капелле, автор многих произведений духовной музыки.

4 Екатерина Ивановна Набокова, сестра И.И. Пущина. Тихон (Александр Павлович Покровский, 1821-1884), епископ Выборгской епархии, духовный писатель.

5 Помпей Николаевич Батюшков (1810-1892), историк, попечитель Виленского учебного округа. Брат поэта К.Н. Батюшкова.

6 Михаил Никифорович Катков (1818-1887), реакционный публицист, редактор газеты «Московские ведомости», а с 1856 г. издатель журнала «Русский вестник». Вёл борьбу с передовыми течениями в русской литературе и обществе.

54. Е.П. Нарышкиной

30 декабря 1866. Быстрецово

Добрейший, многоуважаемый друг Елизавета Петровна!

Вскоре по отправлении к Вам моего последнего, адресованного мною в Москву на Вашу старую квартиру в дом Ладыженского, я имел удовольствие получить дорогое письмо Ваше, от 5 ноября, в котором Вы так сердечно и заботливо вспомнили меня по случаю наступления бывалого общего нашего с Вами праздника. Очень буду жалеть, если тот листок мой не дойдёт до Вас.

Я собирался благодарить Вас за добрую дружескую память, как вдруг неожиданно получил из Петербурга известие о кончине Екатерины Ивановны Набоковой и должен был поспешить отдать ей последний долг. Второпях сборов в дорогу я так успел запрятать Ваше письмо, желая тщательно сохранить его, что по возвращении в Псков не мог его отыскать, и только на этих днях удалось мне найти его в своих бумагах. Видно, горе память пришибло под старость. Тем не менее я винюсь пред Вами в замедлении ответом и прошу - на этот раз не посетовать на меня.

О кончине Екатерины Ив[ановны] и оставленном ею семействе Вам, вероятно, писала Наталья Дмитриевна, которую я нашёл там вовсе неожиданно, так как Вы писали, что она чувствовала себя не совсем-то хорошо после повторившегося пота и лёгкого удара. С большим удовольствием я не нашёл в ней следов этого припадка и побеседовал с нею, хоть и недолго. Она только жаловалась на боль в глазах и хотела посоветоваться с хорошим окулистом. Что за добрейшая она женщина и как терпеливо переносит она крест телесных своих немощей: видно, что ей неможется и хочется туда, туда! Катерина Ивановна отошла мирно и почти до последней минуты сохранила полное сознание. Теперь Анна Ивановна заступила место её в почтенном семействе. Какие все сильные личности.

Пробыв в Петербурге всего 4 дня, я поспешил вернуться в Псков к губернскому земскому собранию, в котором не участвовал, но которое по старой памяти и любви к делу постоянно я посещал в качестве постороннего зрителя. Там я часто виделся с Павл[ом] Павл[овичем] Зеленецким и слышал от него, что почтенная тётушка Ваша Марья Ивановна продолжается пользоваться добрым здоровьем и до сих пор может читать и работает без очков. Я надеюсь посетить её нынешней зимой.

Вы пишете, что наш Николай Ив[анович]1 не пишет к ней с тех пор, как разбогател, и что, по дошедшим до вас слухам, вновь собирается жениться. Я думаю, что он не пишет оттого, что при нём нет помощника, который мог бы ловить и излагать его мысли, которые он так живописно умеет выразить на словах. Недавно мне случилось в одном маленьком сборнике стихотворений декабристов, изданном за границей, встретить к большому моему удовольствию, коротенькие стихи, приписанные ему2. Я невольно засмеялся. Не мог не радоваться, что судьба лелеет его на старости, так как, кроме достаточных теперь средств жизни, он живёт теперь у замужней своей дочери, в родном семействе и, вероятно, пользуется хорошим здоровьем и прежним юмором, когда, несмотря на восьмой десяток лет, ещё собирается жениться.

Очень радует меня, что Вы в своём длительном уединении интересуетесь простонародной литературой, только жалею, что не могу разделить Вашего воззрения на распространение в ней правильных, хотя и начальных понятий о естествоведении. Мне кажется, что это самая здоровая пища для пробуждающейся любознательности в нашем народе. Она усваивает ему правильные понятия о природе и хоть мало-помалу может изменить его от нелепых суеверий и предрассудков3. Напрасно опасаются, что она может поколебать веру. Истина всегда плодотворна и ведёт к твёрдому убеждению в верховной истине, премудрости и благости творца. Я ещё не успел прочесть рекомендуемую Вами книжку о[т]ца Богословского4. Знаю, что автор её человек высоконравственный. Со своей стороны, укажу Вам на замечательные рассказы о русской истории Петрушевского5: слова не даст выкинуть.

Вы хвалите статью Соловьёва6. Если это та, в которой он излагает свой взгляд на наш государств[енный] кредит, то она мне хорошо знакома. Архимед доказал, что мог бы повернуть земной шар, когда бы мог иметь вне земли точку опоры для рычага7. Так и в этом вопросе: без твёрдой, определённой точки опоры все расчёты и системы - напрасны. Книжку Демирондо8 ожидаю в непродолжительном времени и по получении тотчас вышлю Вам.

Я уехал сюда от городских празднеств, вечеров, балов, чтобы встретить со своими воспоминаниями нынешний праздник и Новый год и быть в день кончины матери моей, 31 декабря, на её могиле.

Поздравляю Вас с нынешним праздником рождества Христова и предстоящим Новым годом. Желаю Вам проводить наступающий год вполне благополучно и мирно. Тяжелы Вам, дорогой друг, первые дни его. Да укрепит и утешит Вас бог! 2-го числа мы будем вместе молиться о Вашем и моём друге. Затем в бодрствовании веры и уповании пойдём - вперёд!

Преданный Вам и чтущий Вас друг

М. Назимов.

РГБ, ф. 133, М 5821, ед. хр. 2, л. 7-8.

1 Николай Иванович - Лорер. Назимов намекает на неумение Лорера связно и грамотно излагать свои мысли на бумаге.

2 Сборник стихотворений декабристов (Лейпциг, 1863), в котором помещено стихотворение Лорера «Наполеон».

3 В недошедшем до нас письме Нарышкина, видимо, высказывала мысль, что сообщение о популярных изданиях для народа сведений по естествознанию будет способствовать распространению атеизма и в связи с этим нежелательно. Назимов же не соглашается с её мнением.

4 Михаил Измайлович Богословский (1807-1884), доктор богословия, протопросвитер московского Успенского собора, автор ряда богословских книг.

5 Александр Фомич Петрушевский (1826-1901), генерал-лейтенант, историк, автор книг для народного чтения по истории России.

6 Яков Александрович Соловьёв (1820-1876), сенатор, деятель крестьянской реформы. Участвовал в Редакционных комиссиях.

7 Имеется в виду известное изречение Архимеда: «Дайте мне точку опоры, и я переверну земной шар».

8. Сведений об этой книге не обнаружено.

56. Ю.М. и П.П. Титовым

26 декабря 1867. Псков

Почтенные и добрейшие друзья Пётр Павлович и Юлия Михайловна. Опять я много виноват перед вами, что так давно не писал к вам. За разными делами откладывая это от почты до почты, я был постигнут общею нашею потерею1, вследствие которой только теперь могу взяться за перо. Вы уже знаете чрез графа Петра Ивановича2 все подробности события этой новой нашей утраты. Так близко от меня совершилась она, и я узнал о ней только тогда, когда всё было кончено и когда я уже не мог принести последней посильной помощи. Мир душе отошедшей от нас светлой, благородной личности, которой дружбою мы так долго и постоянно пользовались. Пусть её уделом в вечности будет и есть то, о чём может наша церковь! Теперь она там вместе с её лучшим, общим нашим другом и другими чистыми душами.

Душой благодарю вас за добрую память и приветствую вас и дорогого гостя вашего Павла Петровича с нынешним праздником и наступающим Новым годом; усердно желаю, чтобы все вы были здоровы и благополучны и мирно, счастливо проводили предстоящий и многие последующие годы. Очень мне жаль видеть из вашего письма, что при всём усердии на службе достойного Павла Петровича она до сих пор не везёт ему. Однако ж я слышал от графа Петра Ив[ановича], что он исправляет должность помощника юрисконсульта, круг деятельности которой обширен и важен. Если он ещё не получил штатного места, то причиной тому, вероятно, ещё не устоявшийся окончательно личный состав министерства юстиции при новом министре3.

Пока он был здесь губернатором, правда, я пользовался его расположением, может быть более всего потому, что имел с ним сношение только по делам общественной службы и не обращался к нему никогда ни с какой частной просьбой. Мы расстались в самых лучших отношениях, но с тех пор я ни разу не видался с ним, впрочем, из некоторых посторонних примеров знаю, что он не любит, когда его просят о каком-нибудь месте. Уж если вы хотите заинтересовать в Павле Петровиче, то попробуйте действовать на него чрез Софью Григорьевну, вдову его дяди, гр[афа] Палена4. Он очень чтит её, а к ней вы можете обратиться через Наталью Григорьевну Муравьёву5. Этот путь будет вернее и благонадёжнее. Впрочем, если бы и мне представился удобный случай видеться с ним и коснуться в разговоре Павла Петровича, то я бы не упустил воспользоваться им.

Как бы я желал скорее повидаться с вами. Авось бог даст мне будущим летом иметь возможность и средства посетить вас. Хозяйство имения моего требует беспрестанного, хотя заочного, моего наблюдения. Управляющий мой до сего времени порядочный, ещё очень молодой человек, валовой доход с имения изрядный, но конец с концом - чистого доходу немного, да и тот может оказаться не ранее мая, когда оканчивается продажа сельских продуктов, в числе которых один из главных - лён. Жить в деревне - я имел бы гораздо больше средств и удобств, но мне жизнь там невыносима, да при ней я не мог бы посильно исправлять общественных служб, которых оставить в настоящее время не позволяет гражданский долг.

Очень вы меня утешили и успокоили известием о своём здоровье и житье-бытье. Пользу зимнего употребления минеральных вод я видел на Кавказе из многих примеров. Конечно, в нашем суровом климате при этом необходима предосторожность от простуды. Впрочем, я и без этой предосторожности чувствую на себе большую пользу простого употребления в питьё зельтерской воды. Это тоже простая вода с примесью некоторых солей, полезных в общей экономии животного организма.

При свидании с графом Петром Ив[ановичем] и проводах останков Елизаветы Петровны я выразил ему желание попробовать написать несколько слов в память её. Когда я вернулся сюда из города, старался отыскать помещённые в газете «День» несколько слов Евгения Петр[овича] Оболенского в 1863 году6 в память Мих[аила] Мих[айловича] Нарышкина. В них, сколько я помнил, сделан верный очерк характеристики и нашей новопреставленной Елизаветы Петровны. С большим трудом я мог найти эту сердечную статью Евгения Петровича, и когда прочёл её, то сознал, что к сказанному им о Ел[изавете] Петровне нечего прибавлять: так правдив и верен очерк её характера в главных чертах. В них мастерски изображено всё, что было существенно хорошего и доброго в её светлой личности, то именно, что составляет высшее призвание женщины вообще и характер русской женщины в особенности.

Конечно, нельзя при этом не желать, чтобы сохранились в исторической памяти отличительные черты самой индивидуальности: её природный ум, сердце, воля, влияние на склад её характера нравов отеческого дома, добродетели её матери, доблести её отца - героя 12 года7; тщательного воспитания, руководителем которого был её просвещённый отец, стоических добродетелей, ещё хранившихся после 12 года в обществе того времени; наконец, влияние на неё добродетелей и любвеобильной души Мих[аила] Михайловича. Но для всего этого надо иметь материалы, время и спокойное, но возмущаемое свежими впечатлениями созерцание той, о которой говорится, как равно и об её обстановке в разные последовательные периоды её подвижнического поприща.

Прошу вас передать это воззрение моё г. Петру Петровичу вместе с моим приветом к нему. Довольно, буде он желает возобновить в памяти друзей покойной то, что ещё при жизни её было сказано о ней одним из лучших друзей её и Мих[аила] Мих[айловича], тем, который был свидетелем её добровольного, самоотверженного узничества в Чите и Петровском и находился в постоянных, искреннейших с ними сношениях почти во всей их жизни; в словах которого, как христианина по превосходству, нельзя заподозрить никакой похвалы в ущерб святой истины8.

Простите на этот раз, бесценные друзья. Всех вас с горячею любовию и дружбою душой обнимаю.

Весь ваш М. Назимов.

РГБ, ф. 133, М 5821, ед. хр. 4, л. 1-4.

1 «Общая наша потеря» - смерть Е.П. Нарышкиной.

2 Пётр Иванович - Коновницын.

3 «Новый министр» - Константин Иванович Пален (1833 - после 1886), граф, в 1864 г. псковский губернатор, с 1867 г. - министр финансов.

4 Пётр Петрович Пален (1778-1864), граф, генерал-адъютант.

5 Наталья Григорьевна Муравьёва - сестра жены П.П. Палена Софьи Григорьевны. Они сёстры Захара Григорьевича Чернышёва (1796-1862), члена Южного общества.

6 «Несколько слов в память почившего сего января 3-го 1863 г. Михаила Михайловича Нарышкина» - статья Е.П. Оболенского в газете «День» (1863, № 3).

7 Отец Е.П. Нарышкиной, Пётр Петрович Коновницын (1766-1822), участник войны 1812 г., отличился в боях при Бородине, Тарутине, Малоярославце, Вязьме, Красном.

8 Здесь Назимов имеет в виду строки о Елизавете Петровне из указанной статьи Е.П. Оболенского «В ней нашёл ту полноту сочувствия, которая в жизни выражается полной гармонией, - и стремлений, и цели жизненной, и надежд, и желаний. В этом сердечном союзе протекли многие и многие годы, и Кавказ с его грозными твердынями, и Сибирь с её пустынями - везде они были вместе, и везде их сердечная жизнь, восполняющая недостатки одного полнотою другого, выражалась в любви чистой, отражаемой во всём строе жизни».

58. Н.Д. Поповой1

8 апреля 1883 г. Псков

Я получил дорогое письмо твоё от 23 марта, мой милый, родной друг. Оно полно такою нежною любовию, таким забвением своего мучительного страдания, что я читал его сквозь слёзы, и я был бы рад дать им волю, если бы это не было строго запрещено мне окулистом. Спасибо тебе, неоценённый друг мой, за эти живые искренние чувства ко мне. Прошу извинить меня за нескорый тебе ответ и, независимо от меня, замедление исполнения твоего желания скорее получить мою карточку.

[img2]aHR0cHM6Ly9zdW45LTMzLnVzZXJhcGkuY29tL3MvdjEvaWcyLy1GbXgwZ0VLNkYtVlB6NTFKSXp4X1lfaWxGNF9fRUc3amFYVjNjenJJS1ZoTzVZMGRkbG5IcllHTV9KNFNud3Z6cmNUV0ZOVkh2TkdocGhGVEVPZ0huUFIuanBnP3F1YWxpdHk9OTUmYXM9MzJ4NDcsNDh4NzAsNzJ4MTA1LDEwOHgxNTgsMTYweDIzNCwyNDB4MzUyLDM2MHg1MjgsNDgweDcwMyw1NDB4NzkxLDY0MHg5MzgsNzIweDEwNTUsMTA4MHgxNTgzLDEyODB4MTg3NiwxNDQweDIxMTAsMTc0N3gyNTYwJmZyb209YnUmY3M9MTc0N3gw[/img2]

Единственный здешний фотограф по болезни не мог исполнить моего заказа. Сейчас лишь получил от него первые два экземпляра моей карточки, которые спешу отправить к тебе с нынешней почтой при этом письме2. Позволь же и мне просить тебя прислать мне свою карточку: одну того времени, друг, когда ты была невестой, другую в настоящем твоём виде, если это нисколько не затруднит и не обеспокоит тебя, милейший друг мой.

Как-то ты себя чувствуешь? Есть ли сколько-нибудь облегчения в твоём страдании? Каждый день вспоминаю тебя и призываю на тебя благословение всевышнего, и если б силы позволили мне, полетел бы навестить тебя. Всё в воле божьей! Мы не можем здесь постигнуть и маленькой тени его бесконечной любви и милосердия! Да поможет он тебе в твоём христианском терпении и уповании в преданности святой его воле!

Я немного поправился в последнюю неделю и мог быть уже в церкви.

Всей душой приветствую тебя и всё твоё семейство с наступающим светлым праздником, желаю, чтобы вы встретили и проводили его в хорошем здоровье, сколько возможно утешительно и приятно.

В заключение целую твои глазки и ручку, писавшую мне столько дорогого и отрадного! Господь с тобой, душа моя Наташа.

Всей душой твой М. Назимов.

Из семейного архива О.В. Попова.

1 Наталия Дмитриевна Попова (урожд. Трусова, 1816 - после 1886), двоюродная племянница М.А. Назимова.

2 Эта фотография хранится в семейном архиве. На обратной её стороне надпись: «Любимому, родному другу Наташе Поповой. 82-летний дядя М. Назимов. 8 апреля 1883 г. Псков».